Ольга Табоякова - Все дороги нового мира

- Дом в столице? Но у меня нет дома в столице, - испугался Хэсс.

- А теперь есть, - опроверг его утверждение и подтвердил его опасения Вунь.

Пупчай уже расправил крылья, они поднялись и перелетели городскую стену. Невозмутимые стражи остались невозмутимыми. Дело в том, что сегодня уже таким образом перелетел городскую стену королевский наследник - Сентенус. Они, конечно, подняли весь гарнизон по тревоге, но им же и досталось. Сейчас они просто предпочли не заметить большого и пушистого кодра.

- Там! - Вунь внимательно вглядывался вниз. За все время пути он попривык летать, и совершенно спокойно и свободно командовал кодрами.

Пупчай уловил направление, которое интересовало Вуня, и сместился на юг к лучшим кварталам Стальэвари.

- Там! - Вунь показал на красную крышу большого трехэтажного дома.

Пупчай пару раз облетел дом с участком, и приземлился будто бы созданную специально для этого площадку за домом. Хэсс слез, и помог спрыгнуть своему маленькому хранителю.

- Это что? - очень подозрительно спросил он у Вуня.

- Наш дом, - Вунь горделиво расправил плечи. - Пойдем, скорее. Там я думаю, уже и ужин готов.

Хэсс Незваный никогда в своей жизни не был в приюте для умалишенных, но когда он открыл двери своего нового дома, то понял, что приют, наверное, выглядит именно так.

Дом впечатлял своей яркостью. Красная крыша, как в королевском дворце, являлась претензией на самое высокое положение в Эвари. Но это было еще не все. Двери в доме были оранжевые. Потом уже Хэсс посчитал, что входных дверей было четыре с каждой стороны дома по одной. Рамы окон тоже были цветными: с севера - желтые, с юга - красные, с востока - белые, с запада - лиловые. Стены дома снаружи были покрашены в желтый с золотым отливом. Все это дивно сочеталось с оранжевыми дверями и красной крышей.

- С ума сойти! - выдохнул Хэсс.

- Правда, приметный дом? - порадовался Вунь.

- Да, такого приметного дома я еще никогда не видел, - смог согласится Хэсс.

- Открывай же двери, - скомандовал Вунь. Он с удовольствием взирал на ошеломление Хэсса.

Хэсс помолился про себя. В его голову пришла неожиданная мысль, что с Вунем он станет либо очень верующим, либо вообще неверующим, но дверь толкнул.

Везде, куда только хватало возможности посмотреть, были маленькие человечки. Они, как живой ковер, покрывали все пространство в холле. Они сидели на перилах, и даже висели на люстрах. Они стояли на ступеньках лестницы, ведущей на второй этаж, и сидели на подоконнике окна.

- Хэсс приехал! - звонко выдохнула вся эта масса малышей.

Хэсс подумал, что сейчас он точно оглохнет.

- Ура! - Вунь задрал руки к верху и покричал. Остальные подхватили его радость. - Порадовались! Теперь работать и мыться всем! - чуть погодя велел Вунь.

- Это что? - Хэсс осторожно шел по освободившемуся пространству.

- Показ дома, - простодушно не понял его Вунь. - Так, это первый этаж. Он будет для работы и официальных церемоний. Второй этаж будет для нас и для разных гостей. Третий этаж будет твой и наш, а крыша будет для Пупчая. Не бойся, она его выдержит. Только, Хэсс, подвала у нас не будет, - на этом месте Вунь опустил глаза.

- А куда он делся? - в свою очередь не понял Хэсс.

- Там же отшельника заселились, - пояснил Вунь. - И еще я хочу тебе сказать, чтобы ты не боялся. Они иногда будут ходить и на тебя ночью смотреть.

- Зачем? - дернулся Хэсс.

- Так надо, - очень веско мотивировал Вунь.

- Ладно, пусть смотрят, - сдался Хэсс. После оранжевых дверей, остальное казалось мелочью. - А продукты где будем хранить?

- Придется с ними поговорить, - задумчиво согласился Вунь. - Им же много места не надо, думаю, договоримся.

- С отшельниками? - переспросил Хэсс все еще стоял на лестнице.

- Пойдем к тебе, - Вунь побежал вперед по лестнице.

- Пойдем ко мне, - согласился Хэсс Незваный.

На третьем этаже было три комнаты.

- Это спальния, - сообщил Вунь. - Это детская, а это неспальния.

- Потрясающе, - Хэсс впервые слышал подобное обозначение комнат. - Там я буду спать? - Хэсс показал рукой на первую дверь.

- Ага, - Вунь был доволен похвалой. - Зайдем? Посмотришь?

- Зайдем, - Хэсс толкнул дверь. Кстати на третьем этаже двери тоже были оранжевые. Хэсс подумал, что и на втором и на первом они тоже оранжевые.

В комнате было очень сумрачно. Солнце уже садилось, и оставляло красные блики на всех предметах в спальнии. Но комната была вся забита маленькими человечками. Некоторые очень неплохо устроились, даже на балдахине, которым была снабжена огромная кровать.

- Здесь пока наши поживут, - извинился Вунь за беспорядок.

- Пойдем дальше, - нейтрально предложил Хэсс.

- Пойдем в детскую? Но там тоже пока занято. Пойдем в твою другую комнату.

- Неспальнию? - уточнил Хэсс.

- Ага, - Вунь уже весело шагал по коридору к последней оранжевой двери. - Открывай, - он подождал Хэсса.

Хэсс с небольшой опаской, но открыл дверь. Комната была квадратная. Большое окно во всю стену. Шкаф во всю стену, два дивана, два кресла, столик маленький и стол большой, семь маленьких стульев, видимо для Вуня с сотоварищами, семь рамок на стене, почему-то с пустыми холстами.

- А почему картины пустые? - первое, что спросил Хэсс.

- Так это же картины подарочные, - слегка неразумно пояснил Вунь, усаживая в одно из двух кресел. Его ноги не доставали до пола, и Вунь принялся ими весело болтать.

- Это как?

- Да, так, что на холстах само появляется изображение, - более внятно сообщил Вунь.

- А кого?

- Не кого, а когда, - поправил Вунь. - Когда ты встречаешь того, кого надо, то оно и появляется. Посмотри, я думаю, что не все холсты должны быть пусты.

Хэсс стал смотреть. Первый холст в овальной рамке был чист, второй справа от первого в деревянной круглой рамке засветился, и на нем проявилось изображение Вуня.

- Ты! - Хэссу понравилось, что Вунь на картине выглядит таким милым и спокойным.

- Ага, - Вуню тоже понравилось свое изображение.

Третий холст еще правее первого тоже засветился, там проявился портрет Алилы с синей птицей на плече.

- Ого, - Хэсс дотронулся до портрета, пальцы обожгло жаром.

Четвертый холст уже левее центрального тоже был пуст, а вот на пятом возникло не прорисованное в деталях, но хорошо угадываемое лицо Эльниня.

- Только не это, - возмутился Хэсс.

- Да? - Вунь не ожидал, что незадачливый ученик Линая все же также важен для Хэсса.

Шестой холст, самый большой из всех, отражал наглую морду кодра.

- Пупчай!

- Кто бы сомневался, - заворчал Вунь.

Седьмой холст проявился двойным портретом - Сентенуса и еще одного незнакомого мужика. При чем тот самый мужик был голым.