Даниил Аксенов - Победитель

– Когда это случилось?

– Примерно полчаса назад. Сержанту удалось быстро поднять тревогу.

– Ее не могли вывезти за пределы города?

– Я сразу же приказал закрыть ворота и послал за отчетом. Стражники сообщат, не выезжали ли подозрительные кареты.

– Но ти-след кареты ведь должен остаться! Возможно, даже след Инкит можно уловить.

– Конечно, твое величество. Двое ишибов – учеников Йонера – уже на месте. Они пройдут по следу кареты, а также ишибов, которые в ней были. Думаю, что преодолеть действие амулета Террота могли только они.

– Но они же могли бы и скрыть следы!

– Если так, то этим займется сам Йонер. Он предупрежден. Ишиба такого уровня очень трудно сбить со следа.

– Но возможно?

– Возможно, – со вздохом ответил Комен.

Михаил потер подбородок рукой.

– А ты сам что думаешь? Кто мог стоять за этим похищением?

– Да кто угодно, – развел Комен руками. – Сложилась очень странная ситуация. Похитителями могут быть те, кто враг тебе, твое величество, а также те, кто тебе совсем не враг.

– Объясни-ка! – потребовал король.

– Очевидно, что приближенные Миэльса могут попытаться отомстить таким образом. О твоей связи с Инкит известно многим. Но кроме этого, некоторые дворяне, вполне тебе преданные, недовольны положением вещей. Особенно дамы.

– Я бы не назвал это преданностью.

– Тут все зависит от того, как это трактовать, – дипломатично ответил Комен. – Хотя с точки зрения существующих порядков похищение приближенной тагга является прямым вызовом короне.

Михаил второй раз упрекнул себя в том, что не уделял должного внимания проблемам местного дворянства. Конечно, он принимал в приватной обстановке тех, кто стремился на прием к нему, но этим все и ограничивалось. Король не знал, чего хочет дворянство. Все это время он был поглощен другими делами, не менее важными, но оправданием это не могло служить. Дворяне были предоставлены сами себе. Самые знатные и богатые из них устраивали пышные приемы, несмотря ни на что, но все это было не то: двор без короля – все равно что постановка «Гамлета» без самого Гамлета. Абсолютная монархия – это грандиозный театр, в котором множество второстепенных актеров и только один главный.

– Комен, а ты к чему склоняешься?

– Если рассуждать логически, то это не могут быть люди Миэльса. Им было бы проще убить Инкит, чтобы нанести тебе хотя бы такой вред.

– А захватить в плен и шантажировать меня ею? Разве это не выгодно?

– Прости меня, твое величество, но ты не вырос во дворце. Здесь совсем другой взгляд на фавориток.

– Какой же?

– У знатного дворянина могут быть любовницы даже из числа недворянок или рабынь. Они периодически осыпают любовниц деньгами, дают свободу, хлопочут по поводу дворянства или каких-то льгот. Но любовница – это любовница. Придворный не задумываясь пожертвует ею, когда речь пойдет о личных его интересах. Конечно, потеря любовницы его огорчит, но не более того. Он даже может отомстить потом. Но не ради девушки, а ради своей репутации или уязвленного самолюбия. Поэтому приближенные Миэльса просто убили бы Инкит. Им в голову бы не пришла мысль шантажировать тебя дочерью сапожника. К тому же, думаю, даже убийство не будет им выгодно. Толер Раун наверняка считает, что эта связь тебя все равно компрометирует, даже если Инкит сейчас тагга. Следовательно – ослабляет. Так что нет, это не люди Миэльса.

– Кому же тогда выгодно это похищение? Местным дворянам?

– Я бы сказал, дворянкам, – уточнил Комен.

– А им зачем? – Михаил спросил и осекся.

Он неоднократно замечал, как знатные дамы бросали на него многозначительные взгляды. Возможно, в другой обстановке он бы воспользовался этим, но сейчас у него просто не было времени на всякие глупости. Инкит вполне удовлетворяла его желания, связанные с женским полом. Искать ей замену, оказывать кому-то знаки внимания было совершенно невозможно. Король даже не думал об этом. У него хватало пока что и других проблем. Получалось, что местные дамы вполне могли сделать вывод, не имея достаточной информации, что главная проблема – в фаворитке.

– Допустим, виноват кто-то из «верных» мне дворян, – медленно произнес Михаил. – Но почему ее похитили? В этом случае достаточно тоже просто убить.

– Твое величество, если делом руководит женщина, то, возможно, ни ты, ни я не сможем постигнуть ее логики. Причина может быть любой! Совершенно неожиданной! Нужно просто подождать. Потом все станет ясно.

– Потом… Мне не хочется ждать. Чем скорее мы ее отыщем, тем лучше. Кстати, у Инкит были подружки из числа местных дам?

Комен улыбнулся. Он подумал, что король совершенно не ориентируется в ситуации во дворце.

– Не было, твое величество. Она ведь… скажем так… дворянка не по рождению. К тому же совершенно не знает, как вести себя в этом обществе. Хотя до меня доходили слухи, что она пытается брать уроки манер. Очень практичная девушка. Но все равно для обретения подружек этого недостаточно. Разве что кто-то из дам решил бы притвориться ее другом и использовать ее.

Михаил задумался на минуту – сказанное совсем не удивило его. Он запросто мог бы прийти к подобным выводам сам, если бы… взял на себя труд хоть немного поразмыслить об этом…

– Вот что, Комен, пусть расследование идет своим ходом. Возможно, ишибы нападут на след. Мы пока что можем позволить себе выпускать кареты, телеги и прочее из города лишь после обыска и осмотра ишибом. А тем временем пригласи ко мне всех местных «заводил» из женского общества. Наверняка тех женщин, которые претендуют на лидерство, не так много. А если верить твоим рассуждениям, то, кроме этих женщин, похищение Инкит никому не выгодно. Даже если ты не прав, я все равно должен с ними поговорить. Сколько времени уйдет, чтобы их всех собрать?

– Это будет быстро, твое величество. Они все на виду. Днем и ночью тут. Во дворце.

Сказать, что новость о пропаже Инкит огорчила Михаила, – значит не сказать ничего. Переживая за нее, он также поймал себя на мысли, что расценивает похищение как прямой вызов себе. И неизвестно, что волновало его больше – судьба девушки или новый, на этот раз тайный, враг.

Постоянно приходили донесения о ходе расследования. Ишибы взяли след, потом потеряли его, потом прибыл Йонер и вновь нашел. Солдаты Комена и Ферена прочесывали улицы. Дело продвигалось медленно. Стража у ворот уверяла, что за последнее время город не покидали никакие закрытые кареты. Конечно, Инкит могли бы вывезти и другим способом, но Михаилу даже не хотелось думать об этом.

Комен сдержал слово: женщины, которые играли наиболее важную роль при дворе, были доставлены в приемную в кратчайшие сроки. Часть дворянок покинула столицу вместе с королем и четырьмя главными семействами. Опустевшие места «лидеров» были мгновенно заняты. Сразу же создалось несколько новых салонов, произошла «перегруппировка» наиболее знатных дворян по интересам. Вчерашние противники оказывались союзниками и наоборот. Состояние всеобщей неразберихи затронуло и придворных. Игнорирование принцем, а потом и новым королем своих обязанностей по общению с приближенным сословием не способствовало прояснению ситуации.