Виталий Бодров - Охотник

Релли открывает глаза, потягивается. С удивлением смотрит на глазеющую на нее толпу мужчин в количестве трех штук, быстро оглядывает себя. Одежда чуть растрепалась, не без того, но в общем и целом выглядит прилично.

– Ну и что вы на меня уставились? – возмущенно спрашивает она. – Я вроде бы не голая… уже.

Вы видели когда-нибудь смущенного мага? Нет? А вот мне довелось. Господин Излон слегка краснеет и отводит глаза. Медвежонок хмыкает.

– Шустрая, – басит он. – Люблю таких.

Забавно, сам-то он еще подросток, а вот голос у него – взрослому под стать. Как рявкнет порой, душа в пятки уходит. Говорят в деревне, будто бабка его (и старостина, соответственно) с Хозяином согрешила. И, дескать, медведь попался ей не простой, а самый что ни на есть оборотень. Вот потомки такие и пошли, здоровые и мохнатые.

В байки я не слишком-то верю, но тут поневоле задумаешься. Может, не все врут и было что-то такое?

Маг отворачивается, за что я ему благодарен. Встаю, штаны тут же падают, успеваю подхватить. Мелкая… то есть Релли, хихикает, Медвежонок делает вид, что не заметил, но хихикает тоже, вроде как и не надо мной.

Застегиваюсь, подхватываю куртку. И, не сдержавшись, выдаю с десяток самых грубых ругательств. Где и когда, скажите на милость, я кожееда подцепить умудрился? В рукаве прогрызена впечатляющая дыра, две пластинки из панциря бронетуши бессильно повисли на ниточке. Здоровая зеленая гусеница размером с мелкую змею (вот же, за ночь выросла, гадина!) невозмутимо продолжает переваривать кожу.

Стряхиваю наглую тварь на землю, с омерзением давлю каблуком. Повезло еще, что куртку сбросил. Кожеед вполне может и человеческую кожу оприходовать, вместе с мясом и мышцами. Предварительно спрыснув зеленой слизью, чтобы жертва ничего не почувствовала.

– Что это? – Релли отскакивает, с отвращением глядя на шевелящиеся останки твари. Спасибо, хоть не визжит, крепкая девчонка.

– Кожеед, – отвечаю я.

– Как же он через старухины чары пробраться сумел? – удивляется Релли. – Здесь же столько Силы в защиту вбухано, ты не представляешь даже!

Не представляю. Слабоват я в них, в чарах. Но верю на слово, жить посреди Злого леса без сильных чар – смерти искать. Да и с чарами-заговорами тоже, уж и не знаю, как старой удается.

Запоздало кукарекает петух. Проснулся наконец-то. Кот на ноги весь двор поставил, а петуху – хоть бы хны. И то сказать, куда торопиться, если твою работу за тебя уже сделали? Правда, вставать все равно придется, если кот еще и кур топтать начнет, петуха – точно в суп.

Завтракаем быстро, следует торопиться. Причина та же, встретить ночь в Злом лесу я по-прежнему не хочу.

– Как идти думаешь? – спрашивает старая.

– Через Черную купель, – говорю.

Баба Керга головой качает.

– Не пройдешь, в ту сторону тропки закрыты. Тебе либо через Малинник, либо через Эльфийское болото. Можно еще к Толмачу попробовать, но не советовала бы. Что-то там недоброе, как бы беды не было.

К советам бабы Керги стоит прислушаться. Лес она как никто знает, а чувствует да предвидит и того больше. Есть в Злом лесу свои течения невидимые, так она их чует, а может, и создавать умеет.

Значит, Малинник или Эльфийское болото. Выбор-то небогатый и нехороший. В Малинник – это через Засеку надо пробираться, а там такое место, откуда кто ударит – непонятно, и чутье мое пресловутое нисколько не помогает. Противное место, будь я один, имело бы смысл рискнуть, а так – кого-нибудь точно потеряем, не услежу я за всеми. Что же до болота – оно и в обычном лесу не подарок, что же про Злой говорить. У эльфов спокойно, согласен, куда безопаснее, чем даже в Малиннике, но до них по болоту пока доплюхаешь, пять раз схарчат. Да и по лесу до болота – не самые приятные места. Один Предболотник чего стоит…

– По-другому никак? – спрашиваю безнадежно.

– Никак, мой хороший. Лучше всего к болоту идти, там сегодня спокойно, чисто. Или же в Малинник, но до него дальше, крюк делать придется, ножки зазря топтать.

Значит, к болоту. Ноги топтать дураков нет. К тому же, имея на хвосте мага с ученицей, поневоле ищешь более короткий путь. Я, конечно, понимаю, могущества и прочей ерунды в них через край, но по Лесу ходить совершенно не обучены и ход изрядно замедляют. А ночь, повторю еще раз, лучше встречать в безопасном месте.

– Идти надо, – говорю с неохотой.

Покидать уютное жилище желания нет, но придется. Только в сказке можно не слезая с печи весь мир объездить. Впрочем, за печь бабы Керги не поручусь, может, и впрямь самоходная. У такой необычной старушки и мебель может оказаться вполне себе замечательная.

Баба Керга провожает нас до калитки. Черный котяра гордо восседает на заборе. В зубах – мышь. Самая обычная мышь, откуда только взялась в Злом лесу? Вид у кота донельзя довольный, и я его понимаю. Что ж, счастливо тебе оставаться, маленький охотник!

Выходим, и калитка скрипит, закрываясь за нашими спинами. Что-то нам принесет новый день…

Глава 9

День принес ливень, сильный, но, по счастью, непродолжительный. Твари Леса воды то ли не любят, то ли боятся, и какое-то время мы шли спокойно, пока жаркое летнее солнце не разогнало поганой метлой низкие тучи.

После чего началось…

Стоящее справа дерево неожиданно наклоняется в нашу сторону и выстреливает в мага длинными ветвями. Господин Излон начинает читать заклинание (хорошая реакция, молодец!), но, оказавшись спеленутым по рукам и ногам, занятие это прекращает. Медвежонок рвет с пояса топор, из рук Релли с треском вылетает ветвистая молния. Один я стою дурак дураком, потому что знаю твердо – таких деревьев нет и быть не может. Даже в Злом лесу.

Однако дерево для такого, какого быть не может, действует слишком активно, и приходится вмешаться. Полузадушенный маг весело болтает ногами, Релли разбрасывает чары, словно горстями горох, но на дерево это особого впечатления не производит. А вот топор Медвежонка ему не по нраву, новые ветви тянутся к брату старосты, собираясь и его спеленать.

Я включаюсь в схватку – лук здесь явно не поможет, но у меня есть еще и топор. Хороший топор, Свен-кузнец изрядный кусок души в него вложил. И заговоров всяких-разных преизрядно, не может простой топор, даже рукой мастера сработанный, так мощно рубить.

Взмах – и одна ветка отлетает в сторону. Дерево негодующе скрипит, сразу пара ветвей тянется ко мне, оставив в покое Медвежонка. Взмах-взмах, куда ветки тянешь, окаянное? Ужо тебе!

Дерево отпускает мага, я – противник более опасный. Будь оно зверем, немедленно сбежало бы, но этого созданию Леса не дано. И чего, спрашивается, лезть надо было? Делаю шаг вперед и получаю по голове тяжелым суком. Роняю топор, который тут же накрывает выпластанный из земли корень. Весело! Что-то не хочется мне врукопашную…