Выжигаю имена в сердце своем (СИ) - Надежда Светлая

сострадания к Яну, судьба которого была как будто бы давно предопределена и, увы, не в его пользу.

Помахав правой рукой и тем самым привлекая внимание девушки, Ян нежно улыбнулся, силясь смахнуть виноватое выражение с лица Едвиги. Хотя прекрасно осознавал, что, если кому и нужна была сейчас помощь, так скорее ему самому.

— На улице прекрасная погода. Будет обидно, если свой первый день в столице я проведу в четырёх стенах. Поэтому не соизволите ли вы оказать мне честь показать достопримечательности старинного города Пансо?

Даже если она знала, что помощь кошки мышке выглядит жалко, Едвига ничего не могла с собой поделать. Желание быть обманутой собственными иллюзиями перевесило чашу весов.

— С удовольствием, мистер Башазаг, — улыбнулась наследница семейства Рут.

Глава 4

В течение недели с подачи Едвиги Ян изучил краткий курс истории возникновения Древногора. Ни один город не был идеален с самого начала. И Древногор не стал исключением. На его становление, изменение и доработку ушло значительное количество времени, как и руды, угля и других минеральных ресурсов. Но одними ресурсами дело не ограничилось.

Гордыня, жадность, решительность и авантюризм ушедших и приходивших им на смену людей оставили свой отпечаток на западной столице. В избытке было совершено набегов на только сформировавшееся поселение, что не был в состоянии собственными силами защитить своих первых жителей. Немало мародёрств пережили стены города, страдая от безучастности и бессилия городских общин, но горцы не сдавались, и сумели заявить о себе миру, достроив новую ячейку Пансо — Древнегор, что стал новой столицей западного государства.

— Об истории этого загадочного города можно говорить вечно, согласен? Как найдётся время, дома подберу тебе интересные книги об известных деятелях Древногора, — длинное муслиновое платье слегка колыхалось в такт быстрым шагам девушки, — но это потом. Надо спешить. Фестиваль вот-вот начнётся. В лавку По Сона мы должны попасть первыми.

Чем ближе к центру города, тем всё больше людей останавливалось возле гружёных разнообразными товарами повозок, чем и пользовались услужливые продавцы, охотно предлагая им прикоснуться к своим творениям.

Снующие вокруг люди превратились в сплошной стремительный, многоликий и многоголосый поток, так спешили они рассмотреть каждый уголок выставки, чтобы потом дома было, о чём рассказать. На скамейках сидели почтенные старики, неспешно вдыхая сладкий аромат цветов. Родители же, взяв на прогулку заскучавших детей, раскупали в местных пекарнях свежие кремовые булочки, покрытые глянцевой глазурью и посыпанные лесными орешками. Уличные музыканты трубили в фанфары, возвещая о начале фестиваля. Город тут же накрыл гулкий рокот оваций и посвистываний. Ярмарка началась.

Арендованные магазинчики радушно открывали свои двери перед толпами ломящихся покупателей, обезумевших от редкости и красоты драгоценных изделий. Однако даже боязнь того, что хлипкие двери не устоят под напором страждущих и слетят с петель, не останавливала торговцев, и они продолжали зазывать народ в свои лавки, чтобы втридорога продать очередную безделушку.

— Не время разглядывать обезумевших от счастья людей. Настоящее произведение ждёт впереди, — схватив Яна за руку, Едвига энергично протискивалась сквозь нескончаемую толпу зевак. — Три поворота, и мы у цели.

За очередным углом показалось непримечательное на вид одноэтажное здание. Обшарпанная черепица, треснутое окно и чахлые лозы винограда. В отличие от владельцев других магазинов, сверкающих чистотой и благоухающих парфюмерией, хозяин этой лавки явно не выказывал никакой предпринимательской жилки или желания обогатиться за счёт покупателей. Либо же был крайне уверен в своём товаре.

Открыв на удивление прочную дверь, молодые люди погрузились в полумрак, который своими тёмными очами всматривался во впервые пришедших гостей. На секунду стушевавшись, они всё же переступили порог магазина. В нос сразу же ударил запах диких трав и миндальной эссенции. Увесистые мешки с чёрным и красным перцем, тмином и другими приправами были кучами разбросаны по углам комнат. Витающие в воздухе ароматы душицы и кукурузного масла напоминали о родном доме, где жизнь не останавливалась ни на секунду.

Пока Ян озирался по сторонам, подмечая детали таинственного магазина, Едвига подошла к двери на склад и постучала по ней девять раз, делая короткие паузы, увеличивая или уменьшая силу стука. За дверью послышались недовольные возгласы и ленивое шарканье ног. А затем скрипучий голос певуче затянул старинную сказку:

Солнце взошло, ребёнок, проснись,

Время пришло облакам разойтись.

Вечный огонь в печах разгорись,

Первые станы в округе зажглись.

Едвига быстро поймала мотив, продолжив старо-берьякский сказ:

Издавна рыцари верно клялись:

От ига сна злого освободись,

Мужества древне сказанье свершить наберись,

Пред златой эпохой смиренно склонись.

Стоило последним строчкам слететь с её губ, как дверь со скрипом отворилась. На пороге стоял старик с чёрной кожаной повязкой на правом глазу и прогулочной тростью в левой руке. Он приветствовал гостей, склонившись в уважительном поклоне. Раздражённый голос старца смягчился.

— Досточтимые гости, добро пожаловать в скромную лавку По Сона. Прежде чем перейти к делу, могу ли я узнать ваши имена?

— Я представляю семейство Рут, а это близкий друг нашей семьи.

— Едвига Рут, рад встрече. Ваша мать ручалась, что вы придёте на ярмарку с чисто научным интересом. Будучи выходцем из семьи учёных, не могу не похвалить ваше стремление к познанию. Буду рад лично вас сопроводить.

Аккуратно взяв руку девушки, старик оставил на ней лёгкий поцелуй. Обратив внимание на вопросительное выражение лиц юноши и девушки, охранник стушевался.

— Простите мою невоспитанность. Совсем забылся. Меня зовут Рилинд Азъюл. Надеюсь, моё неподобающее поведение не изменило вашего мнения о наших скромных владениях, — прокашлявшись и сделав глубокий вдох, старик неспешно спускался вниз по узкой лестнице вглубь маленького строения. — Мы стараемся особо не распространяться о временном штабе, чтобы местные крысы не сбежались на запах сыра.

От манеры речи, что во мгновение сменилась с уважительно-подобострастной на мрачно-загадочную, в уме возникло только больше вопросов. Хоть Ян понимал, что обращались не к нему, никто не знал, когда напускное радушие обернётся стрелами в спину.

— Должен признаться, довольно тяжёлое занятие. Каждый раз, когда становится известно о нашем местонахождении, нам приходится спешно менять локацию и перевозить нелёгкого веса грузы. К сожалению, в случае необходимости транспортировки от некоторых