Михаил Бабкин - Слимперия

Ознакомительный фрагмент

— Королевский медальон с транспортными заклинаниями мне Яна на грудь повесила, — хмуро объяснил Хайк. — Собственноручно. Чтобы я мог по её приказанию вершить суд и расправу там, где она посчитает нужным. И не только в её королевстве! И не только в Изумрудном Мире… Сказала, что по этому замечательному подарку она меня всегда сможет отыскать, если я ненароком заблужусь в других Мирах. Такая, чёрт её побери, трогательная забота, — Хайк зло сплюнул. — Я бы от него раньше избавился, но тебя надо было найти… А теперь пусть меня в этом озере ищут! Авось решат, что я утонул.

— Из всего сказанного меня удивило лишь одно, — с усмешкой в голосе поведал Мар. — Не двуличность нашей зеленоглазой королевы, нет, это для настоящего монарха в порядке вещей и является свойством естественным, как яд у гадюки… Удивило меня то, что наш друг ухитрился самостоятельно освободиться от чар любовного зелья. Повезло мужику! Оно, конечно, всякую разную дурман-траву курить вредно, врачи не советуют, но если от неё просветление в мозгах наблюдается, причём радикальное, то отчего ж и не покурить? Семён, ты название травки на всякий случай узнай: ежели и тебя любовная хандра ненароком скрутит, забьёшь косячок, пару раз полезного дымку глотнёшь и — порядок! Снова весёлый и холостой.

А ещё, Семён, спешу тебя обрадовать: судя по всему, плакал наш неограниченный кредит от Яны! И хрен с ним, выкрутимся, — с присущим ему оптимизмом пообещал медальон. — Для начала деньжата есть, у тебя и у Хайка, а там посмотрим… Может, ещё какую королеву подцепим и на кредит раскрутим! Долго ли, умеючи.

— Эт-точно, — согласился Семён и зевнул. Потом зевнул ещё раз.

— Хайк, — сонно произнёс Семён, — что-то я притомился, больно уж день суетной и длинный выдался! Отдохну чуток… Ты, когда Олия придёт, разбуди меня, ладно?

— Обязательно, — Хайк пододвинул к себе ополовиненную бутыль с крепкой брагой, налил стакан и в задумчивости уставился на озеро, думая о своём; рубиновое вечернее солнце опускалось за далёкий лес, уводя с собой такие же рубиновые ложные светила; было тихо-тихо, как в ночном музее.

Семён лёг на спину, сложил руки под головой и немедленно уснул — крепко, безмятежно… И спал долго, без сновидений.

Пока в озере не взорвалась Рыба-Зверь.

Глава 4

Сонный Лабиринт: Ищем Магическую Помощь!

Семён проснулся от взрыва резко, сразу. Проснулся и сел.

Ночь наступила давно: всё небо было усыпано звёздным крошевом, плотно, как морской пляж галькой — маленькая луна с двумя её блеклыми спутницами-дублями терялась на фоне ярких звёзд; далёкий чёрный лес спал.

А на полпути к лесному берегу опадал водяной бугор: от бугра шли крупные волны, раскачивая и ломая отражённое небо; там и тут неспешно всплывали брюхом вверх оглушённые рыбы. Рыбин было много, и крупных, и мелких. Разных.

— Что случилось? — хриплым со сна голосом спросил Семён. — Где Олия? — Он огляделся: неподалёку сидел Хайк, взлохмаченный, явно спросонья, как и Семён.

— Не знаю, — так же хрипло ответил Хайк. — Извини, я тоже задремал, бражка меня усыпила. Ну-ка, — Хайк вскочил на ноги, подошёл к озеру; Семён откашлялся, встал и тоже побрёл к воде — очень пить хотелось. Пока Хайк внимательно рассматривал то место, где случился взрыв, Семён зашёл в воду, напился, черпая из озера сложенными ковшиком ладонями, умылся; выходя на берег, он наступил на что-то упругое, круглое: с испугу Семён шарахнулся было в сторону, но остановился и пригляделся. Это была скрюченная когтистая лапа Рыбы-Зверя, одна из многих — взрывом её закинуло аж на берег. Подобрав лапу, Семён направился к Хайку.

— Вот, — сказал Семён, кинув к ногам Хайка свою находку. — Остатки диверсанта-взрывника. Узнаёшь? — Хайк присел на корточки, потрогал пальцем один из длинных когтей, глянул на Семёна снизу вверх:

— Ну и что?

— Что, что… Рыба-Зверь взорвалась, вот что. Она же внутри огненная! Сдохнуть сдохла, а огонь, видать, не погас — вода в неё просочилась, вот Рыба-Зверь и рванула как перегретый паровой котёл, — Семён огляделся по сторонам: Олии нигде не было видно. Если б она спала где-нибудь неподалёку, то, услышав взрыв, обязательно проснулась бы и пришла! Значит, Олия не здесь, а скорее всего…

— Пошли, Хайк, в чёрный замок, Олия наверняка там! — Семён повернулся и ткнул рукой в сторону того замка, ткнул и застыл, не веря своим глазам: замок был вовсе не чёрный! Возможно, на него так подействовал звёздный свет, возможно, лунный, но так или иначе, а нынче мрачная постройка светилась насыщенным синим светом; по оплавленным стенам текли лёгкие голубоватые всполохи — напоминал сейчас замок некую высоковольтную установку в рабочем режиме. Генератор Ван-де-Граафа на двадцать мегавольт, например, полностью заряженный и готовый к употреблению.

— Была у нас экспедиция этнографическая, — упавшим голосом сказал Семён, — а станет натурально спасательная… Хайк, ты ничего странного с замком не замечаешь?

— Ничего, — с задержкой сообщил Хайк. — Я и сам замок-то еле-еле вижу, слишком он чёрный!

— Ага, — зябко передёрнул плечами Семён. — Понятно. Магия, значит… Сильная магия! Вот чёрт, — и торопливо зашагал к электрическому синему зданию. Хайк топал сзади, негромко звякая на каждом шагу золотом в сумке: в тишине металлическое бряцанье напоминало звон кандальных цепей и сильно раздражало Семёна — ему невольно представились сморщенные от старости призраки в нестиранных вонючих саванах и с обрывками ржавых цепей на костяных руках-ногах, призраки, обитающие в замке. Которые деловито расчленяли Олию на кусочки в то время, пока Семён беспечно дрых: Семён глухо застонал от отвращения к самому себе.

— Что, зуб болит? — участливо поинтересовался Мар, но Семён не ответил, и медальон не стал расспрашивать дальше.

Вход в замок нашёлся сразу, видно его было издалека, — высокий, арочный, без дверей и куда как ярче, чем стены — он был похож на обычный проход во двор сквозь корпус жилого дома, любимое место ночных алкоголиков и хулиганов. К сожалению, таких личностей никак не предвиделось… Эх, если б всё дело ограничилось лишь стычкой с пьяным хулиганьём, Семён и переживать не стал бы: уж как-нибудь разобрались бы, тем более, что Хайк и в полной темноте драться умеет, на звук! Увы — к тому, что ожидало Семёна внутри замка, вряд ли можно было применить боевое мастерство… Оставалось надеяться на себя, на своё умение. И на удачу.

Семён подошёл к входу, осмотрел его — никаких магических ловушек тут не было, скорее всего, они располагались в замке, как же без ловушек да в таком месте, — вошёл в арочный проём и остановился, изучая обстановку; Хайк, почему-то неуверенно, последовал за Семёном.