Ольга Романовская - Быть тенью

Все эти дни, прошедшие с момента неожиданного предложения, провела, как на иголках. Никакого ответа, разумеется, Владыке я не дала, да и вообще сторонилась потенциального жениха, благо мы пересекались только во время приёма пищи.

Вампиры, к слову, ели еду, приготовленную их поваром по специальным, тайным, рецептам. И, сдаётся, что та густая вишнёвая жидкость в бокалах была кровью, а не вином. Страшно подумать, из чего тогда желе.

Владыка одарил меня задумчивым взглядом и вкрадчиво напомнил, что я ему кое-что должна. Стоявший рядом лорд Аксос тут же напрягся, попытавшись узнать, о чём речь. Вампир резко ответил, что это не его дело, и чувственно, оставив неглубокие порезы на перчатке, приник к моей руке. Еле сдержалась, чтобы не отдёрнуть.

От советника не укрылась моя реакция, и он пожелал переброситься парой слов с Владыкой. Тот ответил холодным презрительным взглядом. Втянул в себя воздух и блеснул мигом покрасневшими глазами.

- Лорд Аксос, - низкий голос завораживал, но одновременно таил в себе угрозу, - есть дела, в которые лучше не вмешиваться. Долгая жизнь - удел умных.

Советник понял намёк и отошёл в тень, с фальшивой доброжелательностью пожелав Салаиру долгих лет правления.

Владыка улыбнулся, продемонстрировав внушительные клыки, и вернул пожелание. Бросил быстрый взгляд на меня и степенно удалился.

Заметила, как лорд Аксос тайком смахнул пот со лба. Неужели испугался? Значит, этот Слаир Ольдешарр опасен, и моё предубеждение против вампиров оправдано. Но не собирался же Владыка напасть на советника? При всех, открыто…

Остальные гости не вызывали у меня эмоций. Они для меня никто, я для них тоже. Так что нормы этикета были соблюдены без особых проблем.

Когда последний эскорт высочайших особ скрылся из виду, а герольды устало прислонили стяги с флагами и гербами к стене, с облегчением повернулась ко всем спиной и вернулась во дворец. Ноги гудели, голова тоже. Хотелось сесть, а ещё лучше - лечь. В конце концов, принцесса я или нет? Впервые воспользовавшись титулом, отослала фрейлин прочь и направилась в свои покои.

Не знаю, сколько я пролежала на постели, как была, в парадном наряде, с невообразимой причёской на голове, но всему приходит конец.

В дверь постучались. Мой ответ никого не интересовал, потому что служанка всё равно вошла и заставила меня переодеться к обеду.

Я сидела во главе огромного стола, а на другом его конце восседал лорд Аксос.

Аккэлия к трапезе не вышла: то ли до сих пор мучилась с животом, то ли её заперли в спальне.

Разговор с советником о судьбе кузины всё не шёл из головы. Я собиралась, но так и не нашла в себе сил возразить, упросить смилостивиться над несчастной.

Резное кресло казалось неуютным. Когда-то его занимал дядя, а теперь туда усадили меня. И ещё увенчали позолоченной диадемой, недвусмысленно намекавшей на неофициальный пока статус наследницы. Но это противоречило своду законов Конрана: править должна была Аккэлия.

Ощущая на себе взгляды десятков глаз, терпеливо резала и жевала мясо с салатом, пила вино. И с тоской вспоминала о временах, когда меня не допускали к королевскому столу.

Для фрейлин и придворных накрывали отдельно, в той же столовой, но чуть в стороне. И сидели они не в пример кучнее, дружно орудуя столовыми приборами. А мы с лордом Аксосом - подопытные кролики.

Советник сидел за королевским столом и при покойном дяде: как-никак, они родственники, пусть и дальние.

После обеда, с которого я постыдно сбежала, сославшись на головную боль, занялась вышиванием и эльфийским: учителя и тиару Монтрес не интересовали мои мнимые и не очень недомогания.

А вечером слуга лорда Аксоса передал приглашение на Совет.

Я дрожала, как осиновый лист: до этого меня и близко не подпускали к политике. А теперь, полагаю, должна была стать главным предметом обсуждения.

Медленно, как и полагается принцессе, следя за походкой, шла по коридорам.

Придворные кланялись, делали реверансы и шептались за спиной.

Наконец слуга остановился перед массивными, защищёнными чарами от подслушивания дверьми. Их охраняли угрюмого вида солдаты. На этот раз они без вопросов развели алебарды - а ведь за месяц я ничуть не изменилась, всё та же Ньдор-Фавел.

Подумать только, чуть больше месяца назад меня не пускали в королевские покои, обращались, как с пустым местом, а теперь отдают честь!

Двери почтительно отворились, пропуская в Зал Совета. Он находился в самой старой части дворца, по легенде, заговорённой первыми представителями рода Фавел, сильными и умелыми магами, от нападения врагов. Так это или нет, к счастью, никто никогда не проверял.

Я замерла на пороге, уставившись на четырнадцать угрюмых тиаров. Они в свою очередь смотрели на меня. Все с разным выражением лица: кто с любопытством, кто с презрением, кто со скукой.

Лорд Аксос, пятнадцатый тиар, председательствовал в этом собрании, занимая самый настоящий трон. Он сидел спиной к свету - сводчатым окнам, через мелкий переплёт которых лились лучи закатного солнца. Величественный, царственный, советник облачился в чёрный бархат. На плече поблёскивала каплей крови брошь в виде дракона, извергавшего пламя.

Не зная, что делать, огляделась.

Зал Совета мог вместить гораздо больше людей, нежели собрание достопочтимых тиаров. Окрашенный в три цвета: черный, белый и зелёный, - он настраивал на особый, торжественный, лад.

Пол - шахматная доска, малахитовый стол, мебель из морёного дуба… На стенах - повторяющееся изображение герба Конрана и личного герба Фавелов. И камин, в котором без проблем могут устроиться на ночлег минимум четверо.

Окна - практически от пола до потолка, забраны решёткой в виде растительного орнамента.

Пугающие объёмы, признанные внушить входящему, что он никто, а Совет - всё.

Переминаясь с ноги на ногу, боялась без разрешения подойти к столу и занять пустующее место по правую руку от лорда Аксоса.

‘Её высочество, принцесса Исория Морта Меридит Фавел-Ньдор’, - объявил беззвучно возникший за спиной церемониймейстер и закрыл двери. Сюда без приглашения не допускались даже высшие придворные чины.

Лорд Аксос отложил в сторону серебряный колокольчик, встал и направился ко мне. Поцеловав руку, предложил занять пустующее место. Я не стала возражать и опустилась на жёсткое кресло с высокой спинкой.

Заседание началось. Предметом обсуждения стала дальнейшая судьба Конрана. И моя собственная.

Тиары спорили, кому надлежало принять бремя власти.

Лорд Аксос до поры хранил молчание, а потом мановением руки угомонил разговоры. В воцарившейся тишине было слышно, как поскрипывали кресла от движения того или иного тиара.