Мари Ардмир - Профессорская служка

Ознакомительный фрагмент

— Воздушник. Проучилась в Академии Воздушных Потоков в Девенсии два года… вернее, полтора. И почти сразу к вам.

Услышав это, девятый обернулся с удивлением:

— Ирэна, вам семнадцать?

— Двадцать, — пролепетала я, смущенная его внимательным оценивающим взглядом. Пришлось пояснить: — Дар появился лишь два года назад.

— С трехлетним опозданием, — посчитал девятый. — А магический резерв какой?

— Он более всего напоминает искры. — И прежде, чем профессор заявит, что мои шансы крайне малы, запальчиво заверила: — Несомненно, к моему двадцатипятилетию он наберет силу и окрепнет.

— Если энергии крохи, — Лесски скептически прищурился и, развернувшись, продолжил спуск со словами: — То мечтать о полноценном развитии дара не стоит.

В чем-то я его понимала, ведь большинство студиозов в двадцать лет завершают начальное академическое образование с наполовину полным резервом. Часть уходит искать свое место в мире, остальные подают прошение на Универсала. А спустя четыре года они устраиваются на работу в королевские магические службы, получают внушительное жалованье, обзаводятся семьями и оседают кто где. И лишь самые сильные из одаренных, получив степень своей стихии, поступают на пятилетний Профессорат, чтобы по окончании преподавать и заниматься наукой. Такие маги на вес золота.

И несмотря на то, что профессор озвучил всем известный факт, мне захотелось сделать ему не свойственную леди гадость, и я искренне пожалела о том, что оставила тяжелую статуэтку на своей кровати.

Видимо, он почувствовал мой тяжелый и кровожадный взгляд, обернулся, чтобы заметить:

— А вы такая хорошенькая сейчас.

Это было не лучшее время для комплиментов.

— А вы не очень, — пробурчала я.

— Тогда прекратите мной любоваться, — предложил правообладатель, улыбнувшись ярче прежнего.

— Я, как вы изволили сказать, любуюсь отнюдь не вами, а результатом моих стараний. Костюм подобран хорошо. Но сейчас главное не это.

Хмыкнул шутливо и пожурил в ответ:

— Однако быстро же вы перенимаете мои словесные обороты.

Что же он никак не поймет, что это важно для меня! Или, наоборот, все прекрасно понимает, а потому и пытается осадить? Протяжно вздохнула:

— Профессор, вы правы. На основе ничтожного резерва крайне редко развивается полноценный дар. Но еще реже в нашем обществе встречается маг-стихийник.

— Да неужели? — Девятый свернул в противоположную кухне сторону и, пройдя по тускло освещенному коридору, остановился перед черной деревянной дверью.

— Ужели-ужели, — гордо расправила плечи и преградила ему путь: — Но мы отвлеклись от темы. Сэр Лесски, скажите, я могу пользоваться вашей магической лабораторией и библиотекой в ваше отсутствие?

Его брови взлетели вверх, губы странно искривились.

— Пожалуйста. В счет сегодняшнего утра пойдите мне навстречу, — попросила тихо.

— А-а-а… — Улыбка вновь осветила его лицо, и он продолжил шутить: — Ирэн, в подрывной деятельности вам уже нет равных. Боюсь представить, что будет, если вы разовьете свой дар.

Раздраженно отмахнулась от очередной шутки, упрямо потребовав ответа:

— Да или нет?

Зря давила, он огорошил меня резким «нет!» и, рисуя на стене невидимый знак, заметил:

— В вас море энтузиазма, но мало потенциала. И я не уверен, что смогу доверить вам сложные реактивы, да и реактивы… вообще.

Правообладатель толкнул дверь и протиснулся внутрь мимо меня. А там сияла чистотой огромная лаборатория, забитая стеллажами с реагентами, колбами, мензурками, клетками с подопытными питомцами, столами, заставленными самыми чувствительными приборами, а в центре помещения располагалось шесть площадок для опытов. И после всего увиденного довольствоваться холодным «нет»? Я не для того столько билась!

А Лесски даже не смотрел в мою сторону. Он, став за ближайший стол, поместил браслет под микроскоп со стократным увеличением и начал увлеченно работать с дорогим ювелирным изделием.

Решительно подойдя ближе, я заявила запальчиво:

— В Академии Воздушных Потоков мне довелось работать внештатным лаборантом. За все это время ни одного ЧП не произошло!

— Хорошо заметали следы?

Я не обиделась на очередную шутку, лишь передернула плечами:

— А если и так, то что?

Протяжный вздох уставшего человека раздался в лаборатории, и профессор одарил меня тяжелым взглядом. Стало ясно, шутки в сторону, мы говорим как взрослые люди.

— Ирэна… я не могу с вами сейчас спорить по поводу и без. Давайте обсудим все после моего окончательного возвращения из командировки.

Из этого следовало два положительных момента: первый — разговор не окончен, второй — он будет возобновлен, как только Дейр Лесски вернется. Отлично! За это время я найду дополнительные доводы в пользу моего обучения. И вот тут возник только один вопрос:

— Говоря об окончательном возвращении, вы имели в виду то, что будете еще несколько раз перемещаться?

— Возможно, — не отрываясь от работы, ответил он со вздохом и вытянул руку вперед: — Дайте пинцет.

— И опять в мою комнату? — Я положила инструмент на его ладонь.

Мягкая улыбка появилась на губах правообладателя, когда он поднял взгляд на меня:

— Я постараюсь не надоедать.

— Спасибо за предупреждение.

Значит, будет. Неприятно, но это все-таки его дом. Что ж, завтра же попрошу, чтобы меня переселили в другую комнату. Решив так, развернулась, чтобы уйти, и неожиданно вспомнила:

— Профессор, я…

— Ну что еще? — Он раздраженно выпрямился. — Ирэна, что?

После такого тона захотелось оставить его в покое и не мешать работе с микроскопом, но я сдержала детский порыв, спросила:

— Чем мне заняться в ближайшие три недели? Может, необходимо какие-нибудь бумаги разобрать, отчеты, сложить книги, упорядочить данные, свести баланс, подсчитать расходы? Я умею.

Девятый прищурился, заставив меня от досады прикусить губу. Не привыкла я без дела проводить день за днем, но и стесняться этого не намерена. И вот тут профессор улыбнулся, а я, ощутив тревогу, нахмурилась. Неужели сейчас сработает закон об инициативе, которая наказуема? Кажется, да.

— А это идея! — неожиданно весело провозгласил Лесски и постановил, указав рукой вверх: — Разберите завал на чердачном этаже.

— Этаж? Т-там даже не комната?

— Комната, — кивнул с улыбкой, — но большая.

Я немного заторможенно поблагодарила его за время, уделенное мне, пожелала хорошей работы и ушла. Воображение рисовало горы хлама и лабиринты чердачного этажа, пыль, паутину и пауков. Что ж, кошмары этой ночью мне обеспечены.