Робин Бейли - Братья Дракона

— Извини, — сказал Роберт. Он опустил голову, чтобы выразить сожаление.

Но Аланна снова пнула что-то воображаемое ногой и быстро заговорила, выжидающе глядя на него.

Роберт поднял бровь. А, теперь ясно. Она не ждет от него извинений, только хочет, чтобы он выучил ее технике боя.

— Сначала подними колено, — сказал он, демонстрируя соответствующее движение. — Стой прямо, не горбись.

После нескольких попыток Аланна повторила удар более или менее правильно. Она оказалась способной ученицей. Он показал ей, как наносить удары ногой, и принялся наблюдать. Она выглядела на удивление сосредоточенной, и он стал подумывать о том, не начать ли учить ее по-настоящему.

Однако ему самому так и не удалось сосредоточиться. Роберт оглянулся в сторону рощи и гор. Он чувствовал их спиной. Можно было сколько угодно пытаться отвлечься, забыть, солгать себе, но факт оставался фактом: Роберту было страшно. Когда Аланна не могла его видеть, он оглядывался и чувствовал неприятный холодок в желудке. То, как эти горы напоминали Катскиллские, не могло не озадачивать. Такие же мрачные, словно населенные призраками.

Но не только это пугало и озадачивало его. При виде луны в сознании всплывало слово «Танадор». Откуда он его знал?

Аланна дотронулась до его руки, и он вздрогнул, смутившись, что так углубился в свои мысли. Она показала на далекий горизонт через крыши домов. В темном небе парил дракон, переливаясь огненными красками. Он подлетел поближе, и с востока показался второй дракон — Роберт узнал опалового «скакуна» Даниэля. Внезапно прямо за спиной зашумели крылья, и его омыл янтарный свет дракона Аланны, который пролетел над самыми горами и на мгновение закрыл собой луну.

Аланна закричала и знаком приказала ему следовать за ней. Они побежали с холма; все три дракона опустились на луг к югу от города. Точно так же, как и в прошлый раз, сонные горожане высыпали на улицу. Аланна не обращала внимания на их расспросы, пробегая вместе с Робертом по площади.

Когда они достигли окраины, появился Даниэль, босой и без рубашки. В поле три дракона нетерпеливо били крыльями. Навстречу двигались две фигуры: в одной из них Роберт узнал третьего секурнен, который спас их с братом.

Он похлопал Аланну по плечу, стремясь привлечь ее внимание.

— Роберт, — сказал он, указывая на себя. — Аланна, Даниэль. — С вопросительным взглядом он показал на их третьего товарища.

— Валис, — сразу же ответила она.

Тот, кто пришел с Валисом, был ниже ростом и старше, с покатыми плечами; тяжело дыша, он встал рядом с Аланной. Его гладкий череп поблескивал в лунном свете. Незнакомец был в мешковатых штанах из тонкого белого полотна и просторной рубашке. Длинная безрукавная куртка из какой-то темной материи висела на нем, как плащ.

Роберта удивил пронзительный, даже желчный взгляд старика. Тот посмотрел на него с неприкрытой насмешкой и подошел к Аланне. Роберт понял, что разговор идет о нем, но больше ничего не смог разобрать; он был изрядно обеспокоен; судя по реакции горожан, пожилой был важной персоной. Аланна подняла руки, и старик соприкоснулся с ней ладонями. Они обменялись еще парой фраз, потом повернулись и вместе зашагали по улице.

Даниэль схватил Роберта за руку. Мальчик улыбнулся ему и потащил вслед за Аланной. За ними последовали Валис и горожане. Наконец все остановились у заведения Пиетки. На пороге ждал Брин, кузнец. Он придержал дверь, пока Аланна и старик входили. Роберт, Даниэль и Валис тоже вошли. Остальным Брин вежливо, но твердо дал понять, что пора расходиться, и закрыл дверь.

В углу стояла Фрона; она явно нервничала, смотрела на всех широко раскрытыми глазами и вытирала руки о грязный передник. Она что-то быстро сказала, но никто не обратил внимания; впрочем, и она не пошла за ними по лестнице.

Вдруг распахнулась дверь в комнату Эрика, и оттуда высунулся Пиетка. Сначала он выглядел настороженным, потом широко улыбнулся и поднял руки, но старик отвел их и тепло обнял трактирщика.

Эрик приподнялся на локте.

— В чем дело, Бобби? — удивленно спросил он, пока все собирались в маленькой комнате.

— Не поверишь, братец. Я тут встретил одну особу, она пела по-английски, но отнюдь не блистала любезностью, а, напротив, заманила меня к заброшенному колодцу, в котором я едва не сгинул.

— Что? — Эрик попытался сесть, но старик удержал его и сам устроился на краю кровати. Пиетка подошел со свечой. — Да что же, наконец, происходит?

Аланна что-то шепнула мальчику, и он ушел, а вскоре вернулся, неся с собой какой-то длинный предмет, завернутый в ткань. Аланна забрала у него этот предмет, развязала веревки и сняла ткань. Свет заиграл на гладком, словно полированном роге.

Старик разглядывал рог вдумчиво и озадаченно, потом снова повернулся к Эрику. Он попросил Пиетку подойти ближе и посветить, потом приподнял правое веко Эрика большим пальцем.

— Тихо! — буркнул он, когда Эрик попытался отстраниться. — Не дергайся, гринго, я хочу тебе помочь. — Он начал осторожно снимать повязку.

— Ты говоришь по-английски! — изумленно воскликнул Роберт.

Пиетка что-то пробормотал. Старик нетерпеливо кивнул, разглядывая рану, которая покраснела и опухла. На коже выделялись шесть аккуратных стежков.

— Этот поганец — врач, — сказал Эрик Роберту.

— Меня зовут Родриго Диез, — сообщил врач с холодноватым достоинством. Он отвернулся и что-то сказал Пиетке, тот достал из кармана ножницы.

— А не кажется ли тебе, Родриго Диез, что их надо простерилизовать? — спросил Роберт.

Родриго Диез выпрямился и уничтожающе посмотрел на Роберта.

— Ах ты, америкашка несчастный. Ну до чего же вы там все избалованы. Эй, кто-нибудь видел, чтобы Пиетка стерилизовал иглу, накладывая швы? — Он снова нагнулся к Эрику с ножницами в руке. — Калоса — маленький городок рыбаков и фермеров. Здесь нет медицинского университета.

С ловкостью заправского хирурга он разрезал нитки. Показалась тонкая линия запекшейся крови. Диез внимательно осмотрел ее и ощупал опухоль; Эрик снова вздрогнул. Выступила крошечная капля крови.

— Больно, — сказал Эрик. Старый врач усмехнулся:

— Легендарный герой вроде тебя мог бы и потерпеть немного.

Он поднял руку над свечой, сжал ее в кулак, провел над нею другой рукой, потом разжал пальцы. У него на ладони лежал пестренький камешек. Пиетка ахнул. Эрик приподнялся, чтобы посмотреть. Все остальные тоже приблизились.

Это был кусочек матового кварца с небольшими темно-красными вкраплениями. Отполированный до блеска, он переливался в свете свечи. В комнате словно стало темнее.

— Нечего сказать, повезло нам, — сухо заметил Роберт, складывая руки на груди. — Он еще и колдун. Как говорится, и лечит, и развлекает.