Светлана Графная - Ступени к Храму

– А кто, собственно, третий?

– Ныне действующий барон, - удивленно ответил Вальг. "Да, туго же ты сегодня соображаешь, ведьма, удары в голову явно так просто не проходят!".

– Мотив есть только у него, - оживилась я.

– Ошибаешься. Слуг можно подговорить, а враги у барона были.

– Кто?

– Те самые, воспылавшие к тебе непредвиденной страстью!

– Вот йыр…

– Он самый, - с готовностью подтвердил Вальг. - Каковы планы на ближайшее время?

– Пока не знаю…

– Тогда давай временно плюнем на барона, так некстати умудрившегося отдать концы, и пойдем погуляем по городу?

С минуту испытывающе поглядев на него, я согласилась…

Вальг оказался как раз-таки любителем повышения эрудиции, но с дамой не поспоришь (тем более - с такой дамой), и вместо музеев мы пошли бродить по улицам.

– Вальг, а сколько тебе лет?

– Хм, это так важно? Пусть будет семьдесят восемь.

– Пусть. А в каком Храме ты учился?

– В Большом Западном.

Весь наш мир представляет собой огромное Древо Жизни, корень которого расположен на западе, а верхушка кроны - на востоке. Каждая Ветка - это своеобразный мир, не пересекающийся с другими. Перепрыгивать по Веткам могут только маги. Или не перепрыгивать, мгновенно переносясь в пространстве, а доходить до места перемычки и проходить сквозь Грань. Это трусихи вроде меня.

У основания и верха Древа находятся два главных Магических Храма. Точнее, где конкретно они находятся - сказать сложно, ибо они постоянно двигаются, паря в нескольких саженях над землей, но один раз в сутки обязательно приземляются на пару минут - именно у основания и у макушки. Откуда взялись Храмы, каким образом - шут его знает. Это было так давно, что летописей ещё не велось, а в жутковатые легенды ведьме верить не пристало. Каждый Храм имеет собственную ведьму-Хранящую, обязанную раз в год появляться в Храме. Что конкретно должна делать для Храма Хранящая - не знает никто. Кроме неё самой. Сейчас в мире три ведьмы (именно ведьмы - чародеек сколько угодно), одна - Таирна - хранит Восточный Храм, ей около полутысячи лет, вторая - Ильянта - Западный, ей чуть больше двухсот. Я - третья ведьма, самая молодая, и Храма мне, к счастью, не хватило. Странница, не привязанная ни к одной Ветке и ни к одному Храму.

– Ясно, - кивнула я. - Я - в Восточном.

– И как там?

– Там? Как и в Западном: высоко, скучновато и учиться заставляют почем зря.

– А на каких Ветках ты была?

– На всех и не по разу.

– Серьезно?! - похоже, он не слишком хорошо представляет себе, что такое ведьма. Попробуй запрети птице летать!

– Абсолютно. А ты?

– На нескольких - на пяти наверное. А там вообще как, интересно - или они похожи друг на друга?

– Есть интересные, есть - скучноватые, есть - похожие, есть - странные. Даже не знаю, как сказать. Такое, наверное, не рассказывать, а смотреть надо.

– Будем надеяться, доведется…

– Обязательно. Особенно если сказать то же самое, но не столь утопическим голосом!

Мы помолчали, глядя на плескавшихся в пруду лебедей и уток.

– Иньярра, а быть ведьмой - это как?

– Не знаю.. Просто быть. Быть благодарной Жизни просто за то, что я есть… Любить. Всё и вся. Любить просто потому, что иначе жить не сможешь. Любить, разочаровываться, страдать - и снова любить.

Дальше мы ходили молча…

Вернуться в замок на ужин я отказалась, заявив под аккомпанемент желудка, что я не голодна и должна ещё зайти сегодня в Лес - посмотреть, что там не так. И он ушел к барону.

Лес был странным. Чужим, пугающим. Ни один Лес не встречал меня как чужую. Ни один, кроме этого. Он завораживал, обволакивал, завлекал жертву в свои сети, заслоняя обратный путь мягкими сосновыми ветвями, отвлекая внимание на яркие пахучие цветы. Он был не таким.

Лесной купырь, входящий в состав большинства смертельных ядов, дружески улыбался ведьме, а ромашка - самое наивное и чистое растение - смотрела волком.

Я шла, едва касаясь ногами стелющихся по земле трав, и с привычной осторожностью раздвигала ветки, чувствуя - мне здесь не рады. Меня не выпустят по первой просьбе, а, в лучшем случае, будут несуществующими тропами морочить голову до рассвета, в худшем же…

Во избежание того самого худшего, я и цеплялась взглядом за всё мало-мальски примечательное, чтобы потом найти дорогу обратно. Пока не наткнулась на вереск, и…

…Тонкие перышки-колоски щекочут босые ноги, цепляются за подол зелёного шелкового платья… Его любимого платья…

– Уходишь? - тихий, безвольный голос…

– Да…

По сердцу хлестнуло болью. Его болью.

– Зачем?

– Потому что… Потому что не могу иначе…

– Почему не можешь? Почему ты не можешь, как все нормальные люди, осесть наконец где-то, завести дом, семью, мужа?.. Почему ты всегда уходишь? Я думал, ты меня любишь!

– Люблю. Но… Так надо…

– Почему надо? От скольких ты уже ушла вот так? Да, ты сеешь в мире любовь, без которой жить не можешь, но задумывалась ли ты, сколько ты сеешь боли вслед за любовью? И чего больше?! За что ты нас так, почему? Почему? Останься!

– Не могу…

– Почему?!!

…Потому что я ведьма…

В комнату я вернулась вся в слезах и, бросившись на кровать, совсем по-человечески разревелась в подушку… Ну какая из меня ведьма? Не могу я так, не могу…

– Иньярра?

А он здесь откуда? И почему я его не заметила, хотя… неважно.

– Уходи! - могу я хоть иногда поплакать в своё удовольствие, а не изображать из себя йыр-знает-что? "Я ведьма, я сильная, я справлюсь, я уйду с гордо поднятой головой, чтобы расплакаться за первым скрывшим меня поворотом!"

– Что случилось?

– Ничего! Всё, что могло случиться, случилось при моем рождении, а остальное - закономерные следствия!!

Он просто замолчал, дав мне возможность нести весь тот бред, который мне хотелось нести.

– Почему? Ну почему? Почему я не могу хоть где-нибудь остаться? Зачем иду куда-то вперед, хоть и знаю, что ни лучше, ни хуже там не будет? Так не все ли равно? Да, ведьма, да, несущая свет и любовь, но кто знает, чего я в конечном итоге несу больше - счастья и любви, приходя, - или ненависти и разочарования, покидая? Я прихожу, показываю, как светло бывает в жизни - и ухожу, навеки унося этот свет с собой. Зачем? Зачем?!!!

– Плохо, когда праздник закончился, Иньярра. Но ещё хуже - когда его вообще не было. И, как только отгорит первая боль, все те, на чей путь ты вставала, это поймут. Хуже всего тебе - сеющей любовь и пожинающей ненависть на прощание. Она совсем недолгая, но достается именно тебе.

– Почему? Почему?!!!

– Потому что ты - ведьма…