Джульет Марильер - Тенепад (ЛП)

- Далеко с таким кашлем ты не уйдешь, - сказала Шалфей, глядя, как я пью. – Если не можешь быть тихой, как можно прятаться от тех, кто навредит?

- Я буду держаться вдали от ферм, пока кашель не пройдет.

- В долине Раш съедобного мало, - сказал Сорель.

- Какое-то время буду в порядке. Вы хорошо меня накормили.

Они не скрывали свое мнение, что я далеко не в порядке, но промолчали.

- Я могу за себя постоять, - заявила я. – Вы сказали, что мы можем подняться и осмотреть долину. Можно сделать это сейчас?

- Айе, можем.

Они привели меня к пункту наблюдения, защищенному камнями. Отсюда я видела просторную долину Раш. Река замедлялась в этой части, разделяясь на три ручья, что впадали в Глубоководье. И там, за ручьями, на берегу озера стоял Летний форт – большая крепость из камня. Стена закрывала другие здания, внутри точно было много воинов и слуг, чтобы содержать здание летом. Наверху не реяло знамя. Я выдохнула, понимая, что короля там нет.

Когда мы впервые покинули деревню, точнее, то, что от нее осталось, мы с отцом спускались в долину Раш, шли через этот лес и дальше. Я не ожидала, что пройду по этому пути снова. Потрясенная шоком и горем, я думала о побеге, о том, что нужно прятаться, держаться как можно дальше от Леса воронов. Когда мы с отцом смотрели на Летний форт, воины исполняли маневры верхом на конях, двигаясь по широкому пространству земли, ставшему им тренировочной площадкой.

- Готовятся к Собранию, - прошептал тогда отец. – Кельдек сделал это. Поставил на наши сердца печать. Праздники? Игры? Теперь лишь кровь и страх, в такие игры никто не хотел бы играть. Идем, Нерин, - мы шли, как пара призраков, безмолвные и тревожные. Я не просила подробностей, отец не говорил.

Теперь отца не было, а я была в пути, о котором никогда не думала. Мимо Летнего форта так просто не пройти. За последние три года окрестности крепости очистили от деревьев. Там, где были березы и буки, смягчающие камни, остались лишь пеньки. Несколько проросло с надеждой, и листья покачивались в холодных пальцах осени.

- Эти деревья не укроют, - отметил Сорель. – А там вода. Вброд не перейти, пешком не обойти. Придется пройти по королевскому мосту.

Да. Из-за дождя Раш стала шире. Ручьи размыли берега, ручьи казались широкими и глубокими. Если я пойду вброд, меня заметят дозорные из башни форта. А еще меня могло сбить потоком, и я могла утонуть. Отсюда не было видно королевский мост, но я знала, что его всегда охраняют. Когда мы с отцом шли по долине, дозорные пропустили нас. Теперь я понимала, почему, а тогда не смогла думать об этом. Может, мы с отцом выглядели бессильными, разбитыми горем. Не опасными.

- Лучше сочинить историю, - предложила Шалфей, - и все отрицать. Пройти по дороге с поднятой головой, а когда попадешь на мост, не отрицать своего мнения. Это будет рискованно.

- Рискованно, айе, - встрял Красный колпак. – Но не так, как пытаться пробежать мимо и попасться на глаза. Если люди короля тебя поймают – все кончено.

- А другого пути через реку нет?

Они переглянулись, но промолчали.

- Другого моста повыше? Другого пути, что приведет меня в Три карги?

Сорель прочистил горло.

- Может, и есть.

- Как туда попасть? – и почему они о нем умолчали?

- Нужно подниматься по этой стороне Раш полдня, - сказал Сорель. – Есть тропа. Народ постоянно по ней ходит.

- Куда она ведет? – спросила я, слыша опаску в тоне Сореля. Глаза Шалфей были тревожными. Красный колпак чесал мохнатую голову, словно думал, что я сумасшедшая. Точно была причина, по которой о пути умалчивали.

- Никуда, - сухо сказала Шалфей. – Ты не захочешь там идти. Люди не пересекают эту тропу. Твой народ.

- Но там есть мост?

- О, айе. Если так можно сказать, - весомая пауза, и Шалфей добавила. – Делай, как считаешь лучшим, девочка. Можешь пойти по широкой тропе, надеясь, что тебя не остановят. Можешь выбрать маленькую опасную дорогу, надеясь, что это не глупый риск.

- Куда мне идти?

- Ах, - сказала Шалфей. – Не мне выбирать.

Время шло. Если я не поспешу, застряну здесь на ночь. Я должна пройти до сумерек фермы.

- Я спрашиваю не выбор. Я прошу совета! – я поняла, что это прозвучало резко. – Прошу, - мягче добавила я.

- Это твой путь, - сказала Шалфей. В ее голосе была усталость. – Ты выбираешь, даже если и плохо.

- Если хочешь мой совет, - добавил Сорель, - я бы взял с собой нас троих. Любой путь проще, если ты не один.

Я сморгнула слезы.

- Вам нельзя покидать лес. Я иду на открытую местность, там лишь камни да холмы. Там холодно. Я могу обмануть стражей одна, но они заметят, что вы… другие.

Они заухали от смеха.

- Тшш! – зашипела я. Боги, они привлекут так всех дозорных долины.

- Ты забываешь, - сказала Шалфей, - что мы можешь прятаться. Обычный человек увидит вместо нас камни, воду или листья. Если бы мы так не умели, мы бы не прожили в Олбане и до тех времен, когда твоя прапрабабушка была малюткой в колыбели.

Спорить было не о чем. Люди Олбана, в основном, не видели добрый народец. Не все были такими, как я.

- Порой мне кажется, что мой дар – проклятие, - прошептала я. – И он приносит лишь беды. Прошу, не ходите за мной, это подвергнет вас опасности.

- Точно, - сказала Шалфей. – Мы знаем, что ты хотела идти одна, может, так и будет. Иди и найди то, чего ищешь.

Они таяли на моих глазах, сливаясь с тенями леса.

- Прощайте, - сказала я, закинув сумку на плечо. – Спасибо за вашу доброту, - но они уже ушли.

* * *

Я выбрала путь, что был ближе. Маленький мост, о котором не хотел говорить добрый народец, был не так опасен, как королевский со стражей, да и на широкой дороге меня видели бы все, кто проезжает. Темно-серая накидка Флинта хорошо сливалась с камнями. В отличие от другого пути, этот шел выше долины, вдоль холмов. Так можно было хоть немного укрыться от дозорных. Конечно, дозорных могли поставить и так, чтобы было видно всю долину. Я должна быть готова ко всему.

Дым поднимался от очага где-то выше. На камнях устроились низкие дома, прижавшиеся к земле от ветра и дождя. Они были меньше, чем фермерские в долине. Ниже животные паслись на траве, было видно ухоженные овощи. И было видно людей – девушка пасла овец с двумя собаками, слушающихся ее свистка, мужчина грузил телегу большими мешками и собирался к Летнему форту. Я старалась быть тенью, ничем, продолжением камней. Не смотрите на меня – просила я их.

Я шла какое-то время, проходя скромные домики, прячась, когда выходила женщина, выходила с зерном к курам, когда мимо проезжал мужчина на худой лошади с ребенком в седле перед собой. Я подождала, пока он исчезнет из виду, выбралась и пошла дальше. Я видела ниже королевский мост: стражи на обеих сторонах и поток народа.