Сергей Ким - Чужая жизнь

Ознакомительный фрагмент

— Синдзи!

— А?

— А что это за блюдо? Никогда ничего подобного не видела, но пахнет аппетитно… Хотя и выглядит…

— Не нравится — сам всё съем, — заметил я.

— Да нет, Синдзи! Ты меня неправильно понял!..

— Мисато, не отлынивай — вон ещё пятно на столе…

Блюдо мое, видите ли, плохо выглядит… Ну и что? Тебе, командир, что важнее — вкуснота (хотя скорее сытность) или внешний вид? Уж всяко лучше, чем эта твоя кукса (видеть её не могу!!!)…

А готовил я, собственно, классическое общажное блюдо — суп, он же потом каша или же жаркое. Ничего сложного — немного риса, картошка (мозг впал в ступор, увидев в супермаркете уже чищенную в пакетах), морковка плюс окорочок. Всё мелко пошинковать, смешать, залить водой, сварить и съесть. Да! И не забыть плюнуть в рожу тому, кто назовёт это собачьей едой.

Эх, жалко я тут макарон и тушёнки не нашёл…

— Синдзи…

— Ну чего ещё? — устало ответил я. Жизнь с такой личностью, как Мисато, зело утомительна, хотя и весела, и не скучна…

— Синдзи, я хочу поговорить о вчерашнем бое, — серьёзно глядя на меня, сказала Мисато.

— А что такое, командир? Я же победил, — насторожился я.

— Вот в этом-то и всё дело! — воскликнула Кацураги. — Ты можешь объяснить, как у тебя получались все эти штуки с АТ-полем? Рицко на командном мостике суть собственный халат не сгрызла, пытаясь во всём этом разобраться… Мы о таких возможностях Ев даже и не предполагали, а тут ты в первый раз садишься в неё и как-то это…

"Подозрительно?.."

Я немного подумал и ответил, впрочем, не забывая помешивать колдовское варево:

— Знаешь, Мисато… Я вообще слабо понимаю, как я всё это вытворял и не уверен, смогу ли я это всё повторить… Это было просто как озарение, понимание… Вот спросят тебя, как ты руками своими двигаешь, ну и что ты скажешь?

— С помощью мышц, — честно ответила Кацураги, после короткого раздумья.

— Ага, а весь процесс передачи нервных импульсов от головных нейронов опишешь?.. Воот… Вот так и я просто понял, что раз поле окружает моё тело, то его концентрацию можно менять. Или там, что с его помощью можно бить… Школьный курс физики — ничего сложного.

— А я со школы только что-то про плюс и минус помню, и яблоко, которое Ньютона по голове стукнуло… — удручённо пробормотала Мисато, выслушавшая всю мою тираду с открытым ртом. — Слуушай… Может тебя из пилотов в научный отдел к Рицко перевести? Будешь Евангелионов новых придумывать!

— А если не секрет, сколько уже у неё в отделе сотрудников? — ехидно поинтересовался я.

— Нуу… — задумалась Кацураги. — Где-то около полусотни…

— А сколько у вас сейчас Пилотов? Учитывая, что в решающий бой послали меня одного, то, думаю, что немного…

— Считая тебя — двое, — рассмеялась Мисато.

— О, а кто второй? — "поинтересовался" я.

— Вторая, — ожидаемо поправила меня капитан. — Её имя Рей, Аянами Рей. Странная девочка, на мой взгляд, несколько не от мира сего, но это-то понятно…

Так, последняя часть фразы меня насторожила — чего это отклонения от нормы стали, нормой? Мисато же вроде ещё не знает об искусственной природе Рей…

— …Я так и не узнала, ни откуда она, ни кто её родители… — закончила Мисато, развеяв мои подозрения. — Она вообще оказалась в НЕРВ раньше меня. Ну, ничего, скоро ты с ней сам познакомишься… Я так думаю, хотя она и, гм, не слишком общительна…

— Ладно, поживём — увидим, — философски протянул я. — Кстати, можно вопрос, Мисато?

— Валяй.

— Почему вы построили огромного робота, но не смогли поставить на него нормальный атомный реактор в качестве источника питаний и дать оружие получше, чем простой нож? Я не знаю ракетомёт там или крупнокалиберную гаубицу…

— Эээ… — вопрос поставил Мисато в тупик. — Если честно, то я даже и не в курсе… Это тебе лучше, у Рицко спросить…

— Всенепременно, — категорическим тоном заявил я, ибо сия проблема меня действительно очень занимала. — И насчёт моих предварительных наработок в области вооружения моей Евы тоже.

— В смысле? Ты что, думаешь, что сможешь придумать что-то лучшее, чем целый институт ООН?! — ехидно поинтересовалась у меня Кацураги. — Да уж, ты достойный сын своего отца!

— Ты, конечно, права, Мисато… Вот только воевать-то мне, — отрезал я. — И виднее, наверное, всё же тоже мне. Вчера, например, я нож потерял и так его найти не смог…

— Так это…

— …Трудно было второй куда-нибудь сунуть? И желательно в место поудобнее, а не в плечо… Или вообще вделать мне в руку выдвижные клинки, как в комиксах. Кстати, почему нож? Мне бы что-нибудь подальнобойнее — пушку или ракетницу, хотя можно и копьё или меч…

— Синдзи, Синдзи! — замахала руками капитан. — Мне-то ты чего это говоришь? Я же в этом мало, что понимаю!

— Так ты же мой тактический командир! — возмутился я.

— Правильно, — кивнула Мисато. — И моё дело — тактика, а не технические выдумки.

— "Давайте затопим пару линкоров и застрелим его под водой"… — буркнул я, вспоминая чудовищно идиотский план Кацураги в сериале. И это мой тактический командир? Жесть!..

— Чего?

— Да нет, ничего. Садитесь жрать, пожалуйста, говорю — блюдо готово.

— Ура!..

***

— Уф… А вкусно, хотя и необычно! — сыто заключила Мисато, сделав большой глоток пива. — Правда выглядлит, эээ, не очень….

— Но-но! — предостерёг её я, погрозив куском булочки. Свою порцию я уже прикончил. — Ещё одна реплика с места, и готовить в следующий раз будешь сама. Лучше делай как я.

— То есть? — нахмурила брови Кацураги, глядя, как я аккуратно подчищаю тарелку.

— Мисато, ты посуду мыть любишь? — вопросом на вопрос ответил я.

— Нуу…

— А без ну?

— Нет, — обречённо вздохнула капитан.

— А почему? Только честно.

— Лень и долго…

— Вот! — торжественно воздел вверх я кусочек булочки. — А почему? А потому, что слишком много всего остаётся в тарелке, съедобного, между прочим! А моим методом зачищаем поверхность, и в случае чего можно её даже и не мыть, а просто споласкиваем — всё равно она почти что чистая!

— Синдзи, ты гений! — округлив глаза, воскликнула Мисато, схватив ещё одну булку. — От лица командования НЕРВ, выношу тебе благодарность!

— Служу человечеству! — браво гаркнул я, попытавшись встать по стойке "смирно", не вставая из-за стола. — Или у вас тут по-другому говорят?

— Да у нас обычно вообще ничего не говорят. И не делают.

— Фигово… — философски изрёк я.

— Так, кстати!.. — оживилась Кацураги. — Раз уж это теперь и твой дом тоже, давай разделим домашние обязанности!