Алексей Глушановский - Дорога в маги

Ознакомительный фрагмент

— Испортит. — Девушка кивнула уже посмелее, очевидно, решив, что, отсмеявшись, демон станет добрее. Правильно, в общем-то, решила.

— Вы не могли бы отпустить Альберта? — Принцесса явно решила, что наглость — второе счастье, и перла напролом.

Заметив удивленный взгляд Олега, она быстро поправилась:

— Ну пока хотя бы отпустить. Временно… Чтобы он дышать смог… Ты… Вы же не собираетесь убивать его прямо сейчас?!! Это, правда, не его вина. Я его уговорила вызвать демона.

Олег усмехнулся и внимательно посмотрел на нее. Наследная принцесса Фенриана, герцогиня Бро-удвар и т. д., и т. п. была семнадцатилетней девицей, еще не избавившейся от подростковой угловатости и не обретшей необходимого количества положенных девушке округлостей. Тем не менее можно было предположить, что в скором времени эта девчонка станет чрезвычайно красивой девушкой. У Аталетты для этого были все необходимые данные. Натуральная блондинка, невысокого роста, она обладала красивой, хотя еще не полностью сформировавшейся фигурой, тонкой талией и приятными чертами лица, в котором тем не менее просматривалась легкая неправильность, незавершенность, что не помешало бы ей войти в тройку финалисток любого из конкурсов красоты, которые так любят устраивать на Земле.

Такая же незавершенность просматривалась и на лице Альберта, так что, не будь Олег свидетелем его ухаживаний за девушкой, он бы предположил, что они близкие родственники.

Окончив свой тщательный, и даже несколько демонстративный осмотр, Олег посмотрел в глаза покрасневшей от такого обращения принцессы и ответил:

— Ну что ж, можно и отпустить. Я и впрямь собирался дать ему возможность объясниться.

Прежде чем кто-либо из парочки неудачливых демонологов успел облегченно вздохнуть, одна из волосозмеек отделилась от головы Олега, скользнула по его руке и мягко обвилась вокруг горла несчастного Альберта. Олег разжал руки, и тот мешком рухнул на пол.

Улыбаясь своей самой светской улыбкой, Олег повернулся к принцессе:

— Ваша просьба выполнена, Ваше Высочество. Будут еще пожелания?

Посмотрев на посеревшего Альберта, боящегося даже не пошевелиться, а и просто вздохнуть (похоже, у бедняги случился острый приступ серпентофо-бии'), она пробормотала себе под нос:

— Вальдес был прав, когда советовал не связываться с демонами без очень острой нужды, а если все же свяжешься — формулировать мысли четко и однозначно, не допуская ни малейшей двусмысленности. Если он так исполняет просьбы, то как бы он исполнял приказы?

Подслушавший эту тираду Олег немедленно отозвался:

— В правильном направлении мыслите, Ваше Высочество. Будь это приказ, то я бы его просто убил, ведь единственно возможная полная свобода для человека — это смерть!

Девушка грустно посмотрела на Олега:

— Знаете, Ариох, сейчас я думаю, что допустила большую ошибку, вызвав вас. Я хотела, чтобы вы спасли мне жизнь, но, кажется, даже если бы Альберт и смог заставить вас служить ему, вы все равно нашли бы способ отомстить. При этом наверняка пострадало бы больше людей, чем при моей гибели.

— А что с тобой случилось? Ты не похожа на смертельно больную. — Даже не заметив, как перешел на «ты», Олег на всякий случай просканировал ее ауру. Нет, все верно. На редкость здоровая девушка.

— Болен мой отец, король. Он медленно умирает.

— Я не лекарь. — Олег растерянно пожал плечами. — Я как бы даже совсем наоборот. Вряд ли я смогу вылечить твоего отца. Да и при чем здесь ты?

— Вылечить моего отца ты не сможешь. Предсмертное проклятие черного мага снять невозможно. Вальдес хорошо постарался. А моя смерть зовется лорд-канцлер Виктор Крэгхист, герцог де Брийон, регент Фенриана, мой дядя. — Она судорожно вздохнула, как бы сдерживая слезы. — Видишь ли, я — наследная принцесса и, как таковая, стою между ним и троном. Отцу осталось совсем недолго, и как только он умрет, со мной, скорее всего, произойдет «несчастный случай». Или «желудочные колики». Или еще что-нибудь смертельное…

Аталетта собиралась говорить и дальше, было видно, что на душе у нее наболело и хотелось высказаться, но Олег довольно невежливо ее перебил:

— Зачем вам понадобился демон?

— Как зачем? Чтобы убить Крэгхиста. Наемные убийцы к нему подобраться не могут: у него хорошая охрана и к тому же он владеет магией. А нанять мага нет возможности: после смерти Вальдеса ни один маг не соглашается к нам заехать.

— А зачем этому Крэгхисту тебя убивать? Почему бы ему просто не жениться на тебе? И проще и удобней!

— Он мой дядя. Брат моего отца. Близкий родич. Церковь категорически против таких браков. Кроме того, он женат и имеет сына, которого хочет сделать наследником.

Олег задумался. Ему все равно надо было чем-то заниматься в этом мире. Нужно было как-то обустроиться, узнать его историю, местонахождение магических школ, заработать денег. Помогая принцессе, он мог тем самым решить немало своих проблем. Главное было понять: не сменяет ли он одни проблемы на другие, возможно, куда более худшие? А насчет денег… У Олега мелькнула оч-чень интересная идея.

Обдумав ее как следует, он обратился к Аталетте:

— А кто этот тип? — Олег невежливо ткнул когтем в бок замершего, как статуя, Альберта.

— Это Альберт Крозельц, сын Верховного Жреца Орхиса, Петрония Крозельца. Он нашел одну книгу из имущества какого-то мага, принесенного в жертву Орхису, и решил рискнуть, вызвав демона, чтобы помочь мне. Прошу, не убивай его. Если решишь мстить — накажи меня. Какая мне разница, от чьей руки умереть — твоей или кого-то из наемников Крэгхиста, — с горечью добавила она.

— Похвальная преданность другу. — Олег всмотрелся в печальные глаза девушки. — Впрочем, я думаю, что умирать отнюдь не обязательно. Особых претензий к тебе, принцессочка, у меня нет. — Олег заметил, как при этом обращении гневно блеснули глаза девушки. Блеснули и погасли — у наследной принцессы Фенриана оказалась железная выдержка.

Он продолжал:

— Если бы этот дуралей при вызове не попытался поработить меня, а попробовал договориться по-хо-рошему, я мог бы поработать на тебя. Так что ты можешь идти.

— А он? — Принцесса подошла к Олегу и искательно заглянула в глаза. Встретившись с бездной, что с некоторых пор поселилась в них, она вздрогнула и отвернулась.

— А он? — Олег изобразил задумчивость, выдержал паузу и принялся за осуществление своей идеи. — Он пытался поработить меня, причинил мне сильную боль. Пусть теперь он сам попробует и боль, и рабство на своей шкуре. Я не буду его убивать. Он будет моим рабом. — Услышав эти жуткие слова, сын жреца содрогнулся. Олег продолжал: — Возможно, впоследствии я позволю его выкупить или продам какому-нибудь работорговцу.