Ричард Кнаак - Страна-за-Пеленой

— Имя?

— Вот я — Дру. Мое имя Дру. Если бы с нами был еще один голос, и он захотел поговорить со мной, но не с тобой, он бы сказал: «Хочу поговорить с Дру». — Это было не лучшим объяснением, но ничего умнее в голову не приходило. Все больше и больше хотелось отключиться, но не было никакой уверенности, что удастся потом прийти в себя.

Облако выросло. Сжалось. Изогнулось. Сменило форму.

— Я — Я, и еще — Он.

— Нет… Это не… не…

— Пойдем! Это интересно! Не исчезай!

Враад вскрикнул: его тело наполнила мощь. Он почувствовал себя разом и всесильным, и бессильным. Мир был у его ног, и он был в нем самой низшей формой жизни. Боль трясла его.

— Ты говоришь, я не могу называться «Я»? Почему так?

Дру согнул руку — она была в порядке.

— Ты меня вылечил?

— Ты никак не мог объяснить эту штуку с именами, и я решил поделиться собой.

— Благодарю. — Рассудок постепенно прояснялся. — А как получается, что мы говорим? Ты…

— Мы говорим, потому что я так хочу! И все! Я хочу знать про имена! — Облако задвигалось.

Наверное, подумал колдун, облако умеет подхватывать мысли, которые лежат на поверхности, и так выучило враадский язык. Но многого не поняло, потому что не копало слишком глубоко. Не хватило сил. Или не желало повредить его. Хотелось бы верить во второе.

— Может, тебя все-таки присоединить?

— А имена? — вскричал Дру с новым приливом сил. — Что ты хотел знать?

— Знать? Я хочу имя! Может, я тоже буду Дру?

— Нет, так нельзя. — Гора мрака, носящая его имя! Между именем и сутью все же должна быть связь.

— А как можно?

Действительно, как? Если он найдет облаку хорошее имя, может, оно поможет выбраться? Описания! Вот то, что надо.

— Давай сделаем имя из того, какой ты и что делаешь.

— Я такой, какой я есть, и делаю то, что всегда.

— Но что ты такое? Ты могучий, меняющийся, темный…— Дру продолжал перебирать в надежде, что его собеседнику понравится одно из слов.

— Все это и больше, но Могучийменяющийсятемный — слишком длинное имя! Хочу короткое, как у тебя!

Дру подумал было начать называть знакомые имена и предложить собеседнику выбрать, но побоялся, что это надоест ему и рассердит. А тогда недолго и оказаться «присоединенным».

Масса тьмы пульсировала. Не в силах найти решение, она подплыла поближе.

— Я вижу только себя! Я не могу себя описать! Дай еще из чего выбирать!

Дру вдохнул поглубже. То, что он скажет, может еще больше рассердить его. Но надо отвечать.

— Я был не в порядке, когда появился ты, и мои мысли были тоже не в порядке. Я видел вспышку… теперь передо мной тьма… а до этого была только пустота. — Облако замерло. — Я думал, ты — проход из пустоты… туда, где я был…

— Это хорошо! Это будет мое имя!

— Имя? — Что же он такое сказал?

— Короткое, как у тебя, но звучнее, потому что я больше тебя! Хорошие звуки, сильные!

— И какое теперь у тебя имя? — наконец отважился спросить враад.

— Я — Тьма! Разве плохо звучит?

— Звучит…— Дру не сдержал улыбки. — Это действительно подходящее имя!

Тьма зашевелился. Он явно был очень доволен.

— Имя! У меня есть имя! Хорошее имя!

— И никто не может его у тебя отнять. Оно твое навсегда. — Дру припомнил Шариссу маленькой девочкой. Облако — то есть Тьма — очень походило сейчас на ребенка.

Шарисса… Дру решил, что настала пора попытаться получить от своего загадочного собеседника помощь.

— Я тебе помог найти имя, Тьма, — сказал он, — не поможешь ли и ты мне?

— Тебя присоединить? Пожалуйста…

— Нет! Не присоединить! Я хочу, чтобы ты помог мне найти путь домой. Ты ведь это можешь, а?

— Я могу все, — заявил Тьма, — а что не могу я, может другой я!

— Другой ты?

— Тот, кто создал Тьму, конечно!

— Ага.

— Ну так скажи мне, Дру, что такое «домой»? Так. Новая трудность.

— Дом — это место, откуда я явился… Где я был до того, как… Где меня сделали. — Он раскинул руки. — Твой дом — Пустота, и ты появился в каком-то ее месте.

Из Тьмы вытянулось щупальце и поползло в сторону Дру. Фута за полтора оно остановилось и обнаружило на конце… глаз. Это был льдисто-голубой глаз без зрачка, да такой, что врааду пришлось сразу отвернуться, чтобы не утонуть в нем. Тьма убрал глаз и покрутил щупальцем в разные стороны.

— Это называется Пустота? А я и не знал!

Дру уже начал представлять, как он проведет века, вися в белом Ничто и объясняя философские концепции существу, которое время от времени подумывает его съесть.

— Ты понял, что я хотел сказать?

Громовой хохот едва не оглушил его. Дру закрыл уши ладонями, но пользы это не принесло. Смех тряс его и огнем жег уши. И вдруг прекратился.

— До чего же забавно!

— Что… забавно?

— Мне надоел твой голос, и я решил послушать другого тебя. Он такой потешный! Страх — это очень забавно. Я тебя здорово напугал?

Усилием сохранив здравость мысли, Дру осознал, что Тьма попросту решил прочитать его мысли. И теперь знал, как Дру боится. Неясно, насколько глубоко он проник в его сознание, — но достаточно.

Стало быть, обманывать нет смысла. Но стоит озаботиться прикрытием новых мыслей.

— Да, ты меня очень напугал, Тьма, — ответил Дру. — Ты запросто можешь проглотить меня. Да еще вошел в мое сознание. Разве я не должен был этого испугаться?

К его удивлению, странное существо сжалось чуть ли не вдвое. Глаз скрылся в чернильной мути.

— Я понял, я сделал плохо. Теперь понимаю. Но я понял больше из твоего внутреннего голоса. — И Тьма вздохнул. Совсем по-человечески. Вот уж чего Дру никак не ожидал. — Я тебе помогу найти дом.

— Благодарю.

— Итак, дружок! Где он? Дру задумался.

— Он… — Как же объяснить Тьме то, чего сам не понимаешь? — Я… попал сюда неподготовленным…

Чернильное облако вновь захохотало, но на сей раз потише. Дру мысленно поблагодарил его за милосердное отношение к его ушам.

— Ты такой потешный, малютка Дру! Все Дру такие потешные?

Враад собирался было объяснить, что имена во множественном числе не бывают, но Тьма продолжил:

— Дай опять послушать твой внутренний голос! Может, он лучше объяснит, как ты здесь оказался!

В этом что-то есть, подумал Дру. Но эти воспоминания глубоко в подсознании, загнанные туда страхом. Не повредил бы Тьма в поисках…

— Ну вот… Ты опять меня боишься? Я теперь добрый и очень аккуратный!

Дру кивнул. Потом, поняв, что Тьма жеста не понял, добавил:

— Хорошо. Давай.

Он приготовился к худшему. Но ничего не случилось. Только стучало в тишине его сердце. — Как это здорово! Кто бы мог подумать! Такая заполненная Пустота! Как вы умещаетесь в такой тесноте? Вы не раздавливаете друг друга? — Тьма все сжимался. Он уже был немногим больше Дру. Он явно был потрясен таким обилием новостей.