Майкл Стэкпол - Глаза из серебра

Малачи уголком глаза заметил, что по Досту сделан второй выстрел. Он повернулся лицом к Гелору, собираясь встать между городом и Достом, но к упавшему гиганту метнулся Таран Кролика. Произнеся заклинание, Малачи выпустил когти на правой передней лапе и ударил доспех. Кролик парировал удар щитом, раскрывшимся, как веер, на его правом переднем копыте, но все же ему пришлось остановиться.

Щит на копыте Тарана раскрылся и превратился в изогнутое, острое, как бритва, продолжение копыта. Кролик оперся на левое заднее копыто и опять накинулся на Волка. Малачи уклонился и избежал режущего удара в живот, затем использовал левую переднюю лапу. Магия преобразовала ее в круглый щит, краем которого Малачи зацепил Таран Кролика сзади за правый локоть. Полетели искры, зазвенел металл. Кролик, спотыкаясь, отступал, придерживая руку, но держался прямо и ничем не давал понять, что готов сдаться.

Малачи была отчетливо видна суета на городской стене, и он понял, что арбалет готов сделать еще один выстрел по Досту. Жрец Волка поискал в своем запасе заклинание, которым было бы можно поразить арбалет, но ничего пригодного не всплыло. Не зная, какая угроза для Доста опаснее, Малачи был вынужден замедлить движения.

Таран Кролика ринулся вперед и ударил Волка головой прямо в грудь. Удар был таким сильным, что у него в груди загудело, и боль от ребер пронзила все тело. Он почувствовал, что сбит с ног и падает, но не успел произнести никакого заклинания, как рухнул наземь. Волк приземлился на спину и перевернулся через голову. Искры посыпались из глаз Малачи, мир вихрем закружился вокруг него. Мельком он заметил, что Кролик снова наклоняется над ним, и тут голова Волка врезалась в землю. У Малачи Кидда потемнело в глазах.

Шакри Аван слышал, как его охрана внизу, под ним, сражается со жрецами Волка, но не обращал внимания: он пристраивал на арбалет вторую железную стрелу. На равнине дрались Волк и Таран, да и все вокруг него дрались, но он был выше этого. Он – Дост. Его предназначение – править империей. У его ног под стеной умирал Рафиг Хает, а его собственный сын, это отвратительное существо, умирал там, на равнине. «Прикончи его, и все начнется снова!» Шакри Аван смотрел сквозь сгущающиеся сумерки на золотую спину лежащего человека.

– Все точно по предсказанию!

Вдруг на своей спине он почувствовал тяжесть. Из-за левого плеча высунулась скользкая от крови рука и схватила его за горло. Рука повернула его лицо направо, к его щеке прижимался щекой Рафиг Хает.

– Луну видишь, Шакри Аван?

Шакри Аван засмеялся, услышав, какая боль звучит в голосе противника. Он двинул назад локтем правой руки, попал Рафигу по ребрам и почувствовал, что хватка умирающего слабеет.

– Конечно, это полная луна, под которой ты умрешь.

– Это луна, под которой я решил умереть, – дыхание со свистом вырвалось через сжатые зубы Рафига.

– Исса ханак.

Из-за луны вылетела звезда и полетела к земле, оставляя на сумеречном небе огненный след. Наталия увидела, как по небу движется какое-то темное тело, но подумала, что это ей мерещится. Однако, когда пятно ненадолго заслонило луну и полетело дальше, она поняла, что это и закричала:

– Робин, «Сант-Майкл» прилетел!

Оповещая о своем прибытии, воздушный корабль дал залп по батареям крайинцев. Взорвались еще оставшиеся целыми котлы, выбросив в воздух пар и пламя. Щиты – металлические и деревянные, – защищавшие пушки, были разбиты вдребезги. На том месте, где были пушки, теперь остались тлеющие угли, которые освещали красным светом сражавшихся на равнине Вандари и Осдари.

Малачи потряс головой и подтянул к подбородку ноги своего доспеха. В поле его зрения медленно возник Таран Кролика. Изо всей силы Малачи наносил удары обеими лапами вверх и в стороны и наконец отбросил Таран в сторону. Земля задрожала, когда Кролик всей своей тяжестью рухнул и покатился по земле. И эта дрожь передалась Малачи. Он перекатился на правый бок и поднялся, повернувшись лицом к Тарану.

Он ориентировался по движению воздуха от перемещений Вандари. Таран поднялся в вертикальное положение, и Малачи увидел Григория в виде трехмерной матрицы, которая показала Малачи сведения о скорости, направлении и размерах противника. Он услышал, как свистит ветер в рогах Тарана, и почувствовал, как изменилось давление от того, что левое переднее копыто Тарана выпустило такой же набор лезвий, как на правом.

В сознании Малачи мелькнули эти и тысячи других сведений, но они его не удивили. На подсознательном уровне он годами наблюдал подобные ситуации.

Я последние двенадцать лет готовился именно к этому моменту. – Малачи улыбнулся. – Ты направил меня по этому пути, Григорий Кролик. Ты сам создал детище своего уничтожения».

Долк присел, уклоняясь от удара в шею, и пропустил Тарана мимо себя. Он развернулся быстрее, чем можно ожидать от такой огромной махины, и обеими передними лапами врезал Тарану по спине. От толчка Григорий пролетел вперед. Своими рогами он пропахал две параллельные борозды в каменистой земле. Зацепившись одним рогом, Таран опрокинулся на спину. Калачи улыбнулся. «Дост ведь говорил, что пришло время моего исцеления и неплохо начать его с мести Кролику». Кролик перекувырнулся и вскочил на ноги. Он снова вернулся лицом к Волку, один рог его был согнут, и он стал заметно осторожнее. При приближении Кролика у Малачи затуманилось зрение. Инстинктивно он переместился вправо, но не сумел уклониться от нападения Тарана. Лезвия наискось рассекли грудь Волка. Малачи вскипел от боли и выбросил вперед левый кулак, сильно ударил Тарана и заставив его отступить на шаг. Григорий взмахнул копытом, и попал по правому колену Волка, и теперь уже илбириец захромал назад. Малачи оказался как бы за темным пологом, полностью отсекающим от него врага. «Что происходит?»

Неожиданный удар Тарана отшвырнул его назад, попытался снова перекатиться и вскочить на ноги, после третьего удара по голове Кидд упал на спину, ары сыпались попеременно то на спину, то на грудь Волка, и Малачи почувствовал на губах привкус собственной крови.

«Ничего не понимаю! Почему доспех не срабатывает?» Таран навис над ним:

– Никогда ты не мог со мной сравниться. Ты разбит, как в Глого. Сейчас Дост умрет, потом умрет Гелор.

– Ты не можешь так поступить, Григорий. Крайинец рассмеялся:

– А тебе не остановить меня, Малачи.

Жрец Волка зарычал и попытался заставить свой доспех подняться, но не сработало даже заклинание передвижения.

«Неудача. Столько добирался, столько времени потратил, и впустую. Дост умрет. Разве Ты предназначил мне это, Господи?»