Эльвира Плотникова - Чужая, или Академия Воинов

Полина замерла. Она отлично помнила, что должна сделать по прямой десять шагов, а не пять.

- Пять, - с нажимом в голосе повторил Матвей, - девяносто-восток.

Внезапно вспомнив, что Учитель специально мог изменить направление движения, Полина поспешила подчиниться. Это было самым сложным - слепо подчиняться командам Матвея и не давать себе времени усомниться в правильности его приказов. Но все же она успешно прошла карниз, турники, маятник и трубу. Вместо «болота» Полине пришлось по-пластунски ползти в невесть откуда взявшейся траншее, наполненной вонючей жижей. Зато на «обезьяньем мосту» она сразу правильно захватила скользкую перекладину и ни разу не сорвалась. Перемахнуть через забор оказалось легче всего. Его высота осталась прежней, и Полина лишь повторила то, с чем неплохо справлялась на тренировках. Едва она коснулась ногами земли, как тишина, царившая во время испытания, взорвалась громкими криками зрителей. От неожиданности она вздрогнула и сорвала повязку. Аплодисментами Воины выражали ей свое одобрение, но она с тревогой ожидала решения Учителя.

- Зачет сдан, - объявил Учитель-Воин. - И по работе в паре тоже.

Полина с облегчением вздохнула и посмотрела на Матвея.

- Молодец! - сказал он и положил руку ей на плечо. - Я в тебе не сомневался. Почти.

По его голосу Полина поняла, что прощена, и улыбнулась. Вечером того же дня, после отбоя, в комнату к Полине заглянул Маркус. Матвей давно ушел, оставив ее наедине с учебниками, и Полина мужественно боролась со сном, пытаясь разобраться в модификациях биосинтеза генных структур.

- Ты одна? Чем занимаешься? - спросил Маркус с порога.

- Сейчас решу последнюю задачу и пойду баиньки, - ответила Полина, подавив зевок.

Маркус заглянул в ее тетрадь и сказал:

- Пиши: «модификация Элмига - это цитопроцесс». Все, теперь пошли со мной.

- Куда? - удивилась Полина. - Что-то случилось?

- Случилось, - усмехнулся Маркус. - Сидишь в своей комнате, как сыч. Пойдем, хоть с людьми пообщаешься.

- С какими людьми?

- С хорошими. Приглашаю тебя на костер. Тем более есть повод.

- Какой повод?

- Полина, - вдруг строго произнес Маркус, - мне казалось, что ты не зануда. Или мне это только казалось? Говорю же, пойдем. Отдохнешь, развеешься…

- Я спать хочу, - жалобно сказала Полина.

- Ничего, успеешь выспаться! Это ненадолго. Ну, ты идешь или мне тебя еще поуговаривать?

Маркус привел Полину в отдаленный уголок парка. На маленькой полянке горел костер, вокруг которого сидели несколько человек.

- А вот и мы! - громко сказал Маркус, подталкивая Полину вперед.

Навстречу ей поднялся незнакомый Ученик и приветливо протянул руку:

- Салют, Полина! Я - Игорь. Проходи к костру, присаживайся.

Оробевшая Полина машинально ответила на рукопожатие и окинула взглядом сидевших у костра ребят. Она узнала Влада, с которым познакомилась в библиотеке, кивнула Илье, а остальных ей представил Маркус. Кай был Новичком, как и она с Ильей, а Себастьян и Каспер - Учениками.

- Мы просто друзья, Полина, - сказал Игорь, - если хочешь, присоединяйся к нашей компании. Иногда мы собираемся все вместе, чтобы отметить какое-нибудь событие, как сегодня. Но чаще общаемся друг с другом в менее торжественной обстановке.

- Спасибо за приглашение, - улыбнулась Полина.

Илья подвинулся, освобождая ей место на бревне.

- Ребята давно хотели с тобой познакомиться, - чуть слышно шепнул он, - но сначала хотели убедиться, что ты…

- Убедились? - перебила его Полина, усмехнувшись.

- Ага, - подтвердил Илья.

Больше он ничего не добавил, и Полине оставалось только гадать, что же из последних событий заставило ребят поверить, что она достойна их внимания. Довольно быстро ее втянули в общий разговор. Обсуждалось главное сегодняшнее событие - испытание на полосе препятствий.

- Когда труба затряслась, я так стукнулся головой, что язык прикусил, - взахлеб рассказывал Кай.

- Ползу вверх и думаю: «Хорошо, что шею не сломал».

- Ты хоть смог из нее не вылететь, - мрачно сказал Влад. - А я в прошлом году так шлепнулся, так шлепнулся…

- Ну как, как? - подначил его Игорь. - А вон у Полины спроси, она сегодня тоже летала.

- Ну-у-у, я сегодня так шмякнулась, что на земле вмятина осталась, - отозвалась Полина.

Все дружно рассмеялись, а потом стали вспоминать разные забавные случаи. Себастьян рассказал, как, прячась на дереве от своего разгневанного наставника, растревожил осиное гнездо и побил собственный рекорд скорости, спасаясь от обозленных насекомых. Игорь - как зимой поскользнулся на лыжах на спуске с пригорка и упал в сугроб.

- Помню, помню! - подхватил Влад. - Картинка та еще была! Я позади ехал и все видел. Сначала такой дикий вопль: «А-а-а!» Потом - хлоп! И тишина. И две лыжи из снега торчат!

- Ладно, ладно! - сказал Игорь. - А как сам-то в трещине застрял?

- В какой трещине? - поинтересовался Кай.

- Да в Колдовских развалинах, - пояснил Влад. - В прошлом году одни чудики захотели проверить, водятся ли в башне привидения. Мы с Игорем случайно об этом узнали и решили их разыграть. Обмотались простынями, спрятались там в одной… хм… трещине. А когда пришло время вылезать, я застрял! Чувствую, что ни туда, ни сюда, а потом мне еще что-то на голову свалилось. Ну, я как рванусь, да как заору! - Вылитый баньши1 получился! - захохотал Игорь.

- Я сам чуть не помер с перепугу, а те чудики улепетывали так, что пятки сверкали!

- Ой, а я тоже в привидение переодевалась! - вспомнила Полина. - Только я тогда совсем еще маленькая была. Решила в детском лагере девчонок попугать из соседней комнаты, да перепутала окна и попала к воспитателю. Летаю себе мирно, тихонечко подвываю. И ничего! Карола так умучилась с нами днем, что спала мертвым сном. Ну, я завыла погромче. Карола проснулась, села на кровати и как завопит! Не знаю, кто тогда сильнее испугался - она или я.

- Небось тебе потом влетело, - заметил Илья.

- Ага, - согласилась Полина, - влетело. А потом я вообще из лагеря вылетела. Правда, не за это… Я там с одной… «шайкой-лейкой» войну вела, лягушек им в постель подкладывала…

- Кстати, о лягушках! - оживился Каспер. - Прошлым летом я напросился с отцом на рыбалку, с ночевкой. Рыбалка получилась очень неудачной, ничего не поймали. Когда стемнело, захотелось кушать. Я-то думал, рыбки поедим, а рыбки - нет. Батя говорит: «Ну, и чему вас там в Академии учат? Еду добыть сможешь?» Я, конечно, сделал умное выражение лица, а сам лихорадочно думаю, что в таких случаях предпринимают. На ум ничего путного не идет, грибы-ягоды в лесу собирать - темновато. А лягушки вокруг громко квакают. И тут меня осеняет, что можно есть лягушачьи лапки. Ну, батя кивнул: «Хорошо, лови лягушек». Как я этих квакушек ловил, и вспоминать не хочется! Ну чего вы ржете? Кто-нибудь пробовал ловить лягушек в темноте, не применяя пси-способностей? Ага, как же! Затаиться! А комары?! И потом, они что, по-вашему, на берегу сидели? Да у меня тина только что из ушей не торчала! Я, конечно, поймал несколько штук. А батя сидит на берегу около костра, грустно так смотрит на меня, на лягушек, снова на меня и говорит: «Слушай, чтобы мы с тобой наелись, этих лягушек целое ведро надо. А такими темпами ты до утра не управишься». А я уже весь мокрый, грязный, к тому же голодный и злой как черт. «Предложи что-нибудь получше, - говорю, - если ты такой умный». - «Я бы на твоем месте не огрызался, - усмехается батя, - а еду надо с собой брать, на всякий случай». И достает из своего рюкзака пакет с провизией.