Татьяна Русуберг - Аркан

— Я отвечу, как только господин Жарди успокоит свои руки, — кивнул лже-Стефано на огненный сгусток между лопатообразных ладоней верзилы.

«Господин Жарди» пожал плечами и уронил конечности вдоль тела. Лишенный поддержки шар мгновенно потух.

— Я прибыл в обитель по приглашению преподобного Феофана, — холодно объявил Мастер Ар, — чтобы расследовать паранормальную активность в этом самом скриптории, — маг ткнул себе под ноги. — Чем я и занимался, когда меня грубо прервали.

— Мы уже занимаемся расследованием в этом самом монастыре, — Жарди скривил губы в усмешке и повторил жест «экзорциста». — Так что, святой отец, советую вам собрать вещички и отправиться восвояси туда…

— Позволю себе напомнить, — прервал Мастер Ар, сверля боевика ледяным взглядом, — что церковные дела вне юрисдикции СОВБЕЗа. Вы ловите своего беглого мага-насильника — ловите. А мне позвольте ловить мое привидение. Так что попрошу вас покинуть помещение.

Он заметил, как при слове «привидение» СОВБЕЗовцы перекинулись облегченными взглядами. Уровень напряжения почти ощутимо упал.

— Вы клянетесь, что ваше расследование не имеет никакого отношения к делу Найда-Анафаэля? — спросил Жарди, видимо бывший в троице главным.

Мастер Ар нахмурился, хотя внутри все ликовало: СОВБЕЗовцы, видимо, были в полном неведении относительно событий в скриптории и участия в них гадкого мальчишки. Монахи держали-таки рот на замке.

— Разве слова священнослужителя не достаточно? — Маг вложил в эту фразу всю глубину своего презрения.

Чуть поколебавшись, верзила продолжил:

— И вы обещаете не вмешиваться в следственные операции СОВБЕЗа?

Мастер чинно кивнул:

— Если господа маги обещают не вмешиваться в мои.

— Нам придется сообщить о происшедшем вышестоящим, — снова влезла пигалица, которой экзорцист явно пришелся не по душе. — Это решение не на нашем уровне.

— Моей обязанностью будет известить орден о конфликте интересов, — ответил Мастер ей в тон. Эта игра начинала его развлекать.

Пигалица фыркнула, сорвала печать заклинания с дверного прохода и вылетела в коридор.

— Надеюсь, вы справитесь с призраком до завтрашнего дня, — многозначительно уронил Жарди и, кивнув товарищу, последовал за Селией Пейн. Маг с запоминающимся именем Джон Смит отлепил мертвый взгляд от лица экзорциста и последним покинул помещение, не потрудившись притворить дверь.

Мастер Ар усмехнулся и повернулся к Бруно, который чуть не задохся, стараясь подавить очередной ик.

— А теперь, — волшебник мягко коснулся дрожащего плеча юноши, — ты отведешь меня к Ноа.

Глава 18

Псы нашей мести

Мастер Ар сидел в кресле у огромного камина, озаренный пламенем, алый на фоне окружающей полумглы. Золоченая арфа, утонувшая в тенях, наполняла Замок нежными звуками, хотя никто не касался ее струн. Судя по всему, маг находился в прекрасном расположении духа. Возможно, виной тому были хрустальный кубок на низком столике и уютно свернувшийся на коленях у хозяина Алебастр. Запустив пальцы в кошачью шерсть, Мастер рассматривал Кая. В темных глазах вспыхивали оранжевые искры.

Аджакти не помнил, как оказался в Замке. Смутное ощущение того, что это — сон, пропало, как только Ар заговорил:

— Похоже, петушиные бои пошли тебе на пользу. Как и обучение у старого пердуна, — длинные пальцы погладили потускневшую от старости шкуру, и кот довольно заурчал. — Что, этот Огонь действительно так хорош, как его расписывают?

«Выходит, господин знает о моих успехах с Фламмой? Может, поэтому он выглядит как Алебастр, только что слопавший жирную мышь?»

— Он лучший, херре, — подтвердил Кай.

Властелин почесал кота за ухом, и тот зажмурился от удовольствия.

— Это хорошо. Ибо, когда он умрет, лучшим станешь ты.

Аджакти пришлось сделать усилие, чтобы сохранить контроль над лицом. Он слишком хорошо помнил последнюю встречу с Мастером:

— Вы приказываете, херре…

— Что, уже не терпится? — усмехнулся Ар. — А как же твои планы? Кажется, старику отведена роль в том фарсе, что ты ставишь в соавторстве с похотливой амировой дочуркой?

Кай потрясенно молчал. Волшебник знал все, будто смотрел на Церрукан глазами своего слуги. Или он смотрел глазами ворона? Как можно было надеяться что-то от него скрыть?!

Мастер поднял кубок, мгновение рассматривал его на свет, любуясь игрой рубиновой жидкости в хрустале. Затем пригубил, посмаковав вино на языке:

— Мм, «Кровь дракона», абсалонское винтажное. Так что, этот трухлявый пень отказался помочь?

Облегчение окатило Кая горячей волной, будто он сам глотнул «винтажного». Все-таки маг был не всеведущ.

— Я еще не спросил Фламму, — поспешил он ответить.

— Ты боишься отказа, — Ар растянул тонкие, обагренные вином губы в усмешке. — Не стоит. Скажи ему, что Минера скоро обратится в пепел, а «серые псы» завоют на улицах Церрукана.

Маг хихикнул — видно, недоумение, изобразившееся на лице Кая, искренне его позабавило.

— Да-да, так и скажи. Увидишь, как учитель обрадуется, — Мастер снова хихикнул, одновременно отхлебывая из кубка, так что в нем забулькало. Алебастр, услышав необычный звук, раздраженно дернул ушами, но с места не сдвинулся.

Аджакти чувствовал бы себя спокойнее, знай он, чем так доволен Его Темность. Практика показывала, что веселый Мастер Ар гораздо опаснее, чем Мастер Ар в гневе.

— Но, херре, как я объясню Фламме, откуда знаю про пепел и… э-э, «псов»? — «Какого тролля оно бы ни значило», — добавил он про себя.

Мастер стер вино с губ вместе с улыбкой:

— Скажи, что увидел это во сне.

Внезапно маг взмахнул кубком. Остатки вина полетели в камин. Пламя взревело, рванулось вверх, будто ему скормили целую бутыль архи. Испуганный Алебастр метнулся прочь из кресла и, шипя, исчез в темноте. В оранжевом инферно полусгоревшие поленья зашевелились, изменили форму. Перед завороженным взором Кая предстали зиккураты и плоские крыши Церрукана, пожираемые огнем.

— Выжжем змеиное гнездо изнутри, — пробормотал маг, словно в экстазе. — А то, что оттуда расползется, прикончат наши псы!

Картинка в пламени изменилась. Вместо тлеющих углей Кай увидел флотилии крылатых кораблей, надвигающиеся на город. Нестерпимый жар наполнял их паруса, и мачты вспыхивали голубым, как верхушки огненных языков.

Понимание ударило Аджакти. Он уже видел нечто подобное раньше. Только теперь все сложилось, встало на свои места — сны, обрывки разговоров, фигуры на игровой доске.