Станислав Соболев - В поисках Велиаса

— О? Хочешь оставить меня с ним наедине? — задумчиво потянула девушка, накинув плащ обратно на Ивана и с неожиданной легкостью взвалив его на плечо.

— Помочь может? — глядя, как девушка нагнулась вместе со своим грузом за книгой, наивно спросил Макуро.

— М? — взяв книгу в зубы и пнув тигренка, чтобы тот уже начинал шевелиться, резко повернулась к стражнику девушка. — Могу тебя еще на второе плечо закинуть. Да и вообще, если мне не изменяет память, кому-то нужно бы за входом в город следить?

— Хорошо-хорошо. На днях было бы неплохо получить отчет о дальнейших действиях пострадавшего. Сделаешь?

— Очередная бумажная волокита? — поведя бровью, недовольно спросила девушка. Слегка призадумавшись, она направилась в сторону лестницы. — Если не забуду, то сделаю. Спокойной ночи.

— Уснешь тут, — провожая взглядом поднимающуюся по лестнице девушку, чуть слышно произнес Макуро, направившись в сторону выхода. Ночные дозоры последнее время приносили все больше интересных сюрпризов. Но чтобы член ордена появился на просторах империи, в такое время, да еще и раненый? Что-то явно было нечисто.

Отбросив в сторону плохие мысли и решив сосредоточиться на дозоре, Макуро покинул трактир и направился обратно в сторону ворот. Александр любил ночью приходить и будить его пинками, если тот засыпал от скуки. Но вот пустующий пост ему увидеть было бы совсем уж нежелательно. Потом еще бумаги заполнять с полным отсчетом, почему он покинул свою верную службу на благо городу.

Глава 7. Стирдиппид

— О, проснулся? — откуда-то через сон прозвучал заботливый, женский голос, едва Иван начал шевелиться. Вслед за голосом прозвучал шорох от перелистывания страниц.

— Что произошло? — присев и проведя рукой по лицу, Горычев только сейчас обратил внимание на свое плечо. Оно было замотано в белую тряпку, пропитанную какой-то странной, жутко пахнущей, желтой жидкостью.

— Да, тебя помяли немного, — начала было девушка, тут же отложив в сторону книгу. — Эй, ты чего делаешь? Рехнулся совсем?

— Воняет, — пытаясь помогать себе зубами, Горычев принялся за разматывание повязки. — Не хочу, чтобы это было на мне. Лучше скажи, где я нахожусь.

— Ты то? — зевнув и решив, что отговаривать пострадавшего лишь себе дороже, девушка направилась в сторону шкафа. Рядом с ним, на стуле лежала аккуратно сложенная, пропитавшаяся кровью одежда. — Ох. В скучном и унылом месте, Камильхэйме.

— Так, не понял… я что, голый? — заметив одежду, удивленно воскликнул Горычев, перебив девушку и окончательно забыв о повязке. Быстро глянув под одеяло и убедившись в верности своего предположения, он косо посмотрел на свою спасительницу.

— Стесняешься? — попытавшись сдержать смешок, она все же кинула Ивану его брюки и рубашку. — Ну-ну. Крепко спишь…

— Ты на что намекаешь? — начав, было, надевать рубашку, вновь застопорился Горычев. — Может, хоть подглядывать не будешь?

— Что я там не видела то? — все же отвернувшись, съязвила девушка. — Кто тебя раздевал, как думаешь?

В ожидании ответа, она лишь услышала, как Иван поднялся с постели. Зазвенели бляшки на ремне. Решив, что теперь можно, девушка подошла к окну и, скрестив руки на груди, облокотилась на подоконник.

— Собираешься уже куда-то? — глядя, как Горычев надевает плащ, все же спросила девушка.

— Да. У меня есть кое-какие дела. И судя по описанию, мне нужно именно в этот город, — проверив, на месте ли клинки, постарался объяснить Иван.

— Ну-ну… и что же это за дела такие у ордена могут быть в этом городе? Неужели разыскиваешь кого-то?

После вопроса девушки, в воздухе повисла короткая пауза. Какое-то время, единственным источником звука был белоснежный тигренок, занявший освободившуюся подушку и теперь мирно сопящий на ней.

— Главное повязку не снимай. Она должна у тебя побыть на плече несколько дней. Иначе рана может не зажить нормально, — наконец, попыталась восстановить беседу девушка.

В ответ же ей прозвучало недовольное хмыканье, которое вскоре сменилось звуком хлопнувшей двери. Чуть позже, послышались громкие шаги по деревянной лестнице, а вскоре и вовсе наступила тишина.

— Молодчина ты, Анит. Еще одного спугнула, — зевнув, и лениво перевернувшись на спину, неожиданно заговорил тигренок.

— Молчал бы, — запустив в тигренка подстилкой со стула, обиженно огрызнулась девушка, завалившись на кровать. — Что может Горычев делать в Камильхэйме?

— Все просто Феллонс, — пытаясь выбраться из-под подстилки, быстро продолжил тигренок. — Не думаю, что он по заданию. Скорее всего, ему нужен старший Горычев.

— Думаешь, Велиас уже вернулся? И как ты себе это представляешь? — сняв со своего питомца настил, насмешливо спросила Анита. — Его изгнали за форс-мажорную ситуацию с Церизом, разве нет? Не думаю, что он мог бы так просто вернуться. Да и откуда младший знает, как пробраться по эту сторону Империи? Подобной информацией располагал во всем ордене только Дарион, а он дал клятву о неразглашении.

— Ага. Равно как и Велиас дал клятву о своем окончательном и бесповоротном покидании имперских земель? — съязвив, тигренок улегся на животе у хозяйки и положил лапы ей на грудь. Получив щелчок в ухо, он недовольно прорычал, но спорить не стал, убрав лапы подальше от лакомых холмов.

— Не сравнивай работу ордена и действия предателя, Вил, — почесав пострадавшее ухо, продолжила Анита. — В конце концов, ордену уже не первый век пошел, а нарушений с их стороны до сих пор замечено не было.

— Все бывает в первый раз, — перевернувшись на спину и дождавшись холодных коготков хозяйки, впившихся в пушистое брюшко, тигренок заурчал, а потом и вовсе мяукнул.

— Тигры не мяукают. Можешь легко раскрыть маскировку, если будешь настолько неосторожным, — посильнее надавив на живот в наказание Вилу, усмехнулась Анита. — У меня для тебя будет поручение. Не возражаешь?

— Пока мое брюшко в вашей власти — все что угодно, моя госпожа, — подернув лапой и закрыв глаза от удовольствия, поспешно дал добро Вил.

— Замечательно. Тогда проследи за мальчишкой. Если он и правда здесь из-за Велиаса, то он может вывести нас на него. Верно?

— Как просто и гениально! — не обращая внимания на то, что ему говорит хозяйка, восторженно прорычал Вил.

— Славно. Пока без ласок, значит, обойдешься, — убрав руку с тигренка, взволнованно посмотревшего на хозяйку, продолжила Анита. — Да, это значит, что не буду чесать тебя, пока ты не выполнишь порученное тебе задание. Очень уж вовремя он очутился на просторах империи. Появление Горычевых всегда было не к добру, но теперь в игру еще и младший вступил. Боюсь, может несладко прийтись.