Крэг Гарднер - Гнусные гномы

— Проклятие, — сказал Хендрик. — Моя волшебная дубинка заждалась настоящей битвы!

— Что это вы там говорили насчет настоящей битвы? — послышался голос Киллера, который подошел, как всегда, незаметно.

— Вот-вот! Настоящая битва! — подтвердил Снаркс. — Прощай, Домовой!

У ног демона раздался маленький взрыв.

— Звали? — спросил знакомый тоненький голосок. — Да ладно вам! Я же явственно слышал свое имя!

— С чего бы это? — презрительно отозвался Снаркс. — Ты, верно, ослышался: не «Домовой», а «хоть волком вой»! А что еще скажешь, если некто ростом тебе по колено все время так и вертится под ногами?

Башмачник печально покачал головой:

— Как больно видеть существо, не способное оценить красоту и мощь Домовой Силы. Боюсь, я недостаточно убедительно описал нашему другу все достоинства образа жизни домовых! Слушай же, друг мой Снаркс…

— Извини, — пробормотал демон, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. — Но мне это неинтересно.

Однако Башмачник мертвой хваткой вцепился в подол Снаркса:

— Я, пожалуй, начну с самого начала, с глубокой древности, с тех времен, когда домовых еще не было…

— А вот это уже, пожалуй, интересно, — просветлел демон.

— Как, впрочем, и демонов, — невозмутимо продолжал Башмачник и, оглядев всех нас, добавил: — И волшебников, и учеников их, и рыцарей, и наемных убийц — никого и ничего не было, кроме… Великого Башмака!

— Опять неинтересно! — заявил Снаркс, потихоньку отодвигаясь от неугомонного Домового.

— Признаться, и мне неинтересно, — печально произнесли у меня за спиной. — Меня вообще занимают лишь отдельные личности, избранные.

Это был единорог.

— Но ради этих избранных я готов на все! — воскликнуло великолепное создание. — Ах, если бы мне было где приклонить…

— Прошу прощения. — Моя возлюбленная Нори решительно встала между мною и золотым рогом. — Нельзя ли и мне принять участие в беседе? Вдруг и я на что сгожусь? — Она пристально посмотрела мне в глаза и добавила: — Пока я еще здесь.

— Эй, что тут у вас происходит? — спросил жизнерадостный густой голос. — Если празднуете победу, то какое же веселье без праздничного представления?

Домовой между тем продолжал рассказывать свою историю. Он вдохновенно прикрыл глаза и говорил чистым, высоким голосом, как будто не замечая, что все остальные тоже разговаривают:

— …И Величайший из Великих посмотрел вокруг и увидел, что нет ничего. И зашнуровал Он этот хаос, и сказал: «Да будут башмаки!»

— Я знаю, чем вас развлечь! — не унимался дракон. — Вот послушайте-ка анекдот из нашей новой программы: «Жил-был дракон, и решил он как-то пропустить стаканчик. Приходит он в таверну и говорит…»

— Гм! — поморщился Эбенезум и зажал нос: уж больно много волшебства скопилось поблизости. — По-моему, Вунтвор, нам с тобой следует перейти в библиотеку. — Учитель повернулся к остальным. — Мы с Вунтвором скоро вернемся. Пожалуйста, подождите нас. Извините…

Учитель чихнул, быстро отвернулся и побежал через двор к Колледжу. Я едва поспевал за ним.

— И сделались башмаки! — вещал у нас за спиной Домовой вдохновенным, звенящим голосом. — И ботинки, и сандалии, и остроносые туфельки…

— Ну так вот, — опять прорезался драконий бас. — Хозяин приносит дракону кружку эля и говорит: «С вас пятьсот крон», и прибавляет: «К нам ведь нечасто заходят драконы…»

Эбенезум поспешно захлопнул за нами дверь библиотеки.

— Боюсь, там дело добром не кончится, — заметил он, и я с ним согласился.

Эбенезум пару раз дернул себя за бороду и сказал:

— Всегда так бывает, когда речь идет о большой магии. Волшебные существа скапливаются в значительных количествах и начинают бешено «излучать» волшебство. К сожалению, это может привести к разрушениям. — Он высморкался. — Особенно в нынешней ситуации. Как все, что имеет отношение к колдовству, представители волшебного мира нуждаются в постоянном надзоре. Им необходима твердая рука. Так сказать, руководитель.

— Учитель… — Я не совсем понимал, куда он клонит.

— Вот именно. — Эбенезум пронзил меня стальным взглядом. — Им нужен ты, Вунтвор!

— Учитель! — воскликнул я в смятении.

— Да, — неумолимо подтвердил волшебник. — Это не подлежит сомнению. Кто-то должен направлять наши действия против Голоадии. К сожалению, моя болезнь не позволяет мне это делать. А теперь ею заразились и все волшебники Вушты. Именно ты, Вунтвор, поведешь нас к победе. Больше некому!

Что я мог сказать? Я, Вунтвор, невежественный и нерадивый ученик, и вдруг — главнокомандующий всеми нашими силами! Ошеломленный таким доверием, я тем не менее взял себя в руки и, глядя на волшебника, такого величественного в своей густо-синей мантии, торжественно наклонил голову в знак согласия. Дышать я старался поглубже и, насколько мог, выпрямился. В конце концов, может, учитель и прав? По пути в Вушту и на задании в Голоадии я доказал, что способен колдовать по мелочи. Разве я не устроил дождь из дохлой рыбы, разве не превратился однажды в курицу? Что ж! Я сложил руки на груди, готовый к своей высокой миссии.

— Да уж, — подытожил учитель, убедившись, что я не возражаю. — Теперь надо подготовиться. И, поверь мне, Вунтвор, что лучшая подготовка для волшебника — это выработка позитивного отношения к тому, что может произойти.

— Вот именно, — согласился я, готовый разделить с учителем ответственность за исход всего предприятия.

— Следовательно, главное для тебя — сохранять присутствие духа, что бы ни случилось и что бы тебе ни говорили. О Восточных Королевствах ходит множество слухов, и, хотя большинство из них совершенно беспочвенны, в Вуште полно людей, которые их с удовольствием распространяют. — Он задумчиво погладил ус. — Так что ты не должен придавать ни малейшего значения россказням о Матушке Гусыне и особенно о том, как она сажает волшебников в печку, а потом скармливает их своим великанам. И уж конечно, не стоит верить байкам про то, как она обращает людей в зверей и в растения. — Тут Эбенезум поднял седые брови и поставил последнюю точку. — Помни: что бы ни случилось, магия с тобой!

В зверей и в растения? Мне вдруг пришло в голову, что могут быть ситуации, которые потребуют заклинаний посложнее, чем «рыбные» и «куриные». Я смущенно кашлянул. Кажется, у меня все-таки появились некоторые сомнения. Но как бы получше изложить их Эбенезуму?

— Но, учитель, — неуверенно начал я. — Смогу ли я выучить все необходимые заклинания? Я имею в виду, что моя магическая подготовка оставляет желать…

— Это правда, Вунтвор, — с огорчением подтвердил Эбенезум. — Я недостаточно занимался твоим образованием. В первые два года твоего ученичества я все собирался начать с тобой курс магии. Но ты же знаешь, как это бывает: то одно, то другое… Время утекает сквозь пальцы. Что пользы плакать над пролитым молоком и невыученными заклинаниями! Мы должны восполнить пробелы и начнем прямо сейчас.