Бочарова Юлия - Одной Кошки.части С

- Я должен,- хмуро произносит.- Я когда-то давал клятву…- он запнулся.

В моих глазах плясало любопытство, но ему, похоже, придется утихомириться.

Обидно. Очень обидно.

- Я все подготовлю,- бесцветно произносит.- Но тебе придется слушаться меня. Во всем.

- Конечно, начальник,- улыбаюсь и прикладываю руку к груди в церемониальном жесте,- как скажете.

- Если сделаешь так на глазах у эльерцев, тебя повесят,- ледяным голосом добавляет.

Сглатываю, быстро убирая руку за спину.

- Правда?

- Нет,- он ухмыляется.- Из комнаты не выходи, и глупостей не делай.

Быстро становится серьезным, подходит к дверям и, взявшись за железную ручку, вдруг о чем-то вспомнив, произносит:

- Вейлиас.

- Селения.

Он кивает и немедленно выходит.

Вот блин, попала! Не мир, а зоопарк. А главное, самое дикое и вымирающее существо - это я. Ужас! Спасите бедную кошку, она еще хочет жить!

3.

Весело помахиваю покрашенным хвостом. Он у меня теперь с темной кисточкой и неровными пятнышками по всей длине (красиво). Смешливо улыбаюсь и смотрю на розовое небо. К вечеру на Урусе небо начинает розоветь (какое-то атмосферное явление), потом по нему разливаются нежно-золотые стрелы облаков. И вся эта феерия продолжается до самого рассвета. Просто восхитительное зрелище. Да и Вейлиас сказал, что при свете звезд и лун (двух), небо становится еще красивее.

Поэтому я с надеждой вглядывалась в небесный купол, желая развлечений.

- Сел,- обратился ко мне мужчина, несколько раздраженным голосом,- хватит дергать вейем, это меня нервирует.

- Ты это не мне,- хитро улыбнувшись, заявляю,- ему объясни.

- Хм,- недовольное, но говорящее обо всем сразу.

Надулась тут же и обернула хвостик вокруг ноги.

Да. Ехали мы с комфортом. Угу. Таким комфортом, что моя милая душенька (если такая имеется), затряслась, скукожилась, и почти покинула тело. А то! Нас везло..эээ…существо…эээ…ну, типа…Как его там. Ооо! Центриптизаурус. Ага, это мне Вейл выдал, типа я умом блещу и запомню название этой зверюги. Я, конечно, запомнила, почти - пасть с острыми клыками трудно забыть. Это зрелище меня до конца жизни в кошмарах преследовать будет. Ящеры они ведь такие - руку в рот не клади, понравится, и всего схомячят.

Как его описать. Ну, такой большой, как в моем глюке в пустыне, около пятнадцати метров в длину, от зубастой морды, до кончика хвоста. Зелененький, нет, темно-зелененький с маленькими красными глазками. Короче - Красавчик! Да, точно! Я его еще так мило - Ципчиком прозвала. За что Вейл меня чуть в пустыне дожариваться не оставил. Хи-хи. У них вроде как непринято, благородных арди так называть. Ну да, но это же у них. Я-то тут причем.

Мдя. Так, о чем собственно я? Ах да. На спине этого зверя была закреплена площадка с удобными сидениями и навесом, который просто-таки незаменим в такой местности. Мы ехали, молча, почти. Расспросы типа: а куда мы едем, зачем, почему - Вейлиасу быстро надоели. И мужчина учтиво, зло сверкнув глазами, попросил заткнуться. Так я и молчала, но его, видите ли, хвост нервирует. Гадство!

Отвернулась, руки скрестила на груди, всем своим видом показывая, что да и не очень-то нужно с ним разговаривать. А ему, похоже, этого больше всего и хотелось.

Блин! И лицо довольнее стало. Когда я ради чистого любопытства скосила глаза, то от возмущения даже в горле саднить начало и слова окончательно в груди застряли.

Ну что за праздник на моей улице?! Совсем недавно от города отъехали, а чувствую себя так, будто вторые сутки в пустыне провела. Скукота здесь, да и атмосфера подавляющая. А со мной и говорить не хотят, игнорируют. Может мне раз в жизни захотелось поговорить нормально (Ага, раз миллионный!).

Хвост опять начал дергаться, нервно при этом подрагивая. Настроение можно было сливать в унитаз, или точнее то, что от него осталось.

К концу поездки или себя, или кого-нибудь точно прикончу.

Глаза хитро посмотрели на умиротворенного мужчину, держащего кожаную плетку в руках, которой он то и дело бил ящера по бокам, задавая направление.

Да, злыдня я, но разве мечтать вредно.

Вот так моя душенька и развлекалась некоторое время, придумывая различные пакости, которые можно устроить. Даже настроение поднялось и на сердце приятно стало. Как говорится - сделал гадость и на душе радость. Но вскоре мне и это занятие надоело и я, позевывая, еще минут двадцать смотрела на розовое небо, но потом все-таки провалилась в дрему.

Так и раскачивалась на волнах беспамятства, пока не замаячила ярко-оранжевая точка перед глазами. Сердце защемило, и грозящие неприятности быстро отрезвили мой разум.

- Вейл,- растерянно произношу, понимая, что точка становится больше, по мере того как мы к ней приближаемся.

- Знаю,- хмурое в ответ.- Мы сейчас во владениях тесс, отшельников.

- Но огонь,- взволнованное,- там что-то есть еще.

- Они странный народ, Сел, их лучше сторониться.

Мужчина ударил ящера, разворачивая его вправо, уводя нас от пламени.

- Нет, - я вырвала плетку, и повернула зверюгу обратно,- мы должны помочь.

Сумасшествие, паника и невыносимее чувство тревоги бьющее внутри.

Мужчина зло на меня посмотрел, отбирая плеть и прижимая мое дрожащее тело к перилам.

- Кому помочь?- шипящее.- Ты не знаешь об отшельниках ничего, это нам скорей нужна будет помощь, но, увы, мы ее не дождемся.

- Вейл,- обреченное.

Мои глаза наполнены страхом. Впереди нас внезапно возникло огромное песчаное чудище, чуть ли не в десять раз больше ящера. Мужчина тут же повернулся, разворачивая ездовое животное, но минуты утекали, а монстр только приближался, нависая над нами горой.

Страх пронизывал все мое существо, бередя старые раны. Магическое создание хотело нас поймать, убить, расплющить. Но ящер быстро передвигался по песку, то и дело уклоняясь от ударов монстра. Мужчина яростно что-то проговаривал на неизвестном мне языке (предчувствие подсказывало, что это что-то матерное и очень емкое). А я скукожилась сидя на своем месте, не зная чем помочь.

Через десять минут стало ясно, что нас целенаправленно гонят к огромному столбу пламени, который еще некогда было простой точкой маячащей на горизонте.

- Ты хотела ближе познакомится с отверженными, Селения,- яростное, сочащее ядом,- так ты скоро с ними встретишься, радуйся.

Я виновато посмотрела на мужчину, не зная, что сказать. Все мое существо просто вопило об опасности. Умоляло сделать хоть что-то, а то утро может и не наступить, но я не знала. В голове роились разные мысли, дерзкие идеи и самоубийственные перспективы. Сила, с которой мы столкнулись, была настолько огромна, что мое тело пронизывала нарастающая боль, подавляя и угнетая разум.