О. Шеремет - Бунт

Бочком-бочком ошарашенный темный прокрался к столу мимо Тэсс и встал там. Он был бы очень благодарен тому, кто объяснил бы ему, что происходит и как он умудрился обидеть девушку, сказав всего лишь три слова. Это прямо рекорд.

Но Тэсс успокоилась, смутилась.

— Ты… ты что-то хотел сказать? — нерешительно нарушила она молчание. — Извини, я просто здесь… с ума схожу. Наверное.

Иззмир понял, что с ней всё в порядке — относительно, и приблизился.

— Я просто очень хочу быть тебе полезной. Понимаешь? Одного спасибо недостаточно, а я даже не знаю, смогу ли когда-нибудь отплатить тебе за все.

— Ты рассказывала, что за искреннюю помощь платить не нужно.

— Да, но…

— Тэсс, — Иззмир легонько коснулся ее плеча, надавил, показывая, что ей нужно сесть. — У нас мало времени. Очень. Скоро за тобой придут, чтобы принести в жертву.

Он ожидал реакции, но девушка промолчала, просто кивнула. От нежных щек отхлынул румянец, но она даже не вздрогнула. Эльф коротко вздохнул.

— Старайся вести себя так, будто… ну, как обычно ведут себя эльфы, когда их пытаются принести в жертву? Только сильно не сопротивляйся, иначе тебе могут причинить боль. Или, что ещё хуже, лишить сознания. А нам это не нужно.

— Правда? — засомневалась Тэсс. Ей казалось, что, если уж все-таки предстоит окончить жизнь на алтаре, то лучше в этот момент ничего не видеть. И не чувствовать.

Она поправила бумаги на столе, которые норовили съехать. Рука чуть-чуть дрожала. Она уже начала надеяться, что эта авантюра закончится, как и другие, счастливо… Но Карниэль был прав. О, как же он был прав!

— В минуту смены кругов в святилище начнется суматоха. Не пугайся. Не двигайся с места. Ты поняла?

— К-какая суматоха?

— Это неважно. Ничего не делай, даже не пытайся снять цепи, и ни во что не вмешивайся. Я заберу тебя сам и выведу отсюда. Если все получится, им будет не до нас.

— Выведешь? А потом?

— На Поверхность, — Иззмир внимательно следил за ее выражением лица, стараясь не упустить момент, когда оно вспыхнет радостью. Так и случилось, но маг почему-то вместе с удовольствием испытал укол боли. Ведь для Тэсс этот путь был возвращением домой, к свету, а для него — во тьму, после того, как эльфийка — единственный лучик — покинет подземелья.

— Мы и так слишком долго ждали. Карты у меня есть, правда, старые, да и пути эти вряд ли безопасны. Но, думаю, мы сумеем выбраться. И ты отправишься домой.

— А ты? Иззмир, ты пойдёшь со мной?

— Нет, — быстро ответил эльф, надеясь, что его отказ прозвучал достаточно твердо, чтобы убедить Тэсс. — Не могу.

Она собиралась было возражать, но погрустнела — на ум пришла какая-то мысль.

— Понимаю. Твоя сестра. Может, и она тоже?..

Иззмир отрицательно покачал головой. Нет, Ксани не покинет Рраен, он знал это наперед.

— Ладно, — Тэсс хотела сказать что-то еще, но вместо этого тряхнула головой и хлопнула ладонью по коленке. — Ладно! Ты говоришь, у нас мало времени сейчас — значит, поговорим потом, по дороге.

Иззмир сильно сомневался, что и в пути у них найдется время на отвлеченные разговоры, но промолчал.

Глава 2

Мертель стоял у входа маленькой часовенки, ожидая, пока Ксани освободится. Она зажигала лампады в честь Шэли`и`Ксан, своей богини, и не собиралась прерывать ежедневный ритуал даже ради новостей о своем любимом брате. Так, по крайней мере, она заявила запыхавшемуся Мертелю, когда он нашел ее. Между прочим, прибежал сразу же после разговора с Яхмосом — могла бы и оценить такой поступок!

Мертель нахмурился. Нет, упрямая девчонка заявила, что ему придется подождать, и пошла к своей Змеезнающей.

Боги, богини… какой в это смысл? Для Мертеля вся эта мифология была просто символом, ничем больше. Паучиха Ллос — символ дхаэроу, божественный брат и сестра — их противники, которых в качестве своих покровителей выбрали мятежники. Но ведь боги существуют, только пока в них верят. Значит, они куда слабее смертных. И вообще, кто их видел, этих богов, кто их щупал? Жрицы черпают свою силу из их благословения — но это говорят жрицы, а можно ли им верить? Маги вон тоже молниями швыряться умеют, и не хуже жриц. Правда, их объяснения о каких-то линиях силы, об узлах энергии и прочем выглядят не более достоверно, чем сказки о Шэли и Олдхе.

Тем не менее, Мертель был скорее склонен верить магам — может, потому что чародеями были только мужчины, в то время как жречество было женской прерогативой.

— Так что там с Иззмиром?

От низкого, с хрипотцой, голоса по коже воина побежали мурашки. Он сглотнул слюну и обернулся, подал руку Ксани, помогая ей спуститься по ступеням. Простая вежливость. Вроде бы. На самом деле — возможность коснуться ее руки, почувствовать на секунду себя ответственным за жизнь желтоглазой танцовщицы…

Вкратце он пересказал девушке план, предложенный Измиром и то, что Яхмос его одобрил.

«Чем в больше безопасности чувствуют себя дхаэроу, — сказал он, — тем больше они почитают Ллос. А нам нужно, чтобы ей не доверяли, чтобы её начали проклинать. Чтобы дхаэроу поверили, что Паучиха не всесильна».

Ксани радостно захлопала в ладоши, не слушая дальше рассуждения Яхмоса, которые Мертель пытался выдать за свои собственные.

— И он сказал, что скучает по мне? Ну, еще бы! Наконец-то Иззмир будет с нами!

— Да, но…

— Что «но»?

— Не сейчас, — Мертель замялся под испытующим взглядом девушки. — У него еще дела. Но он с ними закончит за пару седьмиц, а потом — да, присоединится к нам.

— Какие еще дела?!

— Не знаю, — бодро соврал воин. — Не сказал, а я не спрашивал.

Золотые глаза Ксани угрожающие сузились, она остановилась посреди улицы.

— Мертель, ты не умеешь лгать, — медленно проговорила она. — Абсолютно. Так что попробуем еще раз: какие дела мешают моему брату наконец-то покинуть Тилгуафну?

Мертель тоскливо огляделся в поисках путей побега. Впрочем, что толку? Даже если он сбежит сейчас, Ксани этого так просто не оставит — будет расспрашивать его при следующей встрече. Не видеться с ней, чтобы сдержать слово, данное Иззмиру? Но… не видеться с ней…

— Это секрет. Он просил сейчас не говорить, но потом сам расскажет. Наверное, — добавил дроу на тот случай, если Иззмир рассказывать ничего не собирается.

Зря он все-таки это сделал. Ксани, которая вроде бы успокоилась, предвкушая сюрприз, при последнем слове яростно взметнула серебряным длинным хвостом.

— Наверное?!

— Да, н-но… мне пора!

Он успел услышать свист кнута, но не успел среагировать, и в следующую секунду неловко упал на землю. Было больно и очень обидно.