Оксана Панкеева - О пользе проклятий

Ознакомительный фрагмент

– О чем вы там шушукаетесь? – поинтересовался Эспада, занятый у зеркала своей прической.

– Да вот, Кантор по бабам собрался и просит разрешения отлучиться, – пояснил Торо.

– Ну, если это секрет, то пожалуйста – так бы и сказали, а то «по бабам», – пожал плечами Эспада.

Кантор снова вздохнул и полез в мешок за расческой. Торо оглянулся на дверь ванной, где в это время плескался подопечный, и проворчал:

– Долго он там еще будет сидеть? Почему я всегда последним должен мыться?

– Потому что у тебя самые короткие волосы, – спокойно пояснил Эспада, разделяя пряди на виске. – А у Кантора самые длинные и долго сохнут. Поэтому он моется первым, я – вторым и так далее. Чтобы, пока вы с Ромеро домоетесь, мы с Кантором уже высохли. Принцип понятен?

– Но мне это надоело. Я вас с Кантором как-нибудь ночью тихонько постригу, – добродушно проворчал Торо. Эспада засмеялся и принялся заплетать косичку на правом виске, а Кантор серьезно сказал:

– Шутки шутками, но не вздумай и вправду такое сделать.

– Я, конечно, шучу, – улыбнулся Торо, – но, если серьезно, зачем тебе такие лохмы? Неудобно же. И мешают, и сохнут долго, и мыла на них идет много.

– Мне нравится, – жестко отрезал Кантор.

Торо внимательно посмотрел на него и спросил:

– Это из-за того, что в лагере тебя остригли наголо? Или тебе всегда так нравилось?

– Не твое дело, – огрызнулся Кантор.

За Торо водилась дурацкая манера задавать вопросы о том, о чем не следует, и, если бы Кантор не знал ее истоков, давно бы уже крепко обиделся и набил товарищу морду, невзирая на разницу в весовых категориях. Но, зная причины нездорового любопытства товарища Торо, он понимал, что тот вовсе не намеревается кого-то обидеть, а просто в прежней своей жизни привык учинять подобные расспросы и, более того, получать на них честные ответы.

– Отстань ты от него, – посоветовал Эспада, закрепил косичку и занялся левым виском. – Меня, например, тоже в свое время взбесило, когда остригли наголо.

– Косичек было жалко?

– Жалко? Да это самое страшное оскорбление для профессионального фехтовальщика, когда с него состригают классовые знаки различия. Если тебе это будет понятно. Ведь ты у нас неизвестно кто.

– Уж конечно не фехтовальщик, – проворчал Торо. – Я правда не знал, что твои косички что-то означают. Думал, для красоты. В нашей деревне воинов не водилось, и в их прическах я не разбираюсь. Кантор, а твой хвост тоже что-то значит?

– Да, – серьезно кивнул Кантор. – Иди, я тебе на ухо скажу.

Торо заинтересованно подставил ухо, выслушал и с хохотом ткнул товарища кулаком под ребра.

– Ну тебя с твоими шуточками! Ты как скажешь!

– А мне и это слышать нельзя? – поинтересовался Эспада, разделяя пряди на затылке.

– Можно, – ответил Кантор. – Но зачем? Ты же не достаешь меня дурацкими вопросами.

– Понял, – улыбнулся фехтовальщик. – Кстати, Кантор, ты, случайно, не толкуешь сны?

– Не особенно, – признался Кантор. – А почему ты решил?

– Ну, у тебя же есть всякие магические способности, я подумал, может, ты и это умеешь.

– Торо умеет, – посоветовал Кантор, кивая на товарища.

– А откуда ты это знаешь? – искренне удивился Торо.

– Иди, на ухо скажу.

– Спасибо, я уже наслушался. Ну, умею, верно, – и, обращаясь к Эспаде, спросил: – Расскажешь сейчас или наедине?

– Потом, – решил Эспада и уложил последнюю косичку, пристегнув специальной шпилькой. А Кантор, поколебавшись, сказал:

– Кстати о снах. Торо, растолкуй, что может значить то, что мне регулярно по пятницам снится один и тот же человек и говорит о чем-то непонятном. Во всяком случае, я не понимаю, к чему это.

– Кто именно? – уточнил Торо. – Знакомый или нет, живой или мертвый?

– Знакомый, – объяснил Кантор. – Правда, едва-едва. Я видел его один раз в жизни, помню, что нас знакомили на какой-то пьянке. Но он уже мертвый – это точно.

– А кто такой?

– Совершенно точно знаю, что мистик. Герой.

– Скорее всего, он просто хочет что-то передать в мир живых. Может, именно тебе. Что он говорит?

– Сначала, что я обязательно должен приехать в Ортан и кого-то там найти, не помню кого. А в последний раз объяснял про какую-то марайю и просил это передать… Не запомнил кому. У меня после этих снов как провалы в памяти, я их плохо помню.

– Совладай как-то со своей дырявой памятью, – посоветовал Торо. – Если ты действительно не помнишь, а не просто не желаешь мне говорить. Он точно хочет что-то кому-то передать? Поройся в памяти и вспомни, что он тебе говорил. Ты именно для этого хотел отлучиться?

– Да нет, не для этого… – Кантор задумчиво подергал себя за серьгу. – Я действительно не запомнил. А что такое «марайя»?

– Понятия не имею. Он же тебе объяснял?

– Провал в памяти. Он что, не мог кому-то другому присниться? Почему мне? Я же его едва знал. У него были друзья.

– Возможно, дело в твоих способностях. Или между вами существует какая-то связь. Он не при тебе умер?

– Нет. Может, мы виделись в Лабиринте?

– Кантор, – вздохнул Торо. – Со всем, что касается Лабиринта, разбирайся сам. Тут тебе никто ничего не посоветует. Откуда ты вообще взял это понятие?

– Мне объяснял… э-э-э… один неклассический маг. Не понимаю, почему никто больше не видит Лабиринта.

– Не знаю. Попробуй и об этом магов спросить. Неклассических.

– Или мистиков, – посоветовал Эспада.

Кантор усмехнулся, но ничего не сказал.

Из ванны выбрался наконец Ромеро, и Торо поспешил занять его место.

– Что делаем вечером? – поинтересовался Эспада.

– Как – что? – жизнерадостно отозвался Ромеро. – Пойдем куда-нибудь, поужинаем. Может, с девушками познакомимся. Ты как насчет девушек?

– Мне все равно, – пожал плечами фехтовальщик. – Есть – хорошо, нет – и ладно. А для тебя это что, больной вопрос? Проблемы?

– У меня? – обиделся Ромеро. – По-твоему, если мужчина хочет пообщаться с девушками – значит, у него проблемы? Проблемы – это когда наоборот. Это к Кантору. И к Торо. А у меня как раз с этим проблем нет.

– Сейчас будут, если не заткнешься, – подал голос Кантор.

– Перестаньте, – спохватился Эспада. – Не хватало только скандала из-за такой ерунды.

– Ладно-ладно, обидчивые все какие…

– Куда пойдем?

– А прямо здесь, в «Лунном Драконе» и посидим. Я узнал, что сегодня тут будет просто цветник. Куча симпатичных библиотекарш.

– С кавалерами, – угрюмо заметил Кантор.

– Ну прямо-таки все с кавалерами! Хоть кто-то должен же прийти без кавалера. А тут и мы, все из себя красавцы.

– Это ты о себе? – ехидно поинтересовался Кантор.

– Нет, я обо всех. Что ты к каждому слову придираешься? Мы все ребята хоть куда, даже Торо не такой еще старый. Кстати, а почему он так избегает противоположного пола?