Светлана Жданова - Невеста Демона. (Дилогия)

"Помнится, он тебе тоже нравился. Так чего ты теперь от меня хочешь? Я-то от него вообще без ума".

"Вот- вот".

Состроив своему отражению в зеркале гримасу, я одела чистые кожаные бриджи, черную рубашку с синей вышивкой по объемному вороту, поручи и жилет, под тканью которых пряталась тончайшая кольчужная сетка, способная выдержать прямой удар меча. Ноги я засунула в любимые эльфийские сапожки. Расчесав и сдобрив волосы особой мазью, я заплела на висках две косички и закрепила их на затылке одной из своих трофейных заколок с вставленной в нее синей розой. То, что осталось, упало к лопаткам гладким шелком. Пришлось перераспределить амулеты, одев браслет с щитом на предплечье, а паучка вообще определив в карман. Покрутившись у зеркала, я пришла к выводу, что хороша сегодня, как никогда.

Как же все-таки красит женщину близость любимого мужчины!

Но в кухне крутилась только Марфа.

- Проснулась, Танюша. Садись вот сюда, покушай. Ой, какая ты красавица.

- А где все? - поинтересовалась я, усаживаясь за стол и притягивая к себе кружку с настоем.

- Детки во дворе бегают, мужу твоему мешают. А он дров на зиму мне наколоть вызвался. Как спозаранку проснулся, все что-то делает. Крышу мне залатал, забор поправил, наличники да ставни починил. И все ладно так у него получается. Детей опять же не гонит, а к делу приставляет. Говорит - пусть учатся. Хороший он у тебя, деловитый.

- Хороший, - согласилась я, сворачивая блин, смазанный маслом и медом. - Только он мне не муж.

- Ну да. Я же совсем забыла, что ты магичка.

Я поперхнулась и удивленно уставилась на Марфу, лепящую мои любимые пельмени. Заметив мое недоумение, она пояснила:

- Вам же не обязательно замуж выходить. Это нам, деревенским, если не девицей под венец пошла, на всю округу слава. По гроб гулящей звать будут.

Капли жирного масла и липкого меда пропитали уж весь ворот, и только тогда я обратила внимание на плачевное состояние своего наряда. Закрыв рот и отложив надкушенный блин, я убрала пятна с помощью магии.

- Не знаю, о чем вы подумали, но мы с Данте просто друзья. Как бы это объяснить? - на мгновенье задумалась я. - Он брат моего жениха.

- Ну, не знаю… - вздохнула женщина. - То, как вы смотрите друг на друга, мало вяжется с твоими словами, девочка. Ты же с него глаз не сводишь. А он с тебя.

- Я не свожу, потому что любоваться этим рогатым чудом можно до бесконечности. - И с чего оправдываюсь? - Асуры все такие хорошенькие. А он… если со мной что случится, ему братья такое устроят, мой женишок уж подавно. Со мной ведь надо держать ухо востро, и отвернуться не успеешь - я уже в новую авантюру вляпалась.

- Как знаешь. Можешь, конечно, продолжать тешить себя такими мыслями. Только как дальше жить будешь, если за его брата замуж собралась? Видишь ты это или нет, но он любит тебя.

- С чего вы взяли? - Сердце пропускало уже который удар.

- В глазах у него это появляется, стоит тебе отвернуться. Такой же дуралей, как и ты.

- Лучше бы вам это показалось, Марфа. - Я опустила голову на сложенные на столе руки. - Ведь ничего хорошего из этого не получится. Сейчас мой выбор хотя бы очевиден. Ну как я могла так умудриться? Любить двоих - это же просто абсурд. Но я люблю.

Проглотив ком в горле, я потерла руками лицо, призывая себя к порядку. Нечего плакать.

"Феникс", - позвала я единственного, кто меня понимал.

"Терпи", - отозвался он.

Встав, я отправилась на розыск своего пропавшего друга. Только друга.

Выглянув из-за угла дома, я прикрыла рот рукой, так захотелось рассмеяться. Данте весело покрошил в щепки, наверное, пол-леса, а теперь складывал все это у стенки сарая. Но не это вызвало у меня приступ истерии, а то, как он раздраженно махал хвостом под откровенными взглядами пяти молоденьких девиц, следивших за ним с той стороны забора. О, как я их понимала, демон был оглушительно хорош. В одних только брюках и заляпанных грязью сапогах, с растрепанной ярко-синей шевелюрой и провокационной дорожкой коротких темных волосков по позвоночнику.

- Чертенок, ты снова развлекаешь местных дам?

Данте обернулся и окинул меня оценивающим взглядом. Потом ухмыльнулся, показав самые кончики клыков.

- Проснулась, наконец.

- Тебя тоже с добрым утром.

- У кого утро, а кому полдень. - Уложив последнее полено, он нарочито медленно подошел ко мне и подхватил на руки, так что мои колени упирались ему в живот, а руки сами собой легли на сильные плечи. - Ну, готова идти крушить новое королевство?

- Я - да. А ты - нет. Ну-ка посмотри на себя, чучело огородное. Куда я с тобой таким пойду. Что ты вообще здесь делаешь?

- Выполняю твое поручение, моя госпожа, - улыбнулся он. Хорошо не стою, иначе коленки бы подогнулись. - Ты хотела помочь Марфе. Я сделал, что мог.

- Только о бесплатном шоу для половины деревни речи не было, - кивнула я в сторону забора.

- Так пусть смотрят, жалко что ли.

- А русалкам было жалко?

- Эти рук не тянут. К тому же я их сразу предупредил, что со мной шибко злобная ведьма, обратившая меня, добра молодца, в черта рогатого. Ей в постели экзотики захотелось.

- Ах ты… зловредный бес. Рогатый извращенец. Клыкастый мерзавец.

Выслушав меня, асур ухмыльнулся и, раскрыв крылья, взлетел. Знал против чего устоять я не в силах.

Только вдоволь насладиться полетом нам не удалось. С высоты птичьего полета хорошо были видны вооруженные отряды, стягивавшие деревеньку в кольцо.

- Вот…!

Данте меня полностью поддерживал, поэтому резко упал вниз.

Первым делом надо было решить, как будем уходить. В том, что это за нами, мы не сомневались. В тиски деревню могла взять только регулярная армия, а значит, там и магов хватало. Смерив меня взглядом, Данте заявил, что отсиживаться и прятаться за стенами очень глупо, а вырваться будет слишком сложно - войска отлично знали, за чем и за кем шли. Значит, выход один - перебраться по воздуху.

- А вы еще и летать можете? - удивилась принявшая участие в сборах Марфа.

- О, Данте у нас и не такое может, - натянуто улыбнулась я.

Проходивший мимо демон на мгновение обнял меня и поцеловал в макушку.

- Я никому не позволю тебя обидеть. Не бойся, малышка.

- Десяток архимагов смогли поймать меня. А что могут сделать с нами два десятка? К тому же мне страшно за Марфу и детей. Власти могут обвинить ее в укрывательстве.