Марина Добрынина - Бей ушастых! Часть 3

Иоханна

Прихожу в себя в собственной постели, в объятьях Кира. Спит, зараза. Пыхтит мне в ухо и улыбается. Голова моя на его руке. Даже интересно, сможет он ею шевелить потом или нет? Другая его верхняя конечность покоится у меня на груди. Кошусь на умиротворенное лицо полковника и улыбаюсь. Осторожно провожу пальцем, повторяя очертания его профиля — по носу, по губам. Кир приподнимает ресницы.

— Проснулась?

— Угу, — говорю и тут же ехидно добавляю, — если это можно назвать сном.

Кирдык тихонько хмыкает и прижимает меня к себе.

— Руку отлежал? — деловито интересуюсь я.

— Вот еще, — бурчит полковник и лезет целоваться.

— Тебе плохо не будет?

— Ты слишком много разговариваешь.

— Я о тебе беспокоюсь!

— Я и сам могу о себе прекрасно побеспокоиться.

Хм, ну ладно. Пусть не говорит потом, что я его не предупреждала. Запускаю пальцы в его волосы, Кир мурлычет, и тут, по всемирному закону подлости в спальне появляется Саффа.

— Иоханна? — произносит она с почему-то вопросительной интонацией.

— Нет, дракон Ллиувердан, — рычу я, заныривая под одеяло, — в чем дело?

Вот интересно, раньше, если нужно было сказать о чем-то совсем уж нереальном, поминали старого Мерлина или Озерную ведьму. Сейчас это уже неактуально. Я вон и вспомнить об этой легендарной волшебнице не успела, а она уже в моей спальне. Мешает. Остался один Ллиувердан. Впрочем, такими темпами, не исключено, что и с ним я познакомлюсь. К примеру, на завтраке. Вот совсем не удивлюсь!

— Здравствуй, Саффа, — вежливо произносит Кир.

Волшебница лишь хмыкает в ответ.

— Ханна, прости, конечно, но я должна позаботиться о твоей безопасности.

— Конечно-конечно, устраивайся со всеми удобствами. Мы тут с Киром репетируем одно неприличное представление. Собираемся вечерами его показывать на центральной площади. Ты посмотри, пожалуйста, оцени. Вдруг у нас не все получается! Давай, Кир, на чем мы там остановились?

Кир откидывается на подушку и смеется. Нет, чтобы поддержать!

Сажусь на кровати и гневно хмурюсь:

— Саффа, радость моя, ты намеков вообще не понимаешь?

Все еще смеющийся полковник опрокидывает меня на кровать.

— Не злись, подруга твоя защиту ставит и еще сигнальное заклинание. Так что, девочка, если что, сюда прибежит не только она, а целая толпа магов. Представление смотреть.

— Не все же мне одной, — бормочет Саффа и исчезает.

— А тебе точно плохо не будет? — спрашиваю, пока Кир стаскивает с меня ночную сорочку.

— Будет, — бормочет он, — если я тебя не…

И тут же поясняет тихонько, что именно "не". Воздержусь от произнесения этого вслух.

— Хотя, — тут же добавляет он, — может, тебе нельзя?

— Можно-можно! Я у Юсара уже поинтересовалась.

— Какая предусмотрительность! — восхищенно выдыхает Кир.

Глава 6

Дульсинея

Завтрак я, конечно же, проспала, но, собственно, никто и не завтракал. Ханна еще даже из спальни своей не выходила, как мне поведал Гарлан, настойчиво намекнув, что нежелательно, чтобы я королеву беспокоила.

— Да, пусть спит, ей полезно, — согласилась я и, наконец, додумалась спросить, — Аннет кто-нибудь поставил в известность, что Вальдор скончался?

— Ее величество Аннет плохо себя чувствует. Юсар прописал ей полный покой.

— Что с ней? — насторожилась я.

Кардагол хоть и пошел на поправку, но пока был не в том состоянии, чтобы омолаживать королеву и она все еще оставалась в преклонном возрасте а, следовательно, здоровье у нее соответствующее. Ой, как же это мы раньше не подумали, что старушку может кондрат хватить!

— Юсар сказал, что это сердце. Но ради богов, не говорите Ее величеству Иоханне, на нее и так столько всего свалилось. А королева Аннет поправится. Юсар заверил что…

Но дальше я слушать не стала, телепортировалась прямо в спальню Аннет.

Лежит, немочь бледная, шторы на окнах задернуты, будто помирать собралась.

— Хватит спать, все на свете проспишь! — весело изрекла я, открывая шторы.

— Дуся, я тебя умоляю, не надо света! — воскликнула Аннет.

— Надо, еще как надо! Ты чего здесь, умирать собралась?

— Ох, Дуся, — пискнула Аннет и… ну да, как обычно! Заплакала! И что мне с ней делать?

— Анюта, хорош рыдать! — прикрикнула я, — лучше послушай, что я тебе скажу. Кардагол почти поправился, так что скоро он тебя в форму приведет.

— Ах, зачем мне это теперь, когда Вальдор…

И опять в слезы.

— Аннет!

— Ну, что ты кричишь?

— Это хорошо, что ты лежишь, значит, не упадешь, — одобрила я, наклонилась к ней и прошептала, — Валь жив… только не пищи! Это тайна!

— Жив?

Аннет на минуту задумалась и решила:

— Понятно. Какой-то хитрый план. Ханна знает? — я согласно кивнула. — Хорошо. Так когда, говоришь, Кардагол выздоровеет?

Надо же, как быстро она новость переварила. Даже в обморок на радостях не брякнулась.

— А пойдем его прямо сейчас навестим и узнаем, — предложила я.

— Нет, я в таком виде никуда не пойду. Я же на пугало похожа! Иди-ка ты, Дуся, одна.

Я посмотрела на Аннет. Да, действительно старушка сегодня выглядит не ахти, наверно всю ночь проплакала. Сволочи мы все-таки! Совсем про нее забыли, бросили одну. Она тут страдала. Вот даже сердце у нее прихватило, а мы… Одним словом, гады мне все и больше никто!

— Ань, я быстро. Если эта задница озабоченная уже в состоянии тебя в порядок привести, я его сюда притащу. Так что оденься. А то сама знаешь, как он на тебя реагирует.

Я переместилась к Саффе. Кардагол был не один. Общался с Шеоннелем.

— О, Шеон! А ты здесь какими судьбами, радость моя ушастенькая?

Полуэльф повернулся ко мне и расцвел в улыбке

— Здравствуй, Дульсинея. Я Саффе Аккилею принес. Переместил с одной поляны в Альпердолионе.

— Маму что ли навещал? — насторожилась я.

— Нет, — полуэльф печально улыбнулся, — она не звала. Наверно, обижена за то, что правитель снял опеку и не хочет меня видеть. Я Аккилею телепортировал, не перемещаясь в Альпердолион.

— А понятно, — пробормотала я, испытывая непреодолимое желание приласкать эльфенка, а потом пойти и врезать киль-де тапком по морде… а еще лучше "огненной лилией" по всем местам.

Деликатный стук в дверь прервал мои кровожадные мысли. Интересно даже, кто это так стучит вежливо?

— Войдите, — на правах постоянного обитателя саффиной спальни отозвался Кардагол.

Дверь приоткрылась и в нее просунулась симпатичная мордочка черноволосой эльфийки.