Катерина Малиновская - Дневник Илирии

— Альзи, ты что то еще хочешь? — Дамиан приподнял брови.

— Альзи? Типичное имя для секретарши… — Илирия хихикнула. — А та демоница, что у тебя на столе крутила- красавица. Гавана? Ее точно Гавана зовут?

— Альзи…тебе не здоровитьса. Возьми отгул.

Илирия грустно смортрела на него. В какуэто секунду ей перехотелось делать следующее, но отступать было поздно.

— Молчи, Дамиан, я не Альзи. Это я. ты понимаешь? Я. Ты помнишь, как в тот вечер, когда мы впервые были вместе ты говорил, что мои глаза горят так же, как костер под полной луной. Прекрасные слова. А потом…Я помню что б получиь мое признание и сломать мою волю судии привязали меня к такому икс-образному кресту. Знаешь, они пытали меня…обливали ледяной водой и кипятком. Ледяной и кипятком. А потомэльфийской слезой, что б зажили раны. Это больно. А ты струсил и сбежал. Я искала тебя взглядом в тот день.

Дамиан побелел, его пальци затряслись. На лбу проступили капли пота.

— Все, что ты сделал, ты хотел с помошью черного ритуала вернуть меня. Было подло, но…я оценила. — Илирия в теле Альзи подошла к краю стола.

Дамиан кажетса успокоился. Он отвел взгляд.

— я думал ты не можешь…отделяться от Киры.

Илирия встала напротивнего и посмотрелав глаза Дамиана.

— Кое что сучилось, Дами, я свободна…и душа моя свободна. И…я почти получила что хотелаю

Он спокойно сидел, затем кивнул и потенулся к ней рукой. Ео ладонь обняла ее локоть.

— Но я не уйду пока она не будет счастлива, она прекрасная девушка и она меня спасла. И..я прощяю тебя за все.

Дамиан сморел на нее и в его глазах заблестели жемчуженки слез…они сразу испарялись, у служителей тьмы не может быть слез.

Он потенулся к ней губами, а она легко склонилась. Мягкими касаниеми, легко и с пивкусом боли они коснулись друг друга. Он медлено подняла голову и улыбнулась, а Дамиан закусил губу, так как перед ним стояла уже не Альзи, а Илирия.

— я никогд абольше не вернусь…

— я предал само понятие слова "любовь"….

— На то ты и демон.

Она хихикнула. Затем опустла голову. Подняла ее уже удевленная Альзи. Она осмотрелаьс по сторонам слабо улыбнулаьс и выбежала. Дамиан молча сидел, а потом взвыл, его ногти удленились и он полоснул ими по столу, дорогое и качественное дерево распилилось на две половинки…

Следующий путь вел Илирию к другому человеку, который сыграл в ее жизни ключевую роль…Данте описывал будто в аду есть круги и самый последний, для самыз тяжких грехов и там были предатели. Почему предательство было хуже, в его понятии, убийтва, ведь что может быть ужасней чем лишить человека жизни. Наверно потому, что смерть, это лишь мгновение, а с раной от предательства жить прейдетьса всегда… Илирия оказалась в красивой, украшенной комнате. Ее хозяйка, прихорашивалась около зеркала, на ней был длинный шолковый халат, а волосы заколоты китайской палочкой. За ее спиной, на постеле сидел мужчина, он тоже был в халате. Ему было гдето за 40 и на его пальце красовалось кольцо. Илирия это сразу подметила. Он поднялся, подошел к хозяйке и поцеловал ее в шею, она кивнула.

— Это подарок для твоих детей. — указала она на стояющуу на тумбочке шкатулку, в ней поблескивали украшения. — скажешь, что купил с премии.

— приятно, что ты заботишься о моих дочерях.

— я скорее хочу купить у них прощения… — хозяйка отошла в сторону.

Мужчина пожал плечами. Затем он однлся, когда он уже хотел уходить, его немного передернуло.

— Что то не так? — хозяйка подняла нанего свои полные спокойствия глаза.

— Ничего… просто хочу на тебя посмотреть, приятно с тобой поговорить, Рошель.

— Откуда ты знаешь мое настоящие имя! — она напряглась.

— Тихо…ты еще напади на него. — Илирия в теле мужчины засмеялась. — кто же передаст тогда украшение девочкам, кто откупитьса за свои измены. Как же это, жрица света и…и уводить мужа из семии

— я не знала, что он женат..- она улыбнулась широкой улыбкой, готовая приянть игру противника, не зная даже кто он.

— Ты никогда ничего не знаешь, ничего плохого не делаешь, а от ових поступков другие. умирают! — Илирия немного опустил аголос в конце разговора. Она сама разнервничалась. Так бывает, что неожиданно все теряет смысл и все не важно и не хочетьса делать того, что запланировал. Так сейчас было и с Илирией. Ей уже не хотелосьполучить ответов или услышать раскаяние или просто увидеть слабость. Просто захотелось уйти…

— Кто ты… — Рошель сказала это спокойно с улыбкой. Скорее насмехаясь с противника, чем испытывая страх.

— Это я, Рошель, я…. — Илирия в теле мужчины опустила глаза, стало очень тяжело дышать.

Рошель вытянула вперед шею, изображая готовность услышать отвт на свой вопорос. Потом отмахнулаьс, ей это надоело.

— Послушай, кем бы ты там не была или не был. Ты говортшь не с юной ведьмочкой, а с той, кто прожыла дольше любой известной миру империй. И ты пока живо, тоьок потому, что мне дорога жизнь того, в чием теле ты сейчас находишься.

— Ты думала обо мне? — Илирия неожиданно жостко посмотрела в глаза Рошель. Ты вспоминала меня? Жалела о моей участи? Ты предала меня! Ты Иуда…Рошель. Знаешь. время показало, что самым честным из вас был Марек. Он хотя бы никогда не лицемерил! Это я! Рошель! Смоти на меня! Я илирия! — она сказала это четко и громко. Тело мужчины напряглось от гнева, но наверно на глазах самой Илирии наеврулись бв жемчужные слезы, они бы увлажнили ее огросные глаза и тоненьким ручейком побежали по щекам.

Рошель замерла. Все ее бравада, пыл в миг спали. Двое людей сморели друг на друга и в это м взгляде было все. Рошель отошла назад и оперевших на стенку села на кровать. Илирия подвинула стули села напротив нее.

— А ты не можешь покинуть его тело?

— Нет… не знаю, что ты хотела тогда под мостом от Киры, но мне пришлось потратить слишком много сил, что все исправить.

Рошель закрыла рот рукой и оустила глаза.

— Я прощаю…мне тяжело говорить, знаешь, прошло много веков, но твое предательство болит все также. Ты знаешь, они меня пытали. я весела там и думала о тебе, о том, как дружны мы были и как вдруг оказалось так, что я привязана с этой прогнившей доске и веревки врезаютьса мне в руки и все, ради чего я жила, разбилось. Я хотела изменить мир.

— Ты предала Магик…как ыт не понимаешь. Ты предала основы магика, хотел авсе перекроить, чего стоила твоя жизнь по тсравнении с тысячей.

— Моя жизнь была моей. Да…я предала Магик, да я хоетла его унитчожить, но что б освободить других. Но не будем об этом. Стоит и тебя понять, как бы тяжело это не было. Ты верный слуга. И ты не слышал амоих криков, а я тебя звала… — Илирия говорила тихо.