Светлана Зимина - Жрец Лейлы

– Я Пустыня, взгляни мне в глаза, человек и я решу твою судьбу. Может цель твоя ничтожна, может нет, мне нет до нее дела, но я могу отпустить тебя, а могу и не отпустить. У меня давно не было развлечений.

Путник молчал. Он словно думал только о том, чтобы сделать следующий шаг. Ему были безразличны угрозы Пустыни, но Пустыня и не угрожала. Она знала свою власть и свои пределы, она знала законы Природы, и ей не нужны были угрозы.

Человек не боялся. И все же он поднял взгляд, и замерло время. Песок и ветер; размытая фигура Пустыни и фигура человека – все они застыли, лишь глаза жили и звучали удары сердца…

И Пустыня рассмеялась, и все исчезло, лишь путник в черных одеждах стоял по колено в песке, и солнце яростно палило у него над головой. Постояв немного, он аккуратно вытащил ноги из песка и, размеренно шагая, продолжил свой путь. Ветер больше не шевелил пески, и пустыня замерла, она не дышала, и ее песок больше не шептал своих заклятий.

В синих-синих, цвета индиго, глазах человечка Пустыня увидела лишь… себя. Огненную, всепоглощающую пустыню.

И у неё было развлечении получше, чем незнакомец, который был слишком сильно похож на неё.

А тот тяжело вздохнул, оглядываясь. Буря на самом деле никуда не исчезла. Некуда ей было исчезать. Так просто ничего не заканчивается. Однако… стена песка, окружающая его тишиной, солнце над головой… яркое и жаркое…удивительное это явление – центр песчаной бури. Тихое место и спокойное…только до того момента пока шагаешь в такт и ритм сердцебиения этого бушующего явления.

– Красиво, – улыбнулись потрескавшиеся от сухости губы существа. И в этот момент к его ногам из песочной стены выпало живое существо, замирая бесформенной грудой тряпья у самых носков сапог.

– Привет, – насмешливый и одновременно полный любопытства голос было первым, что я услышал, когда почувствовал, что жив. И это я еще не успел даже глаз открыть.

– Привет, – голос пугал своим хрипом. Ужас какой… но, похоже, я все же выбрался из бури.

– Спешу разочаровать, – разуверил меня голос. – Если ты собирался из неё выбраться, тебе следовала двигаться в другом направлении.

Я медленно и неохотно попытался открыть глаза. А потом они уже сами распахнулись. Увиденное, того стоило.

– Правда красиво? – задумчивый голос рядом и я невольно киваю… он совершенно прав. Никогда не видел более величественного, страшного и… простого зрелища одновременно.

– А почему так тихо?

– Тут как бы вакуум организовался… мы словно в цилиндре заперты… ну и плюс магия Пустыни, пока Она размышляет, что же с нами делать дальше.

– Она – это Пустыня? – я медленно поворачиваю голову к своему собеседнику и замираю.

Он не был человеком. И не был богом, это уж я чувствовал особенно четко. Он был… кем-то иным. Такое красивое лицо, на котором буквально жили своей жизнью странные глаза необычного цвета… никогда не встречал такой насыщенной глубины синего цвета и такого оттенка. Глубокий… бездонный цвет. И было в нем что-то до болезненности знакомое. Что-то пугающее. Хотя он и не выглядел старше меня, И я не чувствовал в нем долгой жизни, как в Лейле или, например, некоторых сиренах, или том же Дэвиде и Станиславе. Он не был старше меня, хотя и был бессмертным или долгоживущим, как минимум. И я не нашел ничего лучшего, чем просто констатировать факт:

– Ты не человек.

Полуулыбка… нет намек на неё?

– Да ты в общем-то тоже.

А вот тут он меня удивил.

– Разве?

Он наклонил голову, внимательно вглядываясь в меня, словно раздевая, а потом препарируя:

– Определенно. Смертных я навидался.

– Прости мне мое сомнение, – передернул я плечами. – Но родился я человеком.

– Всякое бывает, – пожал он плечами. – Меня мама вообще решила создать, а не просто скучно родить, что получится…

– Лилиан, – протянул я руку для рукопожатия. – Жрец Лейлы, принц и пират. Еще пару дней назад считал себя человеком.

– Янус, – его рукопожатие было не просто сильным, стальным, хотя пальцы выглядели скорее как у музыканта или ученого. – Повелитель Иллюзий, воин, дворянин, ученый. Демон.

И словно вспышка озарения. Вот что мне казалось знакомым… его магия! Именно она окружала меня тогда во время Танца со Смертью в столице Мигара.

– Так все-таки демон, – усмехнулся я. – Лейла говорила правду.

– Похоже, ты знаешь что-то, чего пока не знаю я, – заметил он.

– Возможно, – киваю я. – Ситуация воистину безумная, что бы не поверить во все, что тут происходит.

– Расскажешь? – он чуть склоняет голову и выглядит таким беззастенчиво красивым, что дух захватывает. Боги тоже нечеловечески прекрасны, но они отчужденные, они выше, они кажется недоступными… даже новый образ Лейлы… все равно она остается Богиней… а этот… теперь я понимал, почему люди уходили вслед за демонами и песни и баллады не могли даже частично объяснить происходящее. Красота этого существа была такой, что хотелось не просто прикоснуться, но позволить ей владеть тобой и распоряжаться, потому что она вот перед тобой… живая и такая притягательная.

И, похоже, мой невольный собеседник прекрасно понимал, то сейчас я ощущаю. Потому что тень лукавой полуулыбки скользит в уголках его губ.

Я качнул головой, отгоняя наваждение.

– И после этого ты мне будешь говорить о том, что человек, – фыркает демон. – Да я бы сказал, что ты ближе к моей расе, чем к кому-либо еще.

– Я служу богине, – пожимаю я плечами и улыбаюсь. – А почему мне несколько не по себе от той искры, что я чувствую в твоем интересе ко мне?

Янус улыбается. Уже нет теней полуулыбок или самой полуулыбки – это настоящая улыбка. И она пугает.

– Потому что я ученый, – безмятежный ответ, – и мне очень хочется понять, из чего ты состоишь и как был создан в такое уникальное создание.

– Понятно, – я поворачиваясь к стене песка, уже всерьез обдумывая вариант погрузиться обратно в бурю. Все же ему удалось меня испугать. По-настоящему. Меня даже Растин не смог вогнать меня в такую дрожь, которую вызвала улыбка этого… демона.

– Не глупи, – спокойный, размеренный голос. – Мы оба в ловушке. Ты по чужой непонятной мне причине. Я по воле моей матери, которая решила меня чем-то научить… То, что мы оказались здесь вместе – этому есть причина. Расскажи мне, что случилось с тобой. И откуда ты меня знаешь. А я попробую это проанализировать. Может, есть выход из этой интересной и красивой ловушки. А там уж посмотрим, буду я тебя изучать или нет… в отличие, от многих из моих сородичей я мыслю рационально.

– Это радует, – серьезно киваю я, чувствуя, как успокаиваюсь, доверяясь его словам, хотя… не следовало бы. Но меня слишком часто называли сумасшедшим, чтобы в итоге все же не сойти с ума и довериться настоящему демону.