Елена Лобанова - Предел

— Вот, ты же говоришь «напугать», а зачем? — Светлый сражался с низкими ветками и собственными сомнениями. Он чувствовал, что недопонимает в плане Даэроса нечто весьма важное. Изображать живущую за Пределом Большую Общую Угрозу было для чего: это могло сплотить здешние народы и, по утверждению брата, утихомирить особенно ретивых заговорщиков во владениях Амалироса. Помочь за-Предельным Темным и обуздать тамошних орков — тоже замечательная и нужная задача. Но зачем изображать из себя сказочное зло живьем? — Даэр, так может достаточно просто рассказа? Про дракона или этого… всесильного кровососа? И где ты такие сказки читал?

— Про кровососов — это человеческие сказки. А теперь сползай с Айшака и пойдем не торопясь. Если мы выскочим из леса слишком быстро, то первые напуганные у тебя сразу появятся — Сульс и Расти. Дымом тянет, чувствуешь? Похоже, у нас будет ужин, если его еще не съели.

Первым занервничал стреноженный Пегаш. Расти, который уже почти привык к диковинным лесным звукам, не на шутку встревожился. Раньше конь никакого беспокойства не проявлял.

— Дядька Сульс! — Проныра растолкал спавшего перед ночным дежурством Оружейника. — Идет кто-то! Пегаш злится!

Сульс даже не успел толком проморгаться. Раздался дикий, но уже знакомый ему рев, и дробный топот. Из темноты вылетел Айшак, толкнул Пегаша с разбегу в плечо, куснул Чалого и успокоился. Стреноженные жеребцы храпели и неловким перескоком удалялись на другой край небольшого луга к меринам. Айшак передернул ушами и принялся за траву.

— Похоже, что Господа Принцы возвращаются. — Сульс вышел к огню. — Расти, подкинь дров. И чем это так пахнет?

— Я зайца в петлю изловил. — Проныра подкинул в самодельный очаг кусок трухлявого бревна и поправил котелок.

Даэрос и Нэрнис поразились изменениям, которые произошли на стоянке за время их отсутствия. Помимо очага, сложенного пусть и насухо, но из кирпичей, в самом полуразрушенном доме и рядом с ним кучами громоздилось различное добро.

— И где же вы столько насобирали? — Нэрнис взял из ближайшей кучи позеленевший медный котел и стал его осматривать. — Даэр, тебе не кажется это странным?

— Кажется. — Полутемный вместо того, чтобы накинуться на еду, ворошил соседнюю кучу. — Расти, твоя работа?

— Его, чья ж еще! — Сульс не ожидал, что это ни на что не годное старье так заинтересует эльфов. — Шарил он тут от нечего делать. А очаг я сложил!

Даэрос принес к очагу старый сапог, почти истлевшую тряпку и котел, который бросил Нэрнис.

— Ну, разведчик, докладывай: что искал, где искал, как искал и как глубоко находил? — Полутемный уселся у очага и подозвал Расти.

Проныра пока держался от эльфа подальше. Он еще не знал, как оценят его поиски. Может, эти вещи тоже нельзя было трогать. Но, похоже, остроухий и не собирался сердиться. Выходило, что он все сделал правильно. Расти уселся рядом с Полутемным и принялся докладывать.

Нэрниса больше интересовал недоваренный заяц. Сульс не отваживался ходить в лес за хворостом, и очаг топили тем, что осталось от старых построек. Дыма была много, а жара почти никакого. А выводы из рассказа Расти брат сделает и сам.

Даэрос внимательно выслушал, чем занимались люди в их отсутствие. На следующее утро, после того, как они ушли в лес, Сульс решил, что надо сложить очаг. Устраивать костер прямо на земле было неудобно — или сухая трава ночью загорится или дождем некстати зальет. Пока Оружейник ровнял площадку под очаг, Расти, по его заданию, искал остатки печей и очагов в разрушенных домах. В те, что еще сохранили хоть какие-то остатки стен, Сульс ходить не велел — завалит, отвечай потом перед господами. Искать Проныре нравилось, и когда он натаскал достаточно кирпичей, то отправился к примеченным развалинам в надежде найти там кое-что поинтереснее. Тот самый старый сапог подсказал ему, что не все еще истлело. Результаты своих поисков он приносил к их убежищу. Сульс осматривал каждый предмет и бросал в кучу: всё, что приносил Расти уже ни на что не годилось. Проныра, конечно, не послушался и облазил брошенную деревню везде, а не только там, где ему разрешили.

Нэрнис сообщил, что заяц готов, но Даэрос совсем утратил аппетит.

— Расти! — Полутемный укоризненно посмотрел на Проныру. — Ты же не старые тряпки искал, верно? Хватит прикидываться глупым, рассказывай, что нашел. Отбирать не буду. Возвращать найденное все равно некому.

— Вот! — Мальчишка полез за пазуху и вытащил тряпичный узелок. — Это с трех домов. Каких показывать?

Даэрос развязал узел и высыпал на землю монеты: кучка меди и две серебрушки. Даже для трех домов селян это были не такие уж и маленькие деньги. Серебряные его особенно заинтересовали. Он потер одну монету в пальцах, рассмотрел и сказал:

— Ну, примерно так я и думал. Давай, Разведчик, теперь показывай какой ты умный. Сразу догадался?

— А то! — Расти раздулся от гордости. — Сначала сапог попался, потом тряпки всякие, утварь старая. Сразу видно, что здешние все не ушли, а сбежали. Разве кто добро оставит, если обстоятельно собирается? А раз сбежали, стало быть, так страшно было, что могли чего и другое оставить. А я ж знаю, где ухоронки делают. По погребам в стенках, да в печах за вьюшками. Но из печки-то достать быстро можно. А в погребе стенки рушить долго. Так вот из погребов это.

Сульс посмотрел на монеты и возмутился:

— Я же говорил, что он и на ровном месте найдет, что украсть! Сразу надо было его по заброшенным деревням водить. Вон их сколько вдоль леса. Разбогатели бы!

— Нет. — Нэрнис решил, что не все же Даэросу демонстрировать свою сообразительность. У него, между прочим, тоже ум имелся. И он сразу понял, как только увидел котел, что этой вещи никак не семь сотен лет. — В других деревнях не разбогатели бы. Они были брошены очень давно. А эта, судя по бревнам — не слишком. Что скажешь про монету, Даэрос?

— Ей лет сто двадцать, судя по чеканке. Похоже, что люди ушли из этих мест лет сто назад. Не раньше. А точнее — их отсюда согнали. Я думаю, что местные селяне притерпелись к лесу и поняли, что ничего опасного в нем нет.

— Как нет?! — Сульс уже почти сочинил страшную историю про жутких лесных монстров, которые чуть не съели эльфов. — А что же там орет все время — то тише, то громче?

— Предел. — Полутемный нисколько не сомневался, что и Сульс и Расти горят желанием узнать, что делали в лесу плащеносцы, просто пока не лезут с расспросами. — В Пределе есть дыра. Лаз. Вот он и орет. Или, как говорит мой Светлый брат: стонет, потому что раненый. Плащеносцы сгрузили свое добро с плотов на волокуши, дошли до этого лаза и переправились на ту сторону. Мы с братом должны побывать во владениях здешних Темных, а потом снова уйти за Предел. Пелли пойдет с нами. Вы завтра утром отправитесь за ней в Руалон. Привезете нашу сестру в Дрешт и остановитесь на постоялом дворе. Пока будете нас ждать, по городу не разгуливайте, особенно втроем. И старайтесь не попадаться на глаза гномам — они вас уже видели. О Пределе никому не рассказывать. Пелли можете по дороге рассказать — и всё. А дальше… решайте сами. Или с нами, за Предел, или — обратно в Руалон.