Анна Тьма - Крылатый

Ознакомительный фрагмент

— Четырнадцать, — пожал плечами я, прополоскав рот и с отвращением сплюнув. — Ответы на следующие вопросы: да, слишком молод, рыцарь уже четыре года, потому что так получилось, это не моя вина, но моя обязанность. Вот. И эту тварь вашим людям лучше бы не пинать. Я чую в нем демона из Инферно. Кстати, за что его взяли?

— Шесть зверских убийств, — ответил капитан. — Все жертвы — юноши и девушки четырнадцати-восемнадцати лет.

— Еще одно убийство — и он обретет демонический облик, — предостерег я. — И тогда на него десяти рыцарей Тьмы не хватит. Правда, есть ограничение на жертвы для этого типа демонов — они должны быть невинны и чисты душой. Кстати, как давно произошли убийства?

— Немногим меньше часа назад.

— Что?! — Я оскалился и снова зарычал. Который раз за день. Всей этой крови можно было избежать! Теперь только бы не винить себя в смерти тех, кого даже не видел… Лучше просто забыть. Забыть, пока чувство вины не растерзало душу. — Эта тварь пыталась меня убить час назад. Жаль, я не догнал его! Эй ты, паскуда! — рявкнул я в сторону демона, которого в этот момент тащили в служебную машину. — Объявляю кровную месть всему твоему клану до двенадцатого колена! Слово рыцаря Тьмы — я найду твой мир и до последнего представителя вырежу твой клан! Твою гнилую кровь я запомнил, так что можешь не сомневаться в моих словах!

Месть будет совершена… Теперь забудь, Крылатый!

В ответ демон оскалил желтые клыки и рванулся вперед, но пинками и прикладами был загнан в «бобон». Я сплюнул ему вслед и тут обнаружил одну препоганую вещь. Мои любимые кожаные штаны были порваны немного выше колена! Вот проклятье, как я к Рыси пойду?!

— Ты чего, малыш? — То ли опять я мыслил вслух, то ли у меня на лице отчаяние было живо написано, и капитан это заметил.

— Штаны порвал! — с досадой высказался я. Всего лишь порвал одежду… и ни о чем больше не думать… — Мне через полчаса к девушке, а я в рваных штанах! Киса меня не поймет, а в ухо получить что-то не хочется…

— Садись в машину, обсудим твою трагедию. Помогу — небольшая плата за мою жизнь.

Я забрался на высокое сиденье. Как оказалось, у капитана в машине было некое средство под названием «жидкая кожа», как раз черного цвета. Этим он и заделал мои штаны, пообещав, что через десять минут не останется и следа. А пока я ждал, когда можно будет снять отвратительно-розовую заплатку с дырки, милиционер начал неизбежные расспросы на тему, откуда я, кто вообще такой, где живу и где меня в случае чего найти.

Тяжко вздохнув, я провел по лбу рукой, делая видимым венец, и с тоской посмотрел на капитана.

— Валерий Иванович, — я сделал умоляющее лицо, — только не говорите моим родителям и брату о том, что сегодня произошло, а то мама мне что-нибудь жизненно важное оторвет. Мое имя — Ирдес Райдан Дарий ар'Грах. — Переждав минуту обалдения, я добавил, сделав венец снова невидимым: — Я здесь инкогнито и надеюсь задержаться надолго. Я вас умоляю, не предавайте огласке мое имя.

— Хорошо… — ответил еще через минуту капитан. — Но номер сотового оставь… оставьте, ваше высочество.

— Не надо меня титуловать, я прошу! Вся маскировка насмарку! А номер записывайте… — Я продиктовал. — Теперь все?

— Все, — кивнул капитан.

— Отлично! — Я выпрыгнул из машины, отодрал со штанов розовую заплатку, оглядел место, где раньше была дырка, и, не обнаружив от нее и следа, остался доволен. — Кстати, — сунулся обратно в машину, — не подскажете, как отсюда быстрее добраться… — назвал адрес.

— Садись, довезу, — улыбнулся капитан. — Тут недалеко.

Оказалось и вправду недалеко. Пока мы ехали, я едва успел привести себя в порядок.

— Эк тщательно ты готовишься, — добродушно улыбнулся милиционер, подгоняя машину к нужному дому. — Первое свидание?

— Да какое свидание, если девушка меня на пять лет старше! — махнул рукой я. — Юлька Рысь мне подруга, а не девушка. У нас сегодня сбор команды. Так что это встреча друзей. Ой как мне не хочется, чтобы они узнали мой настоящий титул… Особенно Рысь — не посмотрит, что принц, по шее надает… — Я заранее потер шею, уже почти чувствуя тяжелую руку нашего навигатора.

— Какой подъезд?

Я как-то не сразу обратил внимание на то, что товарищ капитан напрягся.

— Третий.

— А фамилия какая у твоей Юли? — поинтересовался Валерий Иванович, останавливая машину.

— Тартынская Юлия Валерьевна, по прозвищу Рысь, — без запинки сказал я, расправляя незначительные складки на рукавах. И замер. — Ой…

Около минуты мы молча смотрели друг на друга. Громом среди ясного неба запел мой телефон: «Киц-киц-киц-кица, кица-кицуня…»

— Да, Киса… — ответил я на звонок, опасливо глядя на отца этой самой «кисы». — Киса, я буду через одну минуту… В смысле не готова?.. Давай собирайся, пока я поднимусь по лестнице!.. Ага, ну я же обещал… Когда это я не выполнял своих обещаний, ну-ка, напомни? Вот. Так что быстро! А то я буду гневаться, а мое величество в гневе ужасно… Жду, жду, а ты бегом! Отбой.

Рысь отключилась, и я снова взглянул на Валерия Ивановича.

— Точно не свидание, — добродушно хмыкнул капитан. — Моя дочь предпочитает парней постарше.

— Я за нее все равно любому глотку порву, — серьезно ответил я. — Пусть только попробуют обидеть. И уж извините, товарищ капитан, но сегодня я ее поведу в ночной клуб. И клянусь честью, что ничего плохого с ней не произойдет.

— Слову темного я верю, — сказал он. — Но и ты мой номер запиши. Если во что-то вляпаетесь — звони в любое время.

Я забил в свой сотовый новый номер и, понимая, что время не терпит, побежал к нужному подъезду. По лестнице поднимался вприпрыжку, а в душе почему-то пело радостное предвкушение. Будучи знакомым с Рысью четыре года, сегодня увижу ее впервые. Страшно? Ни капли! Ха!

Оказавшись перед дверью квартиры, нажал на звонок без лишнего промедления. И только тогда до моего сознания все еще обостренный после трансформации слух донес ругань. Злая, как сотня демонов, навигаторша открыла дверь спустя несколько томительных минут.

— Что у тебя случилось? — сразу спросил я. — И кого мне за это избить?

Рысь взглянула на воинственного меня и улыбнулась. Она оделась в короткое черное кожано-замшевое платье и высокие блестящие черные сапожки. Стриженные под «каре» темные волосы, милое личико, с которого на меня смотрели пронзительно-карие глаза в обрамлении пушистых черных ресниц.

— Привет, воробей, — сказала она. — А ты выше, чем я рассчитывала.

— А ты мельче, — фыркнул я. — Так кому там срочно требуется интенсивная терапия? Я быстро обеспечу побитую морду.