Елена Лирмант - Огенная Лисица и Чёрный дракон

— Этот вопрос очень сложный. Будем, надеется, что это результат твоего нервного срыва. И ты сама скоро все вспомнишь. А пока, пойдем, позавтракаем.

Энлиль мне предложил руку. Пришлось принять ее. Он повел меня обратно в замок.

— Мэриэлла. Я так беспокоился о тебе. Ночами не спал, все прислушивался, как ты плачешь и стонешь.

— А почему Белый Тигр не забрал меня домой?

— Я уговорил его, оставить тебя у меня, погостить немного, надеялся, что смогу тебя развеселить.

— А почему я плакала? Что случилось?

— Давай, не будем сегодня об этом! Бывают минуты, когда прошлое надо забыть, и смотреть только в будущее. Мне кажется, что это даже хорошо, что ты не помнишь, того ужаса, что выпал на твою долю. Ты так страдала! А я ничем не мог тебе помочь, это было ужасно! У меня даже появились морщины около глаз.

— Не волнуйся, морщины можно разгладить, — успокоила я его.

— Опять?

— Что опять?

— Ты жестокосердечная девчонка, у тебя нет совсем жалости к людям. Тебе что совсем безразлично, что рядом с тобой человек, который сходил с ума, видя как тебе плохо?

— Прости, я не хотела тебя обидеть! Я же ничего не помню. Я благодарна тебе за твою заботу.

— Ну, что, ты! Я готов для тебя сделать все, что захочешь! Просто ты забрала мое сердце. Вся моя жизнь в твоих руках.

— Давно?

— Что давно?

— Твоя жизнь в моих руках?

— С первой минуты, как увидел тебя. Ты удивительное создание. Непредсказуемое и прекрасное! Ты — самая большая драгоценность…

— У меня нет колбасы.

— Не понял!

— Я говорю, у меня нет колбасы.

— Причем тут колбаса?

— Когда Соловей начинает петь Хиве. Хозяйке приюта, о том, что она самая удивительная женщина в мире, у него одна цель — получить от нее круг колбасы, буханку хлеба и два бокала пива.

— Это жестоко.

— Прости, еще раз, если обидела. Но у меня к тебе просьба, не расточай мне комплименты. Я им не верю.

— Мэриэлла, так нельзя! Комплименты — это искры души, которые мужчины предлагают женщинам, чтобы они увидели, поняли, почувствовали глубину их чувств.

— А еще пустоты желудков и обширные просторы скуки…

— Откуда в тебе столько цинизма?

— Это не цинизм, а опыт общения с мальчишками. Я всю свою жизнь дружу только с мальчишками, подруг у меня никогда не было.

— Хорошо, оставим этот разговор.

— Согласна. Расскажи мне, как мы с тобой познакомились! Где это было? Когда?

— Вот мы и пришли. Садись вот тут, рядом со мной. Что ты хочешь?

Повелитель ветров так мне и не ответил. Весь завтрак, он ухаживал за мной, как внимательный хозяин. Был любезен и мил. Я же посматривала на Ала. Он старался не смотреть на нас, а когда изредка поднимал голову, кидал сердитый взгляд на Энлиля и смущенный на меня.

— Энлиль, а почему в замке нет домочадцев? — спросила я

—. Война, сама понимаешь, сельфов мало осталось.

— А кто тебе в замке помогает?

— Атель, дух замка!

— И готовит он?

— А что?

— Ничего, просто вкусно! Хотела поблагодарить. Так, кому спасибо сказать?

— Мне, как хозяину.

— Спасибо!

— Всегда рад угодить тебе, Мэриэлла.

— Я не шерш, Повелитель, мне угождать не надо!

— Ты всегда такая ершистая?

— Только когда чувствую неискренность.

— И в чем же я обманул тебя?

— Внизу город, я видела с балкона, там много людей.

— Не каждый человек достоин стать домочадцем Правителя.

— И какие качества ты ценишь?

— Преданность, умение и желание работать.

— И среди горожан ни одного не нашлось с такими качествами?

— Есть. Я работаю как раз над этим. Вот увидишь, скоро в замке будет полно народу, как в мирное, обычное время. Это временно неудобство. Надеюсь, оно не затронет тебя.

Все что происходило со мной, казалось каким-то сном. Что-то во всем этом было неестественное. Поняла одно — им что-то надо от меня. А вот что, понять не могла. Повелитель хитрил, маг был удручен и недоволен. И оба молчали. Атель не мог приготовить еду. Хитрый Лис говорил, что духи замков — это сжатая до физического состояния магическая энергия. К чему бы они ни прикасались, все носило в себе их магию. А еда была простая, сделанная человеческими руками. Значит, люди были. Только их от меня прячут. Зачем? Что было со мной, тоже говорить не хотят. А ведь из памяти ушли несколько месяцев моей жизни. Окончила ли я Лицей, получила ли свой обруч? И где сейчас Волк и Соловей? Они же всегда были рядом! С ними было так спокойно. Что же все-таки произошло? Надо быть настороже.

После завтрака попросила Ала еще раз, осмотреть меня, и постараться вернуть мне память. Он согласился и пригласил к себе в башню. От увиденного, захватило дух. Лаборатория Хитрого Лиса была по сравнению с этой просто маленьким закутком. Сколько здесь было всего странного, интересного. Я тут же закидала его вопросами: что, зачем нужно, что будет в результате? Маг сельфов стал рассказывать, было так интересно и занимательно, что я слушала с открытым ртом. Но тут вошёл Энлиль, и увел меня, под предлогом того, что ему надо со мной поговорить. Но весь разговор свелся к тому, что он рассказывал о себе, о том, как ему трудно быть Владыкой, какие опасности подстерегают сельфов, и как ему приходиться не щадя живота своего защищать князей. Его монолог раздражал, мне хотелось к Алу, в его башню.

— Ты не слушаешь меня? — вдруг прервал он свой рассказ.

— Прости, я задумалась. Все о чем ты говоришь, я хорошо знаю и понимаю. Мой отец Владыка земли. Но здесь ничего поделать нельзя. Ты тот, кто ты есть. Ты рожден для того, чтобы защищать своих князей.

— Я не спорю, но, если бы ты знала, как я одинок, и как мне трудно.

— Папа говорит, что Владыки всегда одиноки, потому что они первые и единственные, как последний камень в пирамиде.

— Если бы было так, но Владыки не камни, они еще и люди и им нужна поддержка.

— Ты защищаешь тех, кто внизу тебя, но они же и поддерживают тебя, разве не так?

— Так, но я не об этом говорю. А о том, что каждому мужчине нужна женщина рядом. Мэриэлла, я хочу, чтобы этой женщиной была ты. Я сумею сделать тебя счастливой.

— Ты что, хочешь, чтобы я стала твоей женой?

— Да, это самое заветное мое желание.

— Ну, так бы сразу и сказал, а то Владыка, опасность, риск, князья, одиночество…

— Мэриэлла, такими вещами не шутят. И что ты мне ответишь?

— Я буду с тобой откровенна. Быть женой Владыки не только большая честь, но и большая ответственность. А у меня с головкой не все в порядке. Память дырявая. И я не могу подвергать риску твоих будущих детей. Представляешь, если родиться у тебя сын от меня, а у него в голове дырка, как у мамы. Давай, подождем, пока ко мне вернется память. А потом со мной же случилось что-то страшное, отчего у тебя морщины появились? И пока я не вспомню, и не пойму, что это не бросит тень на имя твое, к этому разговору больше возвращаться не будем. Договорились?