Алан Аюпов - Саньяси (СИ)

Водитель патрульной явно решил идти на таран, потому что выровнял свою машину точно в лоб Венькиной. И в самый ответственный момент Валентин рванул резко вправо, подставляя под удар багажник. Тряхнуло основательно. Задний бампер разлетелся в дребезги. патрульная задымилась.

— Ничего себе! — Воскликнул Веня. — Кузову хана!

— Заткнись, Фофа. Твоей машине уже давно хана. — Откликнулся Феликс, не отрываясь от окна. — Ложись! — Вдруг крикнул он.

— Куда? — Растерялся Веня.

И тут по заднему стеклу забарабанили чем‑то тяжёлым.

— Феликс, поберегись! — Посоветовал Валентин, и так лежащий на руле. — Веня, болван, ты что? ещё не понял? Стреляют! Сядь на пол!

Но Веня недоумённо продолжал лупать глазами, и наблюдать, как покрывается трещинами окно за спиной Феликса.

— Сволочь. — Вдруг выругался он.

— Ты чего? — Не понял Феликс и обернулся.

— Хитринёнок сволочь. — Повторил Веня, продолжая рассматривать паутину трещин.

— Кто? — Не понял Феликс. — Ты о чём?

— Лёнька Хитров, стекольщик. — Пояснил Валентин, не отрываясь от руля. — Видать Вене стекло продал, как бронированное.

— Понятно. — Усмехнулся Феликс. — Валька, вправо!

— Нет, влево! — Вдруг заорал Веня. — Там двор!

Рывок влево и машина впрыгнула в полураспахнутые ворота. Подминая под колёса всё, что попадалось, они мчались сквозь проходной двор. На аллейке стоял «Форд‑Таурус» и Валентин, не раздумывая, ринулся через детскую песочницу. Ещё миг, и кусты сирени пропустили сквозь себя раненого железного монстра. Качелю‑качалку постигла та же участь. Валька рвался к свободе любой ценой. Машина вылетела на параллельную улицу, сделала левый поворот, снова уходя в глубь городских кварталов.

— Только бы не попался городской транспорт. Только бы не толпы. — Вслух молился Веня.

— Кажись, ушли. — Сообщил Феликс. — Сзади погони нет.

— Впереди тоже. — В тон ему ответил Валентин.

— Что‑то уж слишком легко мы ушли от погони. Тебе не кажется? — Спросил Феликс.

— У нас всё что‑то уж очень гладко проходит. — Мрачно согласился Валентин. — Гонятся и не догоняют. Стреляют и не попадают. Прям суперы какие‑то!..

Вдруг Веня схватил руль и резко вывернул вправо. Машину повело.

— Ты что, очумел? — Спросил Валентин, вдавливая в пол педаль тормоза.

Завизжали шины, завоняло горелой резиной. Машина замерла, едва не упершись в дощатые ворота.

— Вылезай. — Приказал Веня.

Ребята молча переглянулись. Первым вышел Валентин, за ним Феликс.

— Ну, и что это значит? — Спросил Валентин.

Веня молча обошёл машину, сел за руль.

— Погодите минуту. Я сейчас. — Мрачно сказал он и, дав газ, со всего маху врезался в хлипкие ворота. Те распахнулись, являя всем долгострой. Веня повилял немного, объезжая острые камни, а потом скрылся за кучами гравия и песка.

— Понял. — Выдохнул Феликс.

— Веня герой. — Согласился Валентин.

Они ждали не долго. Минуты через две появился вымазанный, мрачный Веня, с пакетом документов в руках.

— Пошли. — Хмуро сказал он.

— Пошли. Согласились друзья.

Они долго петляли по дворам, пересекали улицы и проспекты. В одном переулке даже заблудились, так как он оказался тупиковым. Но к морю попасть не удавалось.

— Так мы долго будем блукать. Пока нас не найдут. — Предположил Веня. — Надо что‑то придумать.

— Легко сказать «придумать». — Усмехнулся Валентин.

Они стояли в какой‑то подворотне, где жутко воняло разлагающимися отходами людской жизнедеятельности.

— Воняет мерзко. — Изрёк Веня, немилосердно теребя нос.

— И что ты предлагаешь? — Осведомился Валентин.

— Да ничего я не предлагаю. — Поморщился Вениамин. — Зачем нам к морю?

— Не знаю. — Отмахнулся Валентин.

— Вот тут ты врёшь. — Возразил Феликс.

— Вру. — Признался Валентин. — Я и, правда, не знаю, зачем. Просто слухи всякие ходили, будто вход в город с пляжей.

— С какого пляжа? — Немедленно поинтересовался Веня.

— Какая разница. — Скривился Валентин.

— А может их здесь сотня? — Не унимался Веня.

— Может и сотня. — Согласился Валентин. — Я всё равно не знаю, с какого?

— Мужики, подождите. Я сейчас. — Сказал Феликс, выскакивая на проезжую часть.

— Во слух! — Восхитился Веня. — Это же надо!..

Феликс замахал обеими руками, пытаясь привлечь внимание водителя, проносящегося мимо «Пежо». Но усилия были напрасны. Машина, не снижая скорости, промчалась мимо. Феликс огорчённо развёл руками, направляясь к друзьям.

— Оглянись! — Крикнул Веня.

Феликс резко обернулся. Автомобиль сдавал назад.

— Странные водилы пошли. — Раздумчиво произнёс Валентин. — Сначала проедут, а потом как бы спохватываются. Они что, спят за рулём?

— Нет, — ответил Веня, — думают.

— Оно и видно. — Хмыкнул Валентин, наблюдая за жестикуляцией Феликса. — Переговоры были недолгими и безрезультатными.

— Как сказать. — Усомнился Веня. — Ты на Феликса посмотри. Чистый торгаш.

— Ага. Пошли. — Согласился Валентин, направляясь к машине.

Водитель долго кружил по городу, пока наконец не свернул в какие‑то невозможные трущобы, где перемежались недостроенные небоскрёбы, полузасыпанные котлованы, едва держащиеся на честном слове глиняные хибары со ржавыми водопроводными кранами в импровизированных дворах. Минуя груды строительного мусора, пирамиды выброшенной старой мебели, «Пежо», дребезжа и подпрыгивая по некогда проложенной дороге, подкатил к чугунным, старинным воротам, нелепо торчавшим среди всего этого безобразия. За оградой же был совсем другой мир. Шикарный парк, с ухоженными аллеями, беседками, скульптурами, фонтанами, и с великолепным зданием, выстроенным в стиле середины девятнадцатого века, с колоннами, балюстрадами, портиками, балкончиками и прочими признаками роскоши. Мраморное крыльцо в двенадцать ступенек вело к резным двустворчатым дубовым дверям. Внутри обширный холл оказался под стать фасаду. Высокие потолки были буквально утыканы лепниной. От мозаичного пола аж рябило в глазах.

— Жуть. — Констатировал Феликс.

— Почему? — Не понял Веня. — По‑моему очень даже ничего.

Валентин промолчал, осматриваясь. Справа от двери по стойке смирно торчал разодетый, как павлин, швейцар, распахнувший перед ними стеклянную дверь. Дальше располагалась стойка администратора, телефонные кабинки, диванчики с журнальными столиками, заваленные газетами и журналами самых разных направлений. Слева угадывался вход в ресторан, скрытый целым лесом пальм в деревянных кадушках, чуть правее имелась широкая лестница, укрытая ковровой дорожкой, с мощными каменными периллами, а прямо перед входом устроился портье.