Анатолий Бочаров - Время волков

... - в пришедшем накануне донесении шериф Роскрея сообщает, что сборы податей за последний месяц вышли довольно приличные, - речь Пайтера Граммера, распоряжавшегося всеми финансами королевства, звучала слегка невнятно - нос министра был безнадежно расквашен и свернут в сторону. Поговаривали, что это след одной безобразной пьяной драки, случившейся много лет назад. - Заморозки также обошли Роскрей стороной, и посему мы можем надеяться, что урожай там в нынешнем году будет собран богатый. Вы опасались, что придется докупать зерно в Гарланде, но к счастью, какой бы суровой не оказалась минувшая зима, такое нам пока не грозит. Мы вполне сможем ограничиться поставками из Роскрея, Слайго и Гальса, что пойдет на пользу государству... - Граммер всегда говорил, как по-писаному. Отец язвил, что наверное Пайтер кладет себе под подушку учебник словесности.

- Очень мило, - рассеянно кивнул лорд Раймонд, изучая вытканного черной и синей нитью рыцаря, пронзающего копьем имперского пехотинца. - Но вы могли бы приберечь все это для завтрашнего совета... уверен, его величество окажется крайне заинтересован. Не стоит повторять одно и тоже столь часто и столь многим людям.

- Но... - по лицу Граммера ясно читалось, что он пребывает в растерянности. - Вы всегда выражали свой интерес...

- Всегда, но не сегодня, - в голосе герцога промелькнули резкие нотки. - Прошу извинить, граф, я крайне занят. Положите отчет из Роскрея мне на стол, я ознакомлюсь с ним чуть позже и вынесу свое мнение. А сейчас разрешите откланяться, меня ожидает комендант столицы, - глаза Раймонда Айтверна пробежались по залу и остановились на застывшем в отдалении Артуре. - Милорд! Рад, что вы наконец соизволили явиться к столь долго и столь отчаянно ожидавшему вас отцу, - теперь к раздражению добавилась еще и насмешка.

- Милорд! Нам следует немедленно переговорить наедине, - выпалил юноша. - Произошло нечто, требующее вашего немедленного внимания.

- Уверяю вас, любезный сын, мое внимание подождет, - герцог глянул в сторону казначея, и Граммер почел за лучшее извиниться и отойти. - Мне следует побеседовать с Терхолом, и чем скорее, тем лучше. Старина Терхол не любит ждать, а я не люблю причинять ему неудобства... Не знаю, что за дело заставило вас наконец-то расстаться с любезной сердцу бутылкой, но едва ли оно настолько срочно, чтобы обременять им меня. Побеседуем дома, вы тщательно прятались от меня все эти дни, так что не взыщите, что у меня появилось желание спрятаться от вас.

- Отец, - с отчаянием произнес Артур, - нет времени. Нам нужно срочно поговорить, и там, где не будет чужих ушей. Смотрите, - он на мгновение распахнул плащ, открывая на обозрение заляпанную кровью одежду.

Зрачки Раймонда Айтверна на мгновение расширились, а потом сузились. Пару секунд он рассматривал покрытый темными пятнами камзол своего сына.

- Иди за мной, - сказал герцог, отворачиваясь и, не медля ни секунды и не оглядываясь, шагает ли юноша следом, направился к выходу из зала. Артур не мешкая последовал за ним.

Старший Айтверн провел наследника в свой рабочий кабинет, густо затемненную комнату, заваленную всевозможными бумагами до самого потолка, и тщательно запер дверь на оба замка и на засов. Указал рукой на кресло в дальнем углу, рядом с баром:

- Садись и рассказывай.

Юноша не двинулся с места:

- Айну похитили.

На лице Раймонда Айтверна, герцога Западных Берегов, Драконьего Лорда и маршала королевства Иберлен, не промелькнуло и тени эмоций. Напротив, оно стало равнодушным и невыразительным, словно старинная бронзовая маска. К сожалению, Артур достаточно хорошо знал отца, и потому легко распознал в этом дурной знак. Очень дурной.

- Когда и как? - подобным тоном можно было бы расспрашивать о ценах на оружие.

- Полтора часа назад... Мы гуляли, в Квартале Закрытых Дверей. Нам повстречались разбойники. Шестеро, то есть сначала их было шестеро... Я приказал Айне бежать, а сам принял бой. Убил их всех, но... - Артур запнулся. Случившаяся на безымянной улочке сумасшедшая сцена до сих пор стояла перед глазами, а в ушах отзывался, дробясь на эхо, все тот же крик. - Это была засада. Дорогу перекрыли с обоих концов. Пока я дрался, сестру схватили... Я побежал по следу, но они... они уже ушли. Даже следа не оставили... Я обошел весь квартал, стучался во все дома... Ни следа, - повторил он тупо.

- Они говорили, зачем вы им?

- Нет, только сказали, что мы должны последовать за ними, - почему он не согласился? Все демоны ночи, почему он возомнил, что может что-то сделать и полез геройствовать? - Это не было похоже на ограбление. То есть я так не думаю.

- О том, что другая их часть зашла вам в тыл, ты тоже не думал?

- Нет, милорд...

- Что-нибудь еще? - лорд Айтверн оставался совершенно бесстрастным, хладнокровным, равнодушным... никаким. Создатель и Хранитель, лучше бы он кричал, ругался, сыпал проклятиями, призывал на голову оказавшегося беспомощной дрянью отпрыска кары небесные... но только не это ледяное спокойствие. Господи, только не это...

- Милорд, - юноша опустил голову, у него не было сил смотреть в глаза отцу. - Милорд, это моя вина. Я...

- Заткнись. - Сорвавшееся с губ слово - как мимолетный удар хлыстом. - Что-нибудь важное?

- Нет... То есть да, - опомнился Артур. - На площади Леди Сейлан мы увидели одного парня... Неприметный такой, смахивал на крестьянина. Он... Айна сказала, что уже видела его сегодня. Три раза. Она считала, он следит за нами. Я пошел поговорить с тем типом, но он меня заметил и скрылся. Мы пошли за ним, и... И попались в западню.

Едва заметная пауза, затем:

- Почему ты пришел ко мне только сейчас?

- Я бегал по городу... - беспомощно сказал Артур. - Надеялся... надеялся ее найти, - щеки горели так, будто их лизали языки огня. - Потом отправился домой. Думал, вы вернулись. - Он тогда ничего не соображал и метался из угла в угол, как в горячечном бреду. - Но вас не было, тогда я взял коня и прискакал сюда. Это все... - Он замолчал.

Раймонд Айтверн медленно, очень медленно поднял правую руку и поднес ее к глазам, рассматривая украшающий указательный палец золотой перстень с большим рубином на нем. Снял кольцо и отложил его на край ближайшего стола, а затем застыл на мгновение, будто о чем-то размышляя. И резко ударил сына по лицу. Первый раз в жизни. То была пощечина, быстрая и очень сильная. Перед глазами будто разорвалась шаровая молния. Артур отлетел на несколько шагов и больно ударился спиной о дверцу шкафа, набалдашник ручки вонзился в поясницу. Юноша вскрикнул, качнулся из стороны в сторону и сполз на пол. Голова тряслась и звенела, на глаза наворачивались слезы.

Не говоря ни слова, отец налил себе вина в высокий бокал из кардегойского хрусталя и выпил - не спеша, неторопливо, с расстановкой, растягивая каждый глоток, а потом аккуратно отставил бокал на ручку подвернувшегося кресла. На несколько ударов сердца прикрыл глаза. В комнате стояла мертвая тишина.