Алексей Кривошеин - Фабрика волшебства (СИ)

Ознакомительный фрагмент

Не успел мужчина до конца материализоваться, как уже орал во все легкие:

— Новобранцы, в три шеренги становись!

Голос был хорошо слышен даже в самом дальнем уголке пещеры, и дело было отнюдь не в магии.

— А ну подровнялись! Быстро! Молодцы! Орлы!

Ошалевшие от громовых команд, претенденты заметались по пещере, натыкаясь друг на друга. Подобие порядка удалось навести минут через пять. Ветер обвел взглядом неровные ряды и поморщился, словно случайно задел больной зуб.

— Мое имя Ветер, — сказал он, расхаживая вдоль замерших претендентов. — Я глава отдела безопасности фабрики волшебства. Я ваш ужас и страх, я ваш ночной кошмар. Это если вы умудритесь попасть на фабрику волшебства. Но я постараюсь помешать вам. Знаете почему? Потому что на фабрике нет места таким хлюпикам и слабакам как вы! Даже в нормальную шеренгу построиться не можете! Слабаки!

— Какое право вы имеете с нами так обращаться? Мы пока еще не в вашем подчинении, — раздался дрожащий от волнения голосок.

Ивор похолодел, потягаться с Ветром решил не кто-нибудь, а Алина.

— Кто тут у нас вякает? — глаза начальника охраны сузились, он повернулся и подошел к девушке, огромный, потемневший от ярости.

Девушка сжалась, присела, но глаз не отвела.

— Девочка, — негромко проговорил Ветер. В сравнении с ором, которым он общался в начале, этот тихий голос навевал жуть. — Повтори, что ты сказала?

— Вы не имеете никакого права… — голос девушки сорвался, она зло тряхнула головой и твердо закончила.

— …никакого права на нас орать. Мы еще не ваши подчиненные! — закончила она, окрепшим голосом.

Какое-то время Ветер глядел в зеленые пронзительные глаза, ноздри его гневно раздувались, кулаки сжимались. Вдруг он резко расхохотался, хлопнул Алину по плечу, отчего девушка присела.

— Молодец, девка! Не трусиха! — он повернулся к стоящему рядом Раздвачету. — Учитесь, хлюпики. Скоро женщины будут храбрее вас!

У Ивора отлегло от сердца. Алина опять умудрилась выделиться и нарваться на похвалу. Да еще у такого человека, у которого даже Рудольф будет ходить в немилости.

— Ни как нет! Мы не трусы! Мы готовы ради вас на все! Вы для нас будете как отец родной!

Юноша удивленно уставился на Рудольфа, ибо всю эту тираду он проорал, вытянувшись и уставившись вперед, как заправский солдат.

— Ух ты! — восхитился Ветер. — Кто тут у нас?

— Рядовой Рудольф! Прибыл в ваше распоряжение для прохождения испытания!

Рыжепрядый кричал во все легкие, сам в это время старательно тянулся ввысь, стоя по стойке смирно. Прядка на его голове скопировала его стойку, отчего Рудольф сделался похожим на однорогого монстра.

— Ого! А это у тебя что? — ткнул пальцем в прядку Ветер. Волосяной человечек притопнул ножками и вскинул ручку в молчаливом приветствии.

— Ничего себе! — восхитился начальник охраны. — Новобранец один, а муштровать можно двоих. Диво дивное!

Он расхохотался, потом резко оборвал хохот и двинулся дальше вдоль шеренги.

— Тем, кому не нравятся мои манеры, — он многозначительно поглядел на Алину. — Я никого не держу. Пожалуйста, дверь открыта. Топайте себе на здоровье. Считаю до трех. Кто останется, тот будет подчиняться всем моим приказам и тогда, быть может, я замолвлю за него словечко перед злобным Кондратием.

Клемент вспыхнул. Ивор видел, как он раскрыл было рот.

— Ну же! Давай, нарвись на наказание! — прошептал юноша.

Но Клемент лишь скрипнул зубами и отвернулся.

— Раз! Два!! Три!!!

Никто не двинулся с места.

— Вот и славно, — Ветер вновь кричал во все легкие. — Новобранцы! Вам выпала великая честь пройти испытание на нашей любимой фабрике волшебства. Так отразим же троекратным дружным «ура» нашу горячую любовь и обожание. Ура-ура-ура!

Внезапное предложение Ветра застало претендентов врасплох, хор получился нестройный и тихий. Лишь Рудольф орал так, что у Ивора зазвенело в ушах.

— Крутой мужик! Мне нравится! — шепнул рыжепрядый.

— Даже больше Изиды? — подколол Мефодий.

— Что ты понимаешь? — фыркнул Рудольф. — Не путай теплое с тяжелым.

— Разговорчики! — Ветер так поглядел на них, что желание говорить отпало само собой.

— Бойцы! Вы должны доказать, что достойны работать на нашей всеми любимой фабрике. Сейчас мы проверим ваши поджилки, пощупаем вашу кость, поглядим, кто чего стоит.

Он взмахнул рукой. С противоположного конца пещеры будто слетела пелена. Претенденты не сумели удержать возгласов удивления, строй рассыпался.

Из ниоткуда появилась глубокий провал шириной в десяток шагов. Провал длился от стены до стены, прямо в центре через него был перекинут веревочный мост. Посреди моста высился самый гигантский человек, которого когда либо видел Ивор.

— Бойцы! — рявкал Ветер. — Перед вами мост, на мосту стоит Бот, мой худший ученик. И он жаждет реабилитироваться в моих глазах. У Бота есть одно неоспоримое качество — нет в Государстве человека сильнее Бота, этого у него не отнять. На том конце моста рычаг. Все очень просто — если вы нажмете рычаг — вы в обойме, если за пять минут вы не коснетесь его — задание провалено. Почему-то мне кажется, что так оно и будет.

— А в чем сложность? — не понял Мефодий.

Широкая рожа Ветра расплылась в волчьем оскале.

— Хороший вопрос, боец. А главное своевременный. Может быть, ты желаешь первым найти ответ на него так сказать практическим путем? Что, боец, поджилки трясутся? Привык, небось, в своих школах штаны протирать, — он взглянул на просторное одеяние Мефодия и хохотнул: — Или что там у тебя вместо штанов, ха-ха.

Мефодий насупился.

— Сложность в том, что у Бота, — объяснил Ветер, махнув в сторону гиганта, — есть четкий приказ — любого, кто попытается преодолеть мост кидать вниз.

После этих слов претенденты заметно взволновались. Незнакомый Ивору паренек с синими волосами подошел к самому краю пропасти и отшатнулся назад в ужасе.

— Дна не видно! Мы же разобьемся! — закричал он.

— Не разобьетесь, — успокоил их Ветер. — Пока летите, со страху помрете.

И захохотал гулко.

Ивор покосился на Клемента. Тот брезгливо кривился, зарывшись носом в платочке с благоуханиями, но был абсолютно спокоен. Похоже, его больше возмущают шумные манеры Ветра, чем само испытание. А это значит…

Козя тоже подкрался к пропасти. Он посмотрел вниз, линзы бешено запрыгали вокруг него, составляя подзорную трубу. Все длиннее и длиннее.

Парню словно по лбу дали. Он отшатнулся от пропасти и побледнел. «Подзорная труба» разом распалась.