Терри Брукс - Меч Шаннара

— Да, но я ничего не знаю о Мече, — решительно запротестовал Ши. — Я сам до сих пор не знал, кто я в действительности по происхождению. Мне так мало известно из истории Северных земель… — продолжал отбиваться юноша, не в силах взвалить на себя эту непосильную, нечеловеческую и потому непостижимую по своей тяжести ношу.

— Все это не имеет никакого значения, — резко прервал его Алланон. — Если бы ты был мертвым, вот тогда бы в тебе не было сомнений. И уж тем более никто другой не сомневался бы на твой счет. — Его голос перешел в глухой шепот, невнятный и едва различимый, и внезапно растворился в тишине дня. А могучий пришелец вновь устремил свой таинственный взгляд на отдаленные вершины холмов. Ши в совершенном изнеможении лег на мягкую траву, подложил руки под голову и посмотрел в небо. Высоко-высоко в нежной голубизне проплывали белые воздушные клубящиеся облака. Золотистые лучи солнца, казалось, насквозь пронизывали их. Окутанные этим чудесным сиянием облака казались волшебными: они то медленно и плавно плыли по небу, то, причудливо изменяясь, стремительно неслись навстречу яркому солнцу. Ши почувствовал, что все его существо охватило то сладостное ощущение покоя и счастья, тишины и безмятежности, какое нередко бывало у него в детстве. Лебединые, торжественные облака медленной чередой уплывали на север. Нежное сияние этих облаков достигало земли, лица, и хотелось улыбаться солнцу, облакам, лесам, птицам, всему миру. Как тих и невыразимо прекрасен был мир! Он повернул голову. Над душистой травой неосязаемой волной струился благовонный воздух. В вышине звучали волшебные музыкальные трели. Одинокий жаворонок, кружась в лазурной тишине, пел о вольной жизни, весне, лете. Мириады легких насекомых, спрятавшись в зеленых коврах, неумолчно звенели и радовались жизни. Цветы и трава приветливо улыбались ему, покачиваясь от того, что на них садились тяжелые шмели, пчелы и пили жидкий пахучий нектар. В его сердце подымалась какая-то родственная нежная любовь к каждому дереву, травинке, цветку. Как спокойно и радостно жилось ему раньше… Острая тоска стиснула сердце, напомнила о мрачном Алланоне и зловещей тени, которая пронеслась над Долиной. Что ждет его впереди? Ши охватило щемящее сожаление о несбывшихся мечтах, утраченных надеждах, сожаление о том, что не удалось — да, пожалуй, и не удастся — увидеть мир в его ошеломляющем великолепии. И если уж суждено умереть, так лучше здесь, среди благостного покоя и ласковой красоты летнего дня, Под нежными лучами огромного солнца… Резкий посторонний звук заставил его очнуться. Ши открыл глаза и сел. Около него в задумчивости сидел Алланон и наблюдал за юношей. Тихая прелесть несбывшегося праздника жизни уходила все дальше и дальше. И Ши с тяжелым сердцем погружался в запутанный ворох вопросов, на которые он не получал ответа.

— Ты сказал, Алланон, что… мне угрожает смерть от руки… мифического существа? Что я должен, по-твоему, делать?

Впервые за все время на лице пришельца появилась теплая улыбка.

— В данный момент ничего. Пока для тебя нет прямой опасности. Хорошенько подумай над тем, что я тебе рассказал. Об остальном мы поговорим позже. Я с удовольствием отвечу на все твои вопросы. Однако никто, кроме твоего брата, не должен знать о нашем разговоре, даже твой отец. А пока веди себя так, как будто нашего разговора не было вовсе.

Молодые люди переглянулись и согласно кивнули в ответ великану. На самом же деле в глубине души каждый из них хорошо понимал, как трудно им теперь будет жить, пока они не выберутся из плена тревожных мыслей и не избавятся от страха перед надвигающимися событиями. Алланон молча встал, выпрямился и стал растирать занемевшие мышцы. Братья тоже поднялись и молча наблюдали за ним.

— Легенды и мифы, которые бесследно растаяли в прошлом, обладают способностью оживать. И то, что вчера еще казалось несбыточным и ушедшим, может неожиданно появиться сегодня. Коварное, жестокое и бесправное зло, пролежав под пылью столетий, сегодня опять пробудилось. И над человечеством вновь нависла зловещая тень лорда Уорлока.

Я не хотел быть суровым к тебе, мой мальчик, — неожиданно добавил Алланон и ласково улыбнулся юноше. У Ши потеплело на сердце. — Однако ты должен знать, что сейчас человечеству угрожает серьезная опасность. Ты стоишь перед лицом реальной угрозы. Сказки и вымыслы остались в далеком детстве. Вряд ли грядущие события принесут тебе счастье. Ты еще многое узнаешь о жизни в этом страшном мире.

Алланон замолчал, вновь устремив свой взор на зеленеющие холмы. Братья повернули головы и увидели, что по самому краю дальних холмов пробежала странная серая тень и исчезла так же стремительно, как и появилась. Алланон положил на плечо Ши свою огромную руку, с силой прижал его к себе, молча поклонился и удалился.

Глава 3

Планам Алланона поговорить о тревожных событиях в скором времени, видимо, не суждено было сбыться. Он стремительно исчез и оставил молодых людей в полном недоумении.

Флик и Ши медленно возвращались к реальности. Они зашли к отцу узнать, как идут дела, и вскоре их обоих отправили с очередным поручением. Путь предстоял на север. Однако, к счастью, ничего примечательного в пути не произошло. Никто не встретился им на дороге. В лесах было тихо. Закат тяжело пылал на кронах деревьев, покрывая их темной позолотой. У подножия деревьев было совсем темно и глухо. Бесшумно летали и как будто заглядывали в лицо летучие мыши. В лесу стоял тихий монотонный звон. День угасал. Вокруг разливалось звучание вечера. Между тем прославленный историк и путешественник так и не появлялся. Братья вернулись в гостиницу и сели ужинать. Ели молча, каждый думал о своем. Отец сидел рядом и хитро посматривал на братьев. Закончив ужин, они решили заглянуть в комнату Алланона. Флик всячески протестовал против этого, невольно вспоминая тот ужас, который он испытал при встрече с великаном на лесной тропе. Но Ши был настойчив. Он уговорил Флика осторожно пройти мимо комнаты Алланона и украдкой заглянуть в нее.

Каково же было их удивление, когда они увидели, что дверь пришельца не заперта и в комнате никого не было. Все вещи стояли на своих местах. Казалось, Алланон и не ночевал здесь прошлой ночью. Они вышли из комнаты и в немом изумлении принялись лихорадочно искать великана в окрестностях гостиницы. Однако все поиски были тщетны. И братья пришли к заключению, что по какой-то неизвестной причине Алланон покинул Тенистую Долину. Ши едва мог скрыть свое возмущение тем, что таинственный великан, обрушив на них головокружительный поток информации, бесследно исчез и даже не попрощался. Кроме того, Ши понимал, что с уходом Алланона он невольно лишился защиты и поддержки со стороны великана. Его сердце начинало тяжело и глухо биться всякий раз, когда он вспоминал страшный рассказ великого путешественника. Флик, в отличие от Ши, казалось, был даже доволен исчезновением Алланона. Братья расположились в креслах возле камина в одной из самых просторных и пустых комнат гостиницы. Флик всячески пытался успокоить брата. Не стоило огорчаться из-за неожиданного ухода таинственного странника. «Все к лучшему», — продолжал убеждать брата Флик. Теперь пришелец был уже далеко. Сила его гипнотического, ошеломляющего воздействия на ум и сердце юношей постепенно ослабевала, тем более что окружающая действительность то и дело возвращала их к реальной жизни. Несмотря на весь страх и непередаваемое ощущение ужаса, который вызывала фигура великана и необычные рассказы о событиях давно минувших дней, Флик так и не смог до конца поверить во все это. Во всяком случае, даже если все эти тревожные события и имели место в прошлом, то опасность или угроза для Ши представлялась ему явно преувеличенной, что-то наподобие страшной сказки.