Алексей Фирсов - Улыбка Дракона(СИ)

Ее рот приоткрылся,  и розовый язычок медленно прошелся по краю верхней губы.  Зеленые глаза чуть сощурились.  Я ощутил напряжение внизу живота.  Бернадетта разбудила мою похоть.  

Но к счастью или,  к сожалению,  нам помешали.  

Пришел Дуган и сказал,  о том,  что Фостер ждет моего приема.  Бернадетта резво поднялась с колен и,  улыбаясь,  покинула мою палатку.  

Молли у костра пела,  акампанируя себе на лютне.  Ее лицо печально-задумчиво и взгляд устремлен вдаль.  

Есть такие дороги - назад не ведут.  На чужом берегу я прилив стерегу.  Паруса,  обманув,  ветер стих навсегда,  Плоским зеркалом стала морская вода.  Обернуться бы лентой в чужих волосах,  Плыть к тебе до рассвета,  не ведая страх,  Шелком в руки родные опуститься легко -Вспоминай мое имя,  прикасайся рукой.  Я по дну бы морскому навстречу пошла,  Только в компасе старом сломалась игла.  Парус стерся до дыр от палящих светил,  Да и ветер попутный меня невзлюбил.  Ветер,  брат ты мой,  ветер,  за что осерчал?Хороню в себе боль и венчаю печаль.  Бурунами морскими пробежать нелегко -Вспоминай мое имя,  прикасайся рукой.  

 Она пела,  а я слышал голос Сью.  Моя сестра тосковала и печалилась.  При свете костров лица окружавших меня людей казались родными и близкими.  Но рядом не было ее,  моей единственной и любимой Сью. . . и только это имело значение. . .  

Глава 11

НОЧНЫЕ БЕСЕДЫ

Моряки гребли умело.  Весла погружались в воду без плеска,  легко,  даже как бы нежно касаясь поверхности моря.  

Впереди светился фонарь на корабле наш ориентир.  Мои горцы сидели тихо.  Морская прогулка для них,  как и для меня была новинкой.  Только новинка эта не доставляла радости.  Кругом тьма-внизу и на небе.  

Сотня горцев и сотня арбалетчиков уже погружены на корабль капитана Мелиссио.  Я плыл на последней лодке.  

Фостер еще до начала осады нашел в гавани Хагерти капитана Мелиссио и передал ему старый долг с процентами-пять фунтов чистого золота.  

Капитан пожелал продолжить столь выгодное сотрудничество и предложил план по захвату Хагерти со стороны порта.  Все силы гарнизона стянуты к стенам и в порту только немногочисленная стража.  Городские кварталы не отделены от порта стеной и потому войдя в порт-войдем и в сам город.  

Благодаря Фостеру,  моему незаменимому Сэмми я знал о Хагерти все.  Я знал,  где ночует коннетабль граф Синклер и решил захватить его спящим и принудить отдать приказ о сдаче города.  

Крейг Макконохи и Жасс выступили решительно против того чтобы я шел на корабле в порт.  Каждый предлагал себя на место командира десанта,  но я был тверд.  

Черный борт корабля рядом.  По веревочной лестнице мои горцы быстро поднялись наверх.  Карабкаться по вихляющейся лестнице неприятное занятие.  На мне только кольчуга и никаких лат.  Но и с таким грузом нелегко забираться наощупь на корабль!

-Приветствую вас,  государь на борту "Ласточки"!

-Приветствую вас,  капитан! Удача вам не изменила,  и вид у вас цветущий!

Капитан захохотал,  тряся животиком.  

Через час "Ласточка" плотно загруженная моими людьми вошла в порт Хагерти и встала к причалу.  Гавань эту и прилегающее побережье капитан Мелиссио знал как свой карман.  На входе в бухту Хагерти горел большой масляный фонарь на башне маяка.  Сам же город с моря почти не различим,  только редкие огни видны.  

За фальшбортами сидели наготове мои арбалетчики.  Всем своим я приказал повязать на шею кусок белой ткани,  чтобы отличить своих от врагов в темноте.  

Несколько простыней было порвано в клочья для этой цели.  

Корабль вздрогнул,  коснувшись пристани,  забегали матросы с канатами.  

-Эй,  Мелиссио,  пивное брюхо! Ты сегодня припозднился!

-Зато мой корабль набит под завязку упитанными баранами!

-А почему не слышно блеянья?

-Бараны тоже ночью спят,  дружище!

Загремели сходни под ногами людей с причала.  Двух стражников сбили с ног и скрутили мгновенно.  Поднявшись на ноги,  я не увидел на причале никого.  Догорающий костер бросал неровные тени по сторонам.  Тускло светился фонарь на столбе в конце причала.  Окна домов,  смотрящих на порт темны,  темны улицы.  

-Вперед!

Арбалетчики первыми сбежали на причал и дальше на землю,  занимая позиции полукругом.  Я сошел на землю вместе с горцами и с зажженным факелом в руке двинулся в город во главе отряда вверх по склону.  

Коннетабль Хагерти проживал в собственном доме на улочке прилегавшей к рыночной площади.  Трехэтажный дом,  зажатый между соседними домами светился только окошком при входе.  У коновязи,  рядом с лошадьми дремал солдат.  Нет,  не дремал,  он был мертв.  

Двое горожан,  вернее это были люди Фостера,  приблизились к нашему отряду и подтвердили,  что граф Синклер приехал ночевать домой и пока не покидал его.  

Арбалетчики заняли позиции по обеим концам улицы.  Пехота рассыпалась вдоль стен домов.  

Фостер постучал в дверь.  

-Кто здесь? - отозвался хрипловатый голос.  

-Срочное донесение графу Синклеру!

Загремел засов,  дверь открылась.  Привратнику вспороли горло,  и он упал без звука.  Мои люди хлынули в дом.  

Я вошел следом.  Гвен Макнилл зажег свечи на столе.  Просторная комната медленно осветилась разгорающимися свечами.  Кругом темное дерево.  Даже потолок обшит дубовыми панелями.  Я сел на скамью и решил подождать.  

Ждать долго не пришлось,  подталкиваемый Фостером вниз по лестнице спустился высокий сутулый старик в длинной ночной рубахе.  Вернее его спустили два горца,  державшие под руки.  Рот старика был,  затянут туго платком.  

Глаза графа сощурены,  он смешно моргает,  часто-часто.  

-Вы,  граф еще не решили,  что это-реальность или приснившийся кошмар? Сэмюель снимет повязку с вашего рта,  если вы обещаете не шуметь.  Хорошо?

Старик кивнул и по моему знаку платок со рта коннетабля был снят.  

Он подвигал челюстью.  

-Кто вы такие и что вам от меня надо?

Я поднялся со скамьи и представился:

-Лорд Грегори,  король севера.  

Синклер пошатнулся.  Но горцы крепко его держали.  

-Вы пришли убить меня? Как барона Рамсея?

-Вы торопитесь умереть,  как барон Рамсей?

-Я прожил долгую и честную жизнь и не изменял своему господину. . . К смерти я готов!

-Мне нужен Хагерти,  дорогой граф! Ваше сопротивление только принесет новые жертвы.  Вы то пожили,  но ваши люди и горожане явно к смерти не готовы!