Ирина Сербжинская - Воин Сновидений

С утра в редакции было тихо и пусто: коллеги на работу не торопились, только криминальный корреспондент рылся в папках, прислушиваясь к разговору и с сочувствием посматривая на Сати. Та наконец закончила беседу и брякнула трубку так, что телефон подскочил и возмущенно задребезжал.

– Слышал?

– Слышал. Кто это?

– Строительная компания «Папа Карло». Директор. Ну и гад! Сказал бы сразу «денег жалко», а то ишь… Сперва пел сладким голосом: «Статья прекрасная, мы непременно вам заплатим по факту публикации!» А теперь, когда реклама вышла, он раздумал!

– И что? Не заплатит?

– Куда он денется! – Сати яростно содрала обертку с плитки шоколада. – Начальника рекламного отдела на него натравлю, узнает, где раки зимуют. Пожалеет, что на свет родился!

Криминальный корреспондент согласно кивнул. Начальник рекламы был беспощаден к должникам, безжалостно их преследовал и умудрялся выколачивать деньги даже из самых несговорчивых клиентов. Сати откусила шоколад, потянулась за чайником, вспомнила, что он давным-давно не работает, и расстроилась еще больше.

– В бухгалтерию сходи, – посоветовал Хамер. – У них кипяток всегда есть.

Он развернул свежий номер газеты «На далеком рубеже», пробежал глазами колонку новостей и внезапно погрустнел.

– Конкурентов читаешь?

– Почитываю, ага. Разведка донесла, что эти газетные стервятники, эти гиены клавиатуры пронюхали все-таки про ограбление зоомагазина! Пронюхали и заметку уже сляпали, смотри-ка…

– Ничего себе! – воскликнула Сати, уставившись на расстроенного Хамера. – Но как узнали? Откуда?!

– Понятия не имею. Разберусь, конечно. Но мой эксклюзивный материал с места события-то – тю-тю! – Криминальный корреспондент вздохнул и перевернул газетную страницу. – Теперь он будет не эксклюзивный, а просто репортаж. Опередили негодяи из «Далекого рубежа», опередили! Все сливки собрали. Плакала моя премия… Вот слушай. – Он откашлялся. – Статейка называется «Змеиное нашествие». Гм… ну и заголовок. Чушь… «Вчера произошло из ряда вон выходящее событие: наш город подвергся массовой атаке змей, которые…»

– Массовой? А сколько змей сбежало?

Хамер вздохнул:

– Две штуки. В жизни не встречал такого преувеличения. «Массовой атаке»… И туда же, берутся писать криминальные репортажи! «Было украдено восемь попугаев на общую сумму…»

– Ты про змей, про змей прочитай…

– «Также злоумышленники похитили террариум с пресмыкающимися, в котором находилось… так, ну это… а, вот! „Обнаруженные возле входа осколки стекла недвусмысленно доказывают, что террариум был разбит по неосторожности и змеи вырвались на свободу! Горожанам грозит серьезная опасность“! Украли, украли эксклюзив, прямо из рук вырвали, – сокрушенно сказал криминальный корреспондент, свернул газету и бросил на стол. – Жди теперь, пока еще чего ограбят. Да… мелкие какие-то в этом месяце преступления… несерьезные! То лист фанеры со стройки сопрут, то пирожки из вокзального буфета стащат. О чем писать?! Прямо хоть сам иди и… – Он снова вздохнул, полез в ящик стола, где обычно держал сигареты, но тут же спохватился и покосился на Сати.

– Я все вижу, – многозначительно сказала она, отламывая шоколадную дольку. – Тренируй силу воли. У мужчин сила воли знаешь, какая должна быть? Как… как кремень! Понял?

– Эх, да сила воли-то у меня и без того как кремень, только курить почему-то все время хочется…

Он прихватил пластинку антиникотиновой жвачки и направился к выходу.

– Игорь, а Интерфакс ты обработал? – крикнула вслед Сати. – Я на этой неделе за него отвечаю. Обработал или нет? Имей в виду, если ты его до обеда не сдашь, я тебя…

– А еще у меня нервы железные, – объявил Хамер и исчез за дверью.

Расправившись с шоколадом, Сати отодвинула пачку рекламных заявок, снова развернула газету со статьей о строительной фирме «Папа Карло» – начальнику рекламного отдела еще предстояло разобраться со всей этой историей – и злорадно взглянула на фотографию директора. Не желающий платить заказчик всем своим видом излучал прекрасное настроение, добродушие и платежеспособность и совершенно не подозревал о том, какая ужасная участь грозит ему в недалеком будущем.

– Вот так-то, – ехидно сказала Сати, щелкнув по фотографии. – Конец тебе скоро, дорогой неплательщик!

В рюкзаке запищал сотовый телефон. Сати не глядя вытащила мобильник и нажала кнопку.

– Привет, Никита. – Она открыла файл со статьей о морском курорте. – А? Да так, ничем особенным. Только что с рекламодателем побеседовала, который платить не желает. Да вот так… не хочет – и все тут! А теперь вот туристическому агентству статью допишу. Про теплое море, ага. В котором купаться нельзя.

– Не стыдно народ дурить? – сурово поинтересовался сисадмин.

– Стыдно, конечно, да что делать? – Сати с минуту изучала собственный текст, потом решительно свернула файл и открыла пасьянс «Косынка». – Надо же как-то на хлеб с маслом зарабатывать. Ну до тех пор, пока не выйду замуж за олигарха какого-нибудь. Или за нефтяного магната.

– Где ты его найдешь? – хмыкнул Никита. – У нас в крае и нефти-то нету.

– Нефти нет, а магнаты должны быть, надо только поискать хорошенько, – не согласилась Сати. – А ты где? Опять в баре? А ты вообще от барной стойки отходишь хоть иногда? Чего? Знакомых админов встретил? И теперь у вас каждый день – день сисадмина? Понятно… Загорал бы лучше, чем пиво пить.

– День-шмень… что бы я без твоих советов делал? – проворчал приятель. – Скажи лучше, на макаронную фабрику съездила? А на комбинат по производству сгущенного молока?

– На фабрику мы с Аверченко еще позавчера съездили, – ответила Сати, разглядывая «Косынку»: пасьянс не сошелся, и она, подумав, принялась раскладывать заново. – Фабрика-то еще ничего, я не очень переживала, знала, что уж сухие-то макароны Аверченко лопать не станет. А вот на комбинат, где сгущенку делают, я с ним ни за что не поеду. Боюсь, что предприятие убытки понесет колоссальные!

Никита засмеялся.

– Да-да! Я с ним вчера в ресторан ездила, так до сих пор стыдно. Шеф-повара чуть удар не хватил. А повариха, помощница его, бочком-бочком подходит ко мне и шепчет на ухо: «Что ж вы мальчика совсем не кормите?» Представляешь?! Я его еще и кормить перед выездом должна, оказывается!

Она фыркнула, переложила две карты пасьянса и продолжила:

– И заметь – ресторанщики еще снимков его не видели. А как увидят, так небось тоже платить откажутся. Так что я тебя буду ждать, вместе на комбинат и съездим. Ты же скоро приедешь?

– Скоро, скоро…

– Вот и хорошо. Тогда молочный комбинат пусть подождет немного. А я пока лучше слоган клубу компьютерных игр «Акела» сочиню. Директор уже звонил, спрашивал. Он еще раз рекламку заказал, четверть полосы, негусто, конечно, ну да ладно… Представляешь, – оживилась Сати, продолжая раскладывать пасьянс, – мужику сорок лет, а он в игрушки рубится по семь часов в день! Еще и мне принялся объяснять, да я все равно не поняла ничего. – Она задумалась, созерцая «Косынку».