Джон Толкиен - Хранители

— Вы об этом еще пожалеете, молодой человек. По какому праву вы здесь? Вы не Торбинс, вы — Брендизайк!

— Слышал, Мерри? Это оскорбление, — сказал Фродо, запирая за ней дверь.

— Нет, это комплимент, — ответил Мерри Брендизайк, — хотя и несправедливый.

Вернувшись в нору, они изгнали трех юных хоббитов (двух Булкинсов и одного Болдера), которые пробивали дыры в стенах одной кладовки. Фродо чуть не подрался с молодым Санчо Длинноногом (внуком старого Одо), который начал раскапывать большую кладовую, ему послышалось там эхо. Легенды о золоте Бильбо породили любопытство и надежды; все знают, что золото, доставшееся благодаря волшебству, можно отыскать, только если тебе не мешают.

Когда он одолел Санчо и вытолкал его, Фродо упал на стул в зале.

— Пора закрывать магазин, Мерри, — сказал он. — Закрой дверь и никому сегодня не открывай, даже если они притащат таран.

После этого они решили освежиться чашкой запоздалого чая.

Он едва успел сесть за стол, как последовал негромкий стук в дверь.

— Верно, опять Любелия, — подумал вслух Фродо. — Придумала что-нибудь действительно вредное и вернулась, чтобы сказать это мне, но с этим можно и подождать.

Он продолжал пить чай. Стук повторился, на этот раз громче, но он не обращал на него внимания. Внезапно в окне появилась голова мага.

— Если ты не впустишь меня, Фродо, — сказал он, — я пну дверь так, что она пролетит через весь холм и вместе с норой провалится в тартарары!

— Мой дорогой Гэндальф, минуточку, — воскликнул Фродо, подбегая к двери. — Входите же, входите! Я думал, что это Любелия.

— Тогда я тебя прощаю. Но я недавно видел ее: она ехала на пони в сторону Байуотера, и от ее лица скисло бы и свежее молоко.

— Я и сам от нее едва не скис. Честно говоря, я ухватился за Кольцо Бильбо. Хотел исчезнуть.

— Не делай этого! — сказал Гэндальф, садясь. — Осторожнее с Кольцом, Фродо! Между прочим, именно из-за него я и зашел к тебе, Фродо. Хочу сказать тебе несколько слов на прощанье.

— Что же именно?

— А что ты знаешь о Кольце?

— Только то, что рассказал мне Бильбо. Я слышал его рассказ: как он нашел Кольцо и как использовал его. В путешествии имеется в виду.

— Какой же это рассказ?

— О, не тот, что он рассказал гномам и записал в своей книге, — сказал Фродо. — Он рассказал мне правду, вскоре после того, как я поселился здесь. Он говорил, что вы измучили его вопросами, и он все рассказал вам, поэтому и мне нужно знать правду. «Между нами не должно быть тайн, Фродо, — сказал он. — Но больше никому рассказывать не надо. Кольцо в любом случае принадлежит мне».

— Интересно, — пробормотал Гэндальф. — И что же ты об этом думаешь?

— Если вы имеете в виду разговоры о «подарке», то правдивая история кажется мне наиболее вероятной. Мне непонятно, зачем же Бильбо выдумал что-то. Это на него непохоже. Вообще, он вел себя странно.

— Да. Но с теми, кто владеет сокровищами могут происходить странные вещи. Если они этими условиями пользуются. Это для тебя предупреждение — будь осторожен с Кольцом. У него могут быть и другие способности, а не только способность делать его владельца невидимым.

— Не понимаю, — ответил Фродо.

— И я не понимаю, — согласился маг. — Я вообще думаю много об этом Кольце, особенно с прошлой ночи. Не следует волноваться. Но если хочешь выслушать мой совет: используй его как можно реже или вовсе не используй его так, чтобы вызвать разговоры и подозрения. Повторяю: храни тайну и береги Кольцо.

— Вы говорите загадочно. Чего вы опасаетесь?

— Я не уверен. Поэтому больше ничего не скажу. Может, я смогу сказать больше, когда вернусь. А теперь я ухожу…

Он встал.

— Уже! — воскликнул Фродо. — Я думал, что вы останетесь хоть на неделю. Я надеялся на вашу помощь.

— Я так и собирался сделать, но пришлось изменить свои планы. Возможно, что и меня не будет долго: но как только смогу, я вернусь и увижусь с тобой. Жди меня, и я проберусь к тебе тайно. Больше мне нельзя посещать Удел открыто. Я вижу, что становлюсь популярным в Уделе. Говорят, что я помеха и нарушения тишины и спокойствия… Некоторые обвиняют меня в том, что я побудил Бильбо уйти, и даже в худшем. Если хочешь знать, мы с тобой заключили союз, чтобы завладеть сокровищами Бильбо…

— Некоторые! — воскликнул Фродо. — Это Отто и Любелия. Как низко! Я отдал бы всю Торбу-на-Круче со всем содержимым, если бы можно было отправиться вместе с Бильбо Торбинсом. Я люблю Удел. Но я тоже начинаю чувствовать желание уйти. Не знаю, увижу ли я его вновь.

— И я, — сказал Гэндальф. — Но меня беспокоят и другие проблемы. А сейчас… До свидания. Заботься о себе! Рассчитывай на меня, особенно в трудные времена. До свидания!

Он прощально взмахнул рукой и вышел. И Фродо показалось, что маг необычно согнут, как будто на его плечи легла огромная тяжесть. Приближался вечер, и укутанная в плащ фигура быстро исчезла в сумерках. Фродо не видел Гэндальфа долгое время.

2. ТЕНЬ ПРОШЛОГО

Разговоры не утихли ни через девять, ни через девяносто девять дней. Вторичное исчезновение мастера Бильбо Торбинса обсуждалось в Хоббитоне, да и во всем Уделе, в течении целого года, а запомнилось намного дольше. Оно превратилось в вечернюю сказку для хоббитов, и постепенно сумасшедший Торбинс, который часто исчезает в облаке света и пламени и возвращается с мешком драгоценностей и золота, стал реальным героем легенд и жил тогда, когда реальные события уже совсем забылись.

Пока же общее мнение свелось к тому, что Бильбо, который всегда был немного тронутый, на этот раз окончательно спятил и убежал в Блу. Там он, несомненно, свалился в пруд или реку и пришел к типичному, хотя и неизбежному концу. Вина за это в основном возлагалась на Гэндальфа.

— Если только этот проклятый маг оставит юного Фродо в покое, может, из него и получится здравомыслящий оседлый хоббит — говорили они. И по всей видимости, маг на самом деле оставил Фродо в покое, но рост здравомыслия во Фродо был не особенно заметен. Больше того, у Фродо появились те же странности, что и у Бильбо… Он отказывался соблюдать траур, а на следующий год он дал прием в честь сто двенадцатой годовщины дня рождения Бильбо. Было приглашено двадцать гостей и, как говорят хоббиты, «снежило едой и дождило напитками».

Некоторые были шокированы, но Фродо ввел в обычай отмечать дни рождения Бильбо год за годом, пока все не привыкли. Он говорил, что не считает Бильбо мертвым. А когда его спрашивали: «Где же он тогда?» — Фродо лишь пожимал плечами.

Он жил один, как и Бильбо, но у него было много друзей, особенно среди молодых хоббитов (главным образом потомков старого Крола), которые еще детьми любили Бильбо и часто бегали в Торбу-на-Круче. Фолько Булкинс и Фредегар Болдер были двумя из них. Но ближайшими друзьями Фродо были Перегрин Крол, обычно называемый Пин и Мерри Брендизайк (его настоящее имя было Мериадок, но об этом вспоминали очень редко). Фродо часто бродил с ними по Уделу, но часто путешествовал в одиночку и, к удивлению соседей, его часто видели далеко от дома, бродящим по лесам и холмам при свете ярких звезд. Мерри и Пин подозревали, что он навещает эльфов, как когда-то Бильбо.