Жизнь дает намного больше, чем просишь (СИ) - Осень Ева

- Двести пятьдесят за всё.

- Но позвольте, это грабеж.

- С чего бы? За четыреста, я могу средь бела дня купить кузницу с печатью и грамотой. И моим людям не придется очищать её от грязи, разбирать самим, и заниматься перевозкой.

- Поймите меня как женщина, женщину, это всё что осталось от моего любимого мужа. Он так страдал перед смертью, все переживал что станет с его кузницей, боялся что её разграбят. Мы пережили такой ужас, той ночью, я не могу отдать за бесценок наследие мужа. Этих денег вряд ли хватит, чтобы купить небольшой домик и постараться забыть ту страшную ночь. - Вдова демонстративно вытерла слезы, выступившие в уголках глаз, и прижалась к хахалю.

- Сочувствую вашему горю. Поэтому за двести двадцать, я готова не только забрать всё что находится внутри, но и разобрать стены. Печать и грамоту, надеюсь ваш муж оставил перед смертью? Позвольте взглянуть.

- Вы предлагали двести пятьдесят...

- Значить, за неимением печати, вы готовы за двести, продать мне наследие вашего любимого мужа?

- Но только что...

- Простите, мы так долго обсуждаем вашего любимого мужа, и тот ужас что вам пришлось пережить той ночью, что я запамятовала. Ведь мы договорились о ста восьмидесяти?

- Двести, и не бона меньше. Печать останется при мне, вы не получили её!

- Шах-Суран, передайте вдове двести бонов. Шай, впишите сумму в двух экземплярах. - Сумма поставлена, осталось только имя, и подпись вдовы. - ответил отец Сурры. Он вписал её имя и показал где расписаться.

- Я так полагаю мешки с углем в вашей телеге, тоже являются моим имуществом? - Нет, мы нашли их. - Не в этом ли самом углу, что возле печи? Ой смотрите, а тут ещё осталось, с такой же завязкой на горловине. - Воины обступили троицу, когда Ярик наконец не вытерпел. - Ты что хабалка, мало того что тебя здесь вообще не было, когда мы твоего мужа хоронили. Так ты решила скрысить моё имущество?

- Ярик, живой? - пискнула вдова.

- Живой, и требую заплатить за те мешки угля, что я ссудил твоему мужу.

- Прости, не признала. Мы сейчас же их вернём на место. - Пока её дружки, разгружали и заносили обратно мешки, стражники и Горстан, под шумок забрали из телеги молот, тиски, различные кузнечные клещи с длинными ручками. Фигурные клинья, резцы, пробойники, напильники, фильеры, острия для разметки, отмычки, метчики... В общем вдова и ее сопровождающие, уезжали ни с чем. Они правда решили перед отъездом, "посетить" пустые дома. Но ганюки Горстана, быстро указали им на выезд из деревни.

- Ярик, сколько кузнец задолжал вам за уголь?

- Вы что Светлоликая Бадира, Кузьма никогда в долг не жил. Это я так, для красного словца, уж больно ушлая эта баба. Жаль что вы печать Кузьмы не смогли забрать. Она ему ещё от батьки досталась. - Вы это имеете ввиду? - Она достала из мешочка круглую плашку на удлиненной ручке с гравировкой оскалившегося волка, и показала Ярику. - Да она самая, там ещё грамота на продажу была.

- Разрешение на торговлю, тоже имеется. Шах-Суран нашел их под наковальней.

- Ну вот и славненько, значить кузница с печатью попали в хорошие руки. -

Горстан получил свои пятьдесят бонов за посредничество. Пока его ганюки помогали загрузить телеги и разобрать стены кузницы. Он рассказал что ещё стоящего осталось в деревне. Мародёрством Бадира заниматься не собиралась, поэтому распрощавшись с Чучей, они уехали. Горстан проводил Бадиру и послал ганюков прошерстить каждый угол, и вывезти всё что пригодно для продажи и проживания, даже если это деревянные черпаки.

________

-Бадира, посмотрите какая красота. - Фрея, с трепетом размотала рулон голубого шелка, на котором красовались нежно розовые пионы. - Таша и Санни настоящие мастерицы, они наносят рисунки как вы и велели "один в один". - Чудесно, девушки, да вы настоящие волшебницы! - Северина восторженно оценила работу. Девушки оказались настоящим сокровищем. Они не только повторяли рисунок один в один, но и сделали цветы живыми. Даже капельки воды, на лепестках, трудно было отличить от настоящих. В первый её визит в город, она тщательно изучила местную женскую моду. Шляпки, мягкие корсеты, длинные юбки, блузки с милыми бантиками, жакеты и полуботинки на низком каблуке. Викторианской моде не хватало немного красок, и фантазии.

Две молодые художницы, скромно стояли в стороне и наблюдали за странной Бадирой. Она не приказывала, не капризничала и не кричала, как другие Светлоликие Бадиры. Мало того, она отказалась от гур и сделала их своими помощницами по хозяйству. Только настойчивая Мариса, продолжает служить ей по своей воле, и следит за всем и каждым зорким взглядом. Ни каждая Бадира осмелилась бы, поселить на своих землях Светлоногих, но Северина- Стафория пожалела каких-то ганюков, и дала им дома и работу. Каждое утро, она обязательно интересовалась, всё ли в порядке, и могла зайти в любой дом проверить запасы. Она не разрешала экономить на еде. Если чего-то не хватало, приходили её помощницы и ругались за то, что боялись лишний раз попросить. Одна женщина из ганюков, приболела, и её муж не смог приготовить обед. Откуда узнала об этом Бадира, неизвестно. Она зашла в дом, вслед за ней пришли её помощницы с готовой едой. Пока они накрывали на стол и кормили детей, Бадира распахнула окна и впустила Махунов - лекарей. На следующее утро, в знак благодарности за помощь, женщина напекла пирогов. Бадира, велела собраться всем детям и женщинам для обеденного чая. Вот и сейчас, первым делом, она спросила всем ли мы довольны и нравится ли нашим мужьям работать в мебельной мастерской? Мастер Михай, отец Рикки, одной из помощниц Бадиры, как только узнал что они занимаются резьбой по дереву, велел им на следующей день, выходить на работу. А несколько дней назад, они ездили в Трэк и привезли пять груженных до верху телег, с брёвнами....

- Девушки. Таша, Санни? - Северина подошла к задумчивым девушкам.

- Простите нас Бадира, мы просто задумались.

- Рассказывайте, что у вас случилось? Фрея, распорядитесь приготовить нам чаю, а мы пока побеседуем. Вас что-то беспокоит, я права? - Спросила Бадира. - Нет, да, мы хотели поблагодарить вас, за кров, еду, и за предоставленную возможность заниматься любимым делом. За то что вы не побоялись, приютить всех нас. Не побоялись что ганюки, могут запятнать ваше имя, своим присутствием.

- Девушки, вас ведь не это беспокоит.

- Бадира, не откажитесь ли вы от нас, когда мы перестанем быть полезными? - Таша наконец спросила, то, что их беспокоило больше всего, и зажмурила глаза. Северина громко рассмеялась. - Ух, ну вы даёте. Я ненароком подумала, что вы услышали песнь младенцев и собираетесь сообщить мне об этом. Нельзя же пугать с таким выражением лица, как у тебя Таша.

- Бадира, мы каждый вечер перед сном, обсуждаем это с нашими мужьями.

- Так, слушай мою команду. Такие мастерицы как вы, мне понадобятся ещё очень много лет. Возможно после того, как женятся ваши внуки, я ещё подумаю, стоит ли вас отпускать? Тоже самое, касается ваших мужей и других семей ганюков. Вы думаете я не знаю или не вижу, как вы все стараетесь быть полезными и хватаетесь за самую тяжёлую работу? Как вы просыпаетесь раньше всех, и идёте отдыхать уже после того, как все давно спят? Ответьте мне на вопрос. Вы за все эти дни, видели как я заставляю людей работать до потери сил?

- Нет, Бадира.

- Может вы видели что я кого-то наказала и выгнала?

- Нет, что вы? Люди счастливы.

- Тогда может кто-то из них, пытается вас унизить, и относится неподобающим образом?

- Да как можно? Наоборот, жителям без разницы, что мы безродные ганюки. Все относятся к нам с уважением.

- Тогда откуда взялся ваш страх? Предупрежу сразу, ганюками вы были до тех пор, пока не ступили на земли Тюр_Уайт. Так откуда ваши сомнения и страх?

- Простите, просто мы не подумали и сказали то, что на уме.

- То-то же, перед сном не думы думать нужно, а заниматься тем, чем обычно занимаются молодожёны. Но я вам ничего такого не говорила.