Лина Алфеева - Аккад ДЭМ и я. Адептка Хаоса

Ознакомительный фрагмент

— Споры тоже сюда же сыпать? — поинтересовалась я, пока Эрик аккуратно добавлял полученную смесь в колбу.

— Нет, их перед снятием с огня. Но мы все равно не успеем. Зелье в реакцию не вступит. Должен запуститься естественный процесс брожения.

— Поэтому оно у всех булькает? — догадалась я, осматриваясь по сторонам.

— Дозревает, — поправил меня некромант.

Я предвкушающе потерла руки. Ничего! И у нас дозреет!

Пока Эрик следил за температурой, я крутилась рядом с плошкой на изготовку. Наконец напарник посмотрел на меня и скомандовал:

— Высыпай!

Споры дурногриба исчезли в колбе. Эрик взглянул на часы, стоящие на столике, и засек время.

— Всё. Осталось только ждать. Больше от нас ничего не зависит.

Эликсир получался вполне симпатичный, нежно-розовый с легким кисловатым ароматом, но бродить отказывался наотрез. Выждав положенное время, Эрик погасил огнекамень и вздохнул:

— Опять по новой горбатиться, — и добавил совсем тихо: — Ненавижу.

Я нахмурилась и быстро считала его эмоции. Ненависти к предмету и к преподавателю в адепте не обнаружилось, зато неуверенности и ожидания неминуемого провала оказалось с избытком. Мне стало жаль парня. Нельзя же так расстраиваться из-за какого-то эликсира! Я грозно уставилась на колбу и решила, что её содержимое у нас обязательно забулькает.

Прикрыв глаза, начала потихонечку вливать в зелье силу. Я не изменяла состав, не вмешивалась в естественные процессы, а только слегка их подтолкнула и ускорила. Громкое «пш-ш-ш» заставило прервать процесс сдабривания варева магией.

— Что за ерундень, — потрясенно выдохнул Эрик.

Я открыла глаза и торжествующе возвестила:

— Есть реакция!

— Не может быть. Ещё рано, — убежденно произнес профессор Грисвальд и поспешил, шурша хвостом, полюбоваться на результат лабораторной работы.

Громкое шипение, заставившее всех повернуть головы в нашу сторону, не имело никакого отношения к брожению зелья. Звук вырвался из горла василиска. Странный он всё-таки. Вон как разнервничался. У нас же все получилось. Правда получилось. Бурлил эликсир всем на зависть, благоухал ощутимо, да и оттенок у него был намного насыщеннее, чем у остальных. Но мне так даже больше нравилось, не бледно-розовая водичка, а яркий цвет.

Я склонилась к Эрику и шепнула на ухо:

— Слушай, а что за прелесть мы с тобой приготовили?

— Концентратор, — отрешенно бросил он.

— Да я и сама догадалась, что у нас концентрат вышел, а эликсир-то какой?

— Я уже ответил, — отозвался адепт и самым наглым образом принялся копаться в моей сумке. Возмутиться я не успела, Эрик выудил из нее «Плотоядник», устроился на стуле и принялся читать.

— Всем срочно вставить фильтры, — прохрипел профессор.

— А зачем? — Фурия томно потянулась и оценивающе осмотрела присутствующих. Я с долей смущения прислушивалась к эмоциям призванной. Нет, конечно, её желание выйти замуж похвально, но не на уроке же женихаться! Фурия мои мысли не слышала и особой стыдливостью не страдала. Она знала, что притягивает мужчин, и наслаждалась каждым взглядом, каждой улыбкой, адресованной ей.

— Моя! — прохрипел ближайший к ней адепт.

Шагнув фурии навстречу, он подхватил стоящий перед ней стол и отшвырнул. На счастье окружающих, в ту сторону, где никого не было, а вот стеклянному шкафчику не повезло. Но больше всего досталось кустику огненной агаты. Я с болью следила за тем, как угасает надломленный под самый корень ствол. Адепт звучно шлепнулся перед фурией на одно колено, обхватил её за талию и прижался лбом к животу.

— Грабли свои убрал, недомерок! — дрожащим от злости голосом воскликнул другой некромант и в следующее мгновение очутился рядом с фурией и её поклонником.

Фурия сладко улыбнулась и призывно посмотрела на крикуна, при этом её пальцы ласкали макушку коленопреклоненного демона. Профессор зашипел повторно, а потом его глаза вспыхнули желтым, и обнимающаяся тройня превратилась в камень.

Сначала я решила, что ошиблась. Подбежала, потрогала и осознала, что случилось непоправимое.

— Как же так… — прошептала я.

Грисвальд развернулся ко мне. Я зажмурилась и услышала запоздавший совет:

— В обморок! Быштро!

По заказу я отключаться не умела, зато симулировать попыталась убедительно: обхватила голову руками, шлепнулась на попу и растянулась на полу.

Глава 5

ЛАЗАРЕТ ОГНЕННОГО СЕКТОРА

Полностью войти в образ я не успела, как и понять, для чего Кошмар Игнатьевич посоветовал мне упасть в обморок. С профессором Грисвальдом творилось неладное, и тут он не был одинок. Со всеми адептами происходило что-то непонятное. Они разом подцепили навязчивую идею, каждый свою. Она манила, заставляя забыть обо всем. Адепты напоминали свечи, охваченные пламенем и мягкие, как воск. Кто-то нахмурился и ушел в себя, а кто-то рвался действовать, как те бедолаги, запавшие на фурию. Профессор Грисвальд удержался из последних сил, но обратил предмет своей страсти в камень и сейчас с совершенно убитым видом рассматривал результат. Я же чувствовала непреодолимую тягу к созиданию, хоть семечко прорастить, хоть былинку. Казалось бы, естественное для нимфеи желание, но его сила меня пугала. Когда я обнаружила себя стоящей на коленях и рассовывающей по карманам остатки ингредиентов, то струхнула не на шутку и не придумала ничего лучше, как мысленно обратиться к Изменяющему форму:

— Эштан, миленький, тут такое…

Партизан вышел на связь незамедлительно, а потом мое сознание будто раздвоилось. Одна часть отвечала на вопросы, а вторая заставила подползти к пострадавшему в процессе падения кустику агаты и прижать его к груди. Я осторожно влила силу в огненные веточки, помогая зарастить надлом.

Краем глаза я присматривала за адептами, те вели себя смирно. Затаенной агрессии в них не ощущалось, а то, что некоторые чудили по полной, так с кем не бывает? Особо уморительно выглядела некроманточка в неглиже. Она металась по аудитории и приставала ко всем с вопросом, надо ли ей худеть. Парни отделывались односложными репликами невпопад. Большинство с похвальным рвением углубилось в учебники и свитки. Я невольно ощутила прилив гордости. Как-никак, именно я поспособствовала пробуждению в них тяги к знаниям…

Появление охранников было ожидаемым, и все же, когда они возникли в лаборатории, я требовательно спросила:

— Что вы намерены с нами делать?

Демоны растерянно переглянулись. Подсказка пришла со стороны Грисвальда. Василиск с трудом повернул голову и выдавил из себя: