Наталия Белкина - Гроза над Дремучим Миром

Перед ней возникли высокие своды, уходящие высоко вверх и освещавшиеся желтым неоновым светом. Пол был покрыт каким-то гладким глянцевым камнем. Стены увешаны картинами, исписаны

фресками и украшены скульптурами. Повсюду витал дух благородной цивилизации. Бет сразу как-то успокоилась и вздохнула с облегчением. Здесь ей должны были помочь.

— Тебя нужно показать дервишу, — сказал Саб-Бияр.

— Кто он?

— Старейшина нашей общины.

Он повел девушку куда-то в глубь зала, а она так была занята осмотром стен, что не сразу приметила маленького старичка в затрапезном узбекском халате, сидящего на вырубленном в камне выступе. Старейшину общины Бет, конечно же, представляла не таким. Он сидел, как-то по особенному глядя прямо пред собой, и не обращал внимание на девушку, подошедшую к нему. Беатриче молча стояла, разглядывая дервиша, не смея подать голос.

Наконец, он, осторожно повернув голову, посмотрел на нее и произнес:

— Добро пожаловать в нашу общину.

Бет сразу же захотелось спросить, что это за община, почему она здесь оказалась, кто были те люди, что напали на нее, где Ю-Ю и много еще чего. Но старик предупредил все расспросы, спросив сам:

— Ты, наверное, хочешь узнать, что произошло в последние четыре дня, что ты была вне сознания?

— Четыре дня? — удивилась Беатриче. — Видно, здорово меня стукнули по голове.

Дервиш встал и, чуть поклонившись и приложив руку к груди, другой рукой указал куда-то в глубь зала, где у дальней стены виднелось что-то наподобие двери.

— Я познакомлю тебя с нашей общиной и объясню все по дороге, сказал он с добродушной улыбкой.

Бет сразу прониклась доверием к этому старику, что-то подсказывало ей, что именно он откроет все тайны, что были недоступны многие годы. Казалось, что он знал все на свете, поэтому она и не удивилась нисколько, когда дервиш заявил, что ему все известно о ней.

— Тебя зовут Беатриче. Ты из Дремучего Мира. А я — Бахрам.

Они двинулись по направлению к двери, и Бет слушала старика, не перебивая и не задавая никаких вопросов, потому что как только они у нее появлялись, дервиш сразу же все разъяснял, не дожидаясь, пока она спросит.

Их община состояла из тех, кого сюда заточил в разное время Хамсин, около двухсот человек. Да, да, именно человек, так как здесь живут в основном люди, бывшие рабы или слуги наместника, его приближенные или соратники. В один прекрасный день они стали неугодны Хамсину или провинились чем-то, или он просто стал их подозревать в измене и неверности. Так или иначе, все они оказывались здесь.

— Я — самый первый поселенец Глухих пещер, самый старый и единственный здесь бессмертный. Теперь вот еще и ты.

От этих слов у Беатриче кошки заскребли на душе.

— Я тут что, навечно? — спросила она, боясь ответа.

— Как знать, — ответил Бахрам, — но пока отсюда еще никто не выходил.

Старик объяснил, что она оказалась здесь по приказу Хамсина. Дервиш всегда чувствует, когда в пещерах появляется кто-то новый и посылает за ним, не давая пропасть. Наместник, конечно, знает об их общине, но пока не видит в ней никакой опасности и позволяет ей жить самостоятельно. Тем более, что не так-то просто вернуть кого-то из лабиринта обратно.

В конце зала старик открыл дверь, и они остановились на пороге. Бет замерла, увидев сразу столько народа в еще большем по размерам зале, чем тот, в котором они только что были. Кто-то стоял и разговаривал с другим, кто-то выполнял какую-то работу. Здесь были женщины и дети разного возраста. Похоже было, что община не просто существует, но и размножается.

— Здесь есть и ученые, и философы, и простые рабочие. У нас есть больница, школа, теплица.

Услышав про больницу, Бет сразу же вспомнила о Ю-Ю.

— А черт к вам не попадал, полукровка?

— Нет. Вероятно он был отправлен на рудники.

— На какие еще рудники? — ужаснулась девушка. — Он там и месяца не продержится.

— Не беспокойся. Я знаю, что вы еще встретитесь.

— Откуда? Ты можешь видеть будущее?

Вместо ответа дервиш загадочно улыбнулся и повернув голову обратился к членам общины:

— Позвольте представить вам, уважаемые, нашу новую жительницу. Это Беатриче. Она бессмертна и обладает силой, которая, я надеюсь, послужит на благо нашей общины.

При этом он обернулся к Бет, будто спрашивал, так ли это.

— Я буду рада помочь, но все же надеюсь, что мне удастся отсюда выбраться, — слегка растерявшись, ответила Бет.

Толпа слегка зашумела, послышался почти хоровой вздох обреченности.

— Но никому это еще не удавалось, — сказал Бахрам. — Наша община существует уже несколько тысяч лет, и лишь те, кто попал сюда не так давно, помнят, что такое солнце, небо, простор… Остальные же знают о них лишь по рассказам и рисункам.

Беатриче затосковала, стало ясно, что она попала в передрягу, из которой выбраться невозможно. Хотя когда-то давно она уже совершала нечто невозможное. Это вселило бы ей некоторую надежду, но вглядываясь в бледные лица обитателей Глухих пещер, она не слишком-то верила в свое спасенье.

ГЛАВА 7

Впервые за несколько месяцев Хамсин был доволен. Все пока складывалось, как нельзя лучше. То что Беатриче сама пришла к нему в руки, он считал знаком провидения, которое благоволит ему и его замыслам. Хотя Скра сомневался, что наместник Дремучего Мира станет молчать из-за девчонки, Хамсин, считал, что имеет весьма весомый козырь, который может пригодиться ему в любом случае.

— Что ты мне там хотел сказать? — спросил он ворона, выйдя из задумчивости и улыбаясь не для кого.

Скра, который все это время ждал, когда хозяин разрешит ему говорить, и так и не дождавшись задремал, встрепенулся и, встряхнув перьями, проговорил:

— Это новый раб, господин…

— Какой еще раб?! — недовольно перебил его Хамсин. — Зачем мне нужно что-то знать, о каких-то там новых рабах? Разве я не избавился от Саб-Бияра?

— Да. Но тот, что был с Беатриче, оказался чертом.

— Что? Этого еще не хватало! Разведчики же донесли, что с ней человек!

— Они ошиблись. У него красные глаза и рога на башке.

— Что и это все?

— Мы предполагаем, что он полукровка. Его зовут Ундион. Он служил раньше у Князя, потом лишился бессмертия.

— Так он опальный? Тогда нам нечего волноваться.

— И все-таки я бы не решился оставлять его там, откуда он с его способностями может легко сбежать.

— Что ж, — сказал Хамсин, поразмыслив, — тогда ты знаешь, куда его отправить.

Настроение наместника было слегка подпорчено. Но ему в голову пришла неожиданная идея.