Маркус Хайц - Стражи земель. Доспехи демона

Бешеный представил себе ловушку для эльфа с листиком салата внутри и ухмыльнулся.

На землях, по которым двигался отряд, уже побывали повстанцы.

Замки и поместья были охвачены пламенем, на перекрестках покачивались висельники — мужчины и женщины. Тела были обнажены, на них виднелись следы пыток. У некоторых к ногам были привязаны таблички со списками преступлений.

— Простой народ в Гаурагаре оказался скор на расправу, — заметил Родарио.

— Я понимаю местных жителей, — ответила Малления.

— Наверное, сейчас такое можно увидеть не только здесь. Пламя народной ярости охватило и Идомор, и мою страну.

Тунгдил не обращал на трупы никакого внимания. Зрелище не вызывало у него отвращения.

— Огонь отмщения очищает, но нельзя позволить ему превратиться в пожар, иначе все погрузится в хаос. Нужно поскорее восстановить порядок.

— Именно этим мы и занимаемся. — Боиндил рассмеялся. — Поймаем Лот Ионана, засыплем Черное Ущелье, вот и все. Увидите, дней через шестьдесят все закончится.

Слин и Балиндар улыбнулись, люди хмыкнули. Жадары, как и всегда, остались невозмутимыми.

Отряд менял лошадей, как только те уставали, и хотя гномы не очень-то хорошо смотрелись на спинах крупных животных, зато передвигались намного быстрее, чем на пони. Все гномы — кроме Тунгдила — ругались и клялись, что по выполнении задания больше никогда не сядут в седло.

Вскоре стало понятно, что они добрались до Дзон-Бальзура, самого старого из альвийских королевств. Именно отсюда альвы перебрались на восток.

Отряд проезжал мимо омерзительных скульптур из костей, мимо засохших деревьев и других предметов, напоминавших о смерти. Во всем была какая-то извращенная красота, но людей она пугала. Впрочем, альвам нельзя было отказать во вкусе.

Конечно, первым дым заметил Тунгдил.

— Дзон горит. — Он указал на север.

Теперь и остальные это увидели.

— Я думал, это грозовая туча, — протянул Родарио.

— Лот Ионан решил серьезно подойти к вопросу разрушения. — Боиндил уже видел раскинувшийся вдалеке кратер. — Интересно, сколько черноглазых он убил?

— Я предпочел бы, чтобы он расправился со всеми. — Седьмой чувствовал, как в нем растет страх.

Никто не знал в точности, как победить могущественного мага. Четкого плана не было, существовала лишь общая идея: Тунгдил и Балиндар отвлекут Лот Ионана, Койра повергнет его. Остальная часть группы придет на помощь, если что. «Остальная часть группы… — подумалось Родарио. — Это я и Малления». На самом деле были еще жадары. Они подчинялись Тунгдилу и, скорее всего, отважатся напасть на мага. Незримые не боялись смерти.

— Как думаешь, что нам предстоит сделать? — спросил у Идо Седьмой.

Девушка с задумчивым видом ехала рядом с лицедеем.

— Все зависит от того, помогут ли нам Враккас и Самузин. — Ветер трепал ее волосы, собранные в хвост. — Предводитель приказал держаться в стороне, и, хотя мне сложно принять его решение, я понимаю, почему это необходимо. Мы оба, Родарио, будем бесполезны в бою с магом уровня Лот Ионана.

Седьмой поморщился.

— Не похоже, чтобы Эфатону удалось победить его.

Идо посмотрела на кратер, зиявший в полутора милях отсюда. Альвов видно не было.

— Не похоже. Возможно, король альвов пал в схватке с магом?

Тунгдил указал вперед.

— Мы подъедем к краю и посмотрим, что творится в Дзоне, — приказал он.

Лошади потрусили к обрыву и замерли у края.

Этот Дзон явно отличался от города альвов на севере. Костяную башню, когда-то возвышавшуюся на холме, сменила башня из темного базальта. В камне виднелись прожилки золота, серебра и других благородных металлов, и казалось, что здание высасывает злобу здешних земель, подпитываясь ею.

И это было единственное целое строение на дне кратера.

— Во имя Враккаса! Кто-то тут постарался! — Боиндил удивленно смотрел на горящие дома альвов.

Пламя было ярко-белым, оно быстро пожирало город.

Гном вытащил из седельной сумки подзорную трубу, намереваясь повнимательнее рассмотреть царившее там инферно и описать его тем, у кого трубы не было.

— Войти туда невозможно, — громко заявил Бешеный. — Огонь достигает нескольких метров в высоту, земля покрыта расплавленным кипящим металлом. Пока все это остынет, пройдет несколько дней. Если мы спустимся сейчас, то поджаримся что зайцы на вертеле.

Ветер переменился. Облако дыма двинулось в сторону отряда, но, прежде чем клубы накрыли кратер, Боиндил успел заметить на площадке перед башней фигуру в бело-черной накидке. Маг сжимал в руке посох с ониксовым набалдашником.

— Лот Ионан! — крикнул гном, указывая пальцем в его сторону.

Бешеный увидел, как волшебник выпустил из оникса черную молнию, сразившую какого-то альва. Разряд попал несчастному в горло. Альву оторвало голову и подбросило ее на два метра в высоту. Подергиваясь, обезглавленное тело упало.

— Ты это видел, книгочей? — опасливо осведомился Боиндил.

— Что именно? — испуганно спросил Родарио.

— Лот Ионан только что оторвал альву голову. Заклинанием, — ответил Тунгдил.

Бешеный все еще всматривался в дым.

— Маг, может, умеет летать и потому выберется из пламени. Но вот как нам его заполучить?

Златорукий посмотрел на Койру. Чародейка кивнула.

— Балиндар пойдет с нами. Остальные пусть ждут здесь, — приказал Тунгдил. — Магия породила этот огонь, магия его и укротит.

Он направил лошадь вниз по серпантину. Пятый и волшебница последовали за Верховным. Все понимали, что другого выхода нет.

Отряд видел, как трое храбрецов спускаются, петляя по узкой тропинке.

— Мне это не нравится, — пробормотал Слин.

— Мне тоже. — Седьмой волновался за Койру. — У кого-нибудь есть предложения, как скоротать время ожидания?

Малления, ухмыльнувшись, уже открыла рот, собираясь отпустить язвительное замечание, но осеклась. Девушка закашлялась, у нее на губах выступила кровь. Идо вывалилась из седла и ударилась о землю. Из ее спины торчала альвийская стрела!

— Спешиться! — крикнул Боиндил, спрыгивая с коня.

Краем глаза он заметил, как в круп лошади Родарио вонзилась еще одна стрела. От боли животное подалось вперед и… перевалилось через край обрыва. С Седьмым в седле!

Странно, но Бешеному подумалось, что у стрелка есть чувство юмора. В какой-то степени даже гномье чувство юмора.

Балиндар закрыл платком лицо, защищаясь от дыма. Выходит, эта тряпица полезна не только в пустыне, когда приходится спасаться от песчаных бурь.