Кэтрин Куртц - Хроники Дерини

Венцит помолчал, прищурился и заговорил, выделяя каждое слово:

— Если у вас есть какие-то предубеждения против колдовства, скажите об этом сейчас, пока еще не поздно и пока вы не увязли слишком глубоко. Как вы знаете, я занимаюсь магией постоянно и весьма серьезно. Возможно, союз со мной противоречит вашим религиозным убеждениям? Да и курия ваша этого не поймет. Это вас беспокоит?

Хотя выражение лица Брэна не изменилось, было ясно, что его искуситель задел чувствительную струну. Кроме того, Брэн не мог скрыть своего интереса к предмету, который Венцит прятал в кулаке. С трудом заставив себя отвести глаза от его ладоней, он вновь посмотрел в лицо торентскому королю.

— Не боюсь я гвиннедской курии, сэр, — осторожно начал Брэн. — А что до магии, для меня это чисто академический вопрос. Магия — всего лишь сила, сила, присущая определенным людям. Я к ней никакого отношения не имею.

— А хотели бы?

— Простите, сэр? — Брэн побледнел.

— Хотели бы владеть магией? — повторил Венцит. — Вам было бы приятно пользоваться этой силой самому?

Брэн с трудом проглотил слюну, но нашел в себе силы ответить спокойно:

— Я только человек, в нашем роду не было Дерини, и я не задумывался ни о чем таком… Хотя, будь у меня возможность, я бы ни минуты не сомневался… Ни в ад, ни в загробные муки я не верю.

— Я тоже, — улыбнулся Венцит. — Допустим, я скажу вам, что в вас есть кровь Дерини и что я могу это доказать.

Глаза Брэна расширились, от потрясения, он потерял дар речи. События складывались так, что герцог Марлийский вот-вот мог превратиться из врага в вассала.

— Вы испугались, Брэн? — продолжал Венцит тем же небрежным тоном. — У вас даже рот открылся от неожиданности.

Брэн закрыл рот и выпрямился. Проглотив комок в горле, он произнес:

— Я просто удивился, а не испугался, милорд. Вы… вы не шутите со мной?

— Предположим, мы выясним… — начал Венцит, довольно улыбаясь: он заметил, как изменился тон Брэна.

— Что, милорд?

— Есть в вас кровь Дерини или нет, — закончил Венцит. — Если да, будет немного проще дать вам силы, необходимые для нашего плодотворного союза. А если нет…

— А если нет? — тихо проговорил Брэн.

— Думаю, говорить об этом пока не стоит! — сказал Венцит.

Он подался вперед, оставаясь сидеть в кресле, и разжал кулак. В ладони лежал большой янтарь на золотой цепочке. Он был гладко отполирован и, казалось, светился изнутри.

— Это широкий кристалл, или ширал, Брэн, — тихо произнес Венцит. — Ширал давно известен в оккультных кругах из-за особой чувствительности к энергии, излучаемой Дерини. Смотрите, когда я держу его в руке, он светится. Любому Дерини достаточно немного сосредоточиться, чтобы кристалл вот так ожил, — Он посмотрел на Брэна. — Снимите перчатки.

Брэн мгновение колебался, затем, нервно сжав губы, стянул перчатку с правой руки. Венцит держал цепочку за самый конец, поднося кристалл к ладони Брэна; через мгновение тот почувствовал холодное прикосновение камня к коже и вздрогнул. Когда Венцит отпустил цепочку, свет в янтаре померк и пропал. Брэн с немым вопросом поднял на Венцита глаза.

— Не обращайте внимания. Теперь прошу вас закрыть глаза и сосредоточиться на кристалле. Представьте себе, что тепло из вашей руки переходит в камень и, согревая его, заставляет светиться. Вообразите, как свет собирается в кристалле, как он насыщается вашей энергией,

Брэн старательно делал все, что от него требовали, а Венцит внимательно следил за мертвым кристаллом, лежавшим в его ладони. Шло время, но ничего не менялось, и Венцит уже нахмурился, как вдруг янтарь ожил, начал слабо светиться, Венцит задумчиво сжал губы и коснулся руки Брэна. Тот вздрогнул, открыл глаза и увидел, что кристалл светится. Янтарь снова исчез в ладони Венцита.

— Он светился! — восхищенно прошептал Брэн.

— Да. Но это еще не значит, что вы — настоящий Дерини. — Глядя Брэну в лицо, Венцит улыбнулся, понимая, что сейчас навсегда завладел этим человеком, — Не огорчайтесь. Вы можете овладеть силами Дерини во всей полноте, как это удавалось людям древности, скажем, времен Реставрации. Возможно, так оно и лучше. Вам предстоит научиться тому, что Дерини получают от рождения. Людям достаточно волевым это обычно по силам, они легко обучаются всему.

— Что это значит?

Венцит медленно встал, держа широкий кристалл за цепочку.

— Это значит, что следующим шагом станет чтение ваших мыслей. Я должен изучить ваши возможности, чтобы понять, каким образом лучше передать вам наше могущество. Не хочу сейчас затруднять вас подробностями. Короли Гвиннеда проделывают это из поколения в поколение, так что ничего опасного в этом нет. Вы можете остаться здесь на ночь?

— Я не собирался, но…

— Но по здравом размышлении останетесь, — окончил за него Венцит и многозначительно улыбнулся. Обойдя стол, он присел на его край, слева от Брэна, — Я отошлю назад капитана, чтобы он успокоил ваших людей. К сожалению, вы вывели из строя моих; мой зять, герцог Лионель, получил от меня силы Дерини так же, как вскоре получите вы, и если бы вы его не усыпили, я мог бы передать сообщение через него. Но теперь он будет не в себе еще несколько дней, пока не кончится действие зелья. Что ж, такова иногда цена, которую приходится платить за наше могущество, и он это знает. Сядьте удобно и расслабьтесь, пожалуйста.

— Ч-что вы собираетесь делать? — растерянно прошептал Брэн, от удивления вовсе потерявший способность следить за логической нитью разговора.

— Ну я же сказал вам: прочесть мысли. — Венцит повел рукой, и камень стал медленно раскачиваться перед глазами Брэна. — Так садитесь же удобнее и расслабьтесь. Если вы будете напряжены, у вас разболится голова. Не противьтесь, и нам обоим будет легче.

Брэн тревожно зашевелился в кресле, как будто хотел что-то возразить. Венцит нахмурился, его лицо стало суровым; он холодно произнес:

— Послушайте же, граф Марлийский! Если мы отныне союзники, не худо бы кое в чем доверять мне. Сейчас это как раз необходимо. Не заставляйте меня применить силу!

Брэн глубоко вздохнул.

— Простите. Что я должен делать?

Заметно смягчившись, Венцит вновь стал раскачивать янтарь, другой рукой мягко толкнув голову Брэна на спинку кресла.

— Расслабьтесь и доверьтесь мне. Смотрите на кристалл. Смотрите и слушайте мой голос. Смотрите, как кристалл раскачивается, туда-сюда, туда-сюда, и ваши веки становятся тяжелыми — такими тяжелыми, что вам хочется закрыть глаза. Закройте их. Вас охватывает чувство покоя, вы не можете пошевелиться. Представьте себе темную ночную комнату: темные стены, темная дверь. А теперь эта дверь приоткрылась и за ней — холодный-холодный мрак…