К. Миллс - Книга Иджила

Годи и двое Наблюдателей, которых он не знал, стояли около маленького стола с кристаллическим хрустальным верхом с тонкими золотыми проводочками. Пальцы Годи бегали по хрустальной поверхности. Он поднял глаза на Иджила, подошедшего и вставшего напротив него.

— Мы решили, — сказал он, — мои советники и я, показать тебе, — он указал на стол, — то, о чем другие гости не знают. — Он кивком головы указал на других мужчин:

— Мои телохранители Арн и Флоки.

Ары был тощий и костлявый, с квадратной челюстью и грубой светлой шевелюрой. Флоки был ниже, полнее и темноволосый. Красные жилки его выдающегося носа обнаруживали любителя пива или эля.

— Они лучшие из наших Видящих, — продолжал Годы, — поэтому они здесь. Ты здесь потому, что ты дал понять более чем ясно, что для тебя честь и нерушимость клятвы.

Иджил перебирал в мозгу причины, почему это может быть важным сейчас, если все просьбы удовлетворить требования его чести пропускались мимо ушей еще вчера.

Годи продолжал:

— Мы знаем, что в твоем народе только у женщин дар Видения. Здесь этим владеют все. В жестокие первые годы, когда наши предки пытались жить на поверхности, суровые зимы породили нечто вроде зимней спячки в самое холодное время. Наши прародители углублялись в размышления и, управляемые сивиллами, медленно учились Видеть настоящее, прошлое, а иногда будущее. — Годи посмотрел на пальцы, прокладывающие замысловатый след на столешнице.

— Ты знаешь, что видеть будущее всегда было даром детей Викингов в той или иной степени. Но дар этот переменчив, он приходит и уходит по воле провидения. — Годи поднял глаза и встретил взгляд Карна. — Мы управляем Даром здесь, а не он нами. Возможно, это отчасти мутация, вызванная машинами, помогавшими в зимней полуспячке. Возможно, нет.

«Он слишком долго подходит к сути, — подумал Иджил. — Но это отличительная черта политиков во всем мире, я полагаю».

Годи продолжал:

— Твой друг, Фригдис, должно быть, сказала тебе, стал ключом к катастрофе, которая скоро обрушится на Старкер-4, если кто-нибудь не предотвратит ее. Сейчас он в безопасности, как мы говорили тебе. — Годи мрачно рассмеялся. — Сейчас, конечно, он заперт в замке из-за зимы, но он начал первым люто мстить Харлану. Он истратил кучу денег, разыскивая тебя.

Иджил вздернул голову и расправил плечи.

— Услышать, что случилось, даже Увидеть это, для вашей или своей пользы все равно не удовлетворят моей клятвы.

Годи скривился.

— Я знаю это. Возможно мы сможем хотя бы немного помочь сдержать клятву, но требуется соблюдение формальностей. Ты должен поклясться, что никому никогда не сообщишь о нашем существовании и о том, что здесь Видел, прежде, чем мы тебе покажем что-нибудь.

Иджил пытался угадать, что повлечет за собой эта клятва. Годи достаточно ясно дал понять, и «турне» с Магнусом это подтвердило, что отсюда пути нет, не было и не будет никогда. Идти пожал плечами.

— Зачем нужна клятва?

— Это формальность. Видение — секрет, пока все не будет тщательно проанализировано, символы отделены от реальности, например. Тогда община узнает, что мы Видели. Мы никогда за всю историю не показывали Видения без клятвы. — Годи пожал плечами. — Если в клятве нет пользы, то и вреда тоже нет.

Это прозвучало довольно разумно. Иджил понимал традиции и обычаи других людей. Он понимал также, что должен быть очень осторожен, потому что клятвы Викингов часто имеют подвохи, которых позже может избежать только очень сообразительный человек. С другой стороны, сивиллы Болдера держат в секрете свои особенно важные Видения по тем же соображениям особого толкования.

Он взглянул на сверкающую поверхность хрустального стола. Она была огранена и отполирована мастерски. Ему вдруг показалось, что он заметил движение на поверхности, хотя он мог увидеть только красно-коричневый пол. Он тряхнул головой. Иллюзия, вызванная слишком напряженным размышлением о сивиллах и Видении.

Годи простер свою правую руку, повернув ее так, что широкий золотой браслет, символ его власти и могущества, оказался перед Иджилом. Он положил руку на кольцо для клятвы.

Иджил раздумывал, было ли кольцо освящено в храме. Он решил, что в подобной ситуации для него это не имеет значения. Ему было нечего терять, зато можно хотя бы мельком увидеть Карна. Ему будет нетрудно сохранить в секрете эту встречу от других гостей, и у него едва ли будет шанс увидеть кого-нибудь из Верхнего Мира, так что он никогда не раскроет существование Наблюдателей. Он опустил руку на кольцо.

— Я клянусь кольцом и Хеймдалом, своим покровителем, что я никогда не раскрою ни существования народа, именуемого Наблюдатели, ни того, что я увижу здесь, ни одному живому существу. — Он отступил. — Этого достаточно?

Годи кивнул в знак согласия.

— Ты должен коснуться стола руками. Это позволит нам открыть тебе Видение. Это также увеличит силу в каждом из нас.

Все встали вокруг стола, Арн был с одной стороны Иджила, Фригдис с другой. Иджил заметил золотые ямки по размеру большого пальца вдоль бортика стола.

— Поставь пальцы на золотые точки, — приказал Годи, — и сосредоточься, Иджил, сын Оудина, на лице своего друга. Остальные дадут тебе его портрет. Начнем с того, что происходило, когда ты лечился. Теперь концентрируем внимание.

Иджил напомнил себе сказать Годи, что на Болдере уже не называют детей по имени отца на старинный манер, затем закрыл глаза и представил бронзовое лицо Карна, его темные каштановые волосы и медовые глаза.

— Нет, — шепнула Фригдис, — ты не должен закрывать глаза. Что ты увидишь с закрытыми глазами? Смотри на стол.

Иджил послушался. Сначала он видел только смутное движение, которое заметил раньше. Затем оно переросло в знакомые черты Карна и, наконец, в стоящего в боксе Карна, в огромной круглой комнате, напоминающей театр. Люди в одежде с цветом Домов и в куртках и штанах Свободных заполняли ее.

Иджил отдернул руки от стола.

— Вы не смели говорить, что он в безопасности, потому что он в тюрьме.

Картина на столе потускнела и стала дрожать.

— Ты допускаешь, что у нас меньше чести, чем у тебя. — Голос Годи был леденящим. — Мы показываем тебе прошлое. Мы говорили тебе об этом. Позже настоящее. Это случилось, когда ты еще был у Жертвенника.

— У нас нет причины скрывать правду, — добавил Арн. — Он твой друг, и мы делаем это для тебя. Карн Халарек — не тот человек, который интересует нас сейчас.

— Вы знали, что он интересует меня, — вскипел Иджил. — Вы использовали…

— Замолчи и слушай, — шикнула на него Фригдис. Она подтолкнула Иджила к бортику с гола и легонько пристукнула его по рукам. — Требуется огромная концентрация, чтобы явился звук и изображение к неясновидящему, а ты мешаешь нам.