Терри Брукс - Меч Шаннара

— Он зовет Шерл, он любит ее и думает о ней даже сейчас, — со слезами на глазах проговорил Меньон.

Тем временем Балинор и эльфы, как вихри неслись по лестницам, пытаясь настичь Стенмина. Во дворце все пришло в смятение. В растерянности, с испуганными лицами бегали слуги, яростно размахивали оружием гвардейцы. Стоны оплакивающих смерть короля и яростные крики о мести оглашали своды древнего дворца. Из уст в уста передавались зловещие слова Стенмина о том, что всем остальным обитателям замка не миновать участи короля. Кое-где уже возникли стычки, и это добавило общей паники. Положение усугублялось и тем, что явных врагов никто не видел, по дворцу ползли слухи, никто достоверно ничего не знал. В обстановке общего хаоса и истерических криков Балинор и оба эльфа с обнаженными мечами метались по комнатам, разыскивая Стенмина. Это приводило встречных в панику и усиливало царившую во дворце неразбериху. Все трое преследовали Стенмина буквально по пятам, но обезумевшая от страха толпа слуг не давала им бежать быстро. Последний раз алый плащ Стенмина мелькнул в конце одного из залов, и Балинор, расталкивая толпу, бросился вслед за ним. На его лице читалась непреклонная решимость, оно было страшно.

Общая сумятица усиливалась еще и от того, что к этому времени в открытые ворота дворца ворвались десятки вооруженных солдат, взбудораженных и стремящихся разобраться в происходящем. В разных помещениях дворца завязались схватки. Обстановка становилась угрожающей. Однако вскоре Балинор понял, что проникшие во дворец солдаты принадлежат к Пограничному Легиону: на груди у них красовалось изображение леопарда, а при виде его они радостно кричали, потрясая оружием. Тем временем большинство дворцовых гвардейцев было обезоружено. Солдаты Легиона подняли Балинора себе на плечи и триумфально понесли его по залам дворца.

Толпа слуг разделила Балинора и Дэйела с Дурином, но они продолжали упорно искать Стенмина. Вряд ли кто мог сравниться с эльфами в быстроте и легкости движений, остром слухе и интуиции. Оба брата стремительно носились по залам и лестницам дворца и вскоре вновь заметили алый плащ. Увидев преследование, обладатель алого плаща стал метаться из комнаты в комнату, и опять ему удалось скрыться. Дурин очень сожалел, что с ним нет ни лука, ни стрел. Последний раз они заметили мистика у входа в парадный зал, куда он вбежал и запер дверь. Братья даже услышали стук задвигаемого засова. В мгновение ока братья оказались около двери и своими острыми клинками вырубили засов. Дверь распахнулась, оба эльфа ворвались в зал, но там уже никого не было.

Меньон молча стоял у парадного входа во дворец, а Балинор разговаривал с командирами Пограничного Легиона. Шерл стояла рядом с Меньоном, ее тонкая рука покоилась в широкой и сильной ладони юноши, на нежном лице застыло выражение глубокой озабоченности. Взглянув на нее, принц Леа крепко обнял Шерл и прижал ее к себе, желая ободрить и вселить уверенность.

Тем временем два дивизиона солдат из реорганизованного Пограничного Легиона терпеливо ждали приказа за внешней стеной. Солдаты были единодушны в стремлении отразить нападение жестокой Северной Армии. Ее огромные полчища располагались вдоль всего северного берега реки Мермидон и уже начали переправу. Легиону было необходимо хотя бы течение нескольких дней удержать южный берег реки, что дало бы возможность отмобилизовать армию Эльфов и направить ее на помощь Легиону. Меньон с сожалением подумал о том, что им не хватает времени. Иметь бы еще несколько дней… Пограничный Легион был восстановлен очень быстро и организованно, а командование им снова принял на себя Балинор. Это пока гарантировало безопасность города Тирсис.

Балинор стал королем Бакханнаха. Его брат был близок к смерти, он совсем ослаб. Лучшие лекари Тирсиса обследовали раненого и пришли к выводу, что его организм безнадежно ослаблен длительным приемом больших доз препарата, который подавлял сопротивляемость организма и воздействовал на психику. Этот препарат парализует волю человека, разрушает его разум, постепенно превращая жертву в беспомощное животное. Тот факт, что бывший король сошел с ума, был подтвержден и врачами.

Балинор с грустью выслушал заключение лекарей. К тому времени он нашел своего отца в одной из отдаленных комнат дворца, в северной его части. В последние дни старый король тяжко страдал, силы оставляли его, он умирал. Врачи, осмотревшие его, пришли к выводу, что и его организм систематически отравляли каким-то ядом. Стенмин никого не допускал к королю-отцу, кроме Паланса, разум которого к тому времени уже помутился, поэтому никто не смог бы раскрыть тайну смерти Руля Бакханнаха. Балинор подумал о том, что если бы Стенмин осуществил свой план и умертвил короля-отца, то ему не составило бы труда убедить слабоумного Паланса открыть ворота ордам лорда Уорлока, что привело бы к окончательной гибели города Тирсиса. Стенмин чуть не добился своей цели, его нужно было немедленно отыскать и обезвредить, пока он не придумал нового, еще более коварного плана. Балинор знал, что проклятый мистик ускользнул от братьев-эльфов и скрывается где-то во дворце.

Теперь за будущее Южных земель полностью отвечал принц Каллахорна. Народ Тирсиса ждал от королевской семьи Бакханнахов защиты и мудрых действий. Сейчас Балинор остался единственным мужчиной в этой семье, и все надежды народ возлагал на него. Если с ним что-нибудь случится, Пограничный Легион потеряет авторитетного командира, и вдохновителя, а Тирсис — последнего представителя королевского рода. Более того, город, скорее всего, будет захвачен войсками Северной Армии. В городе лишь немногие полностью осознавали всю серьезность положения и то, что Тирсис необходимо удержать любой ценой, что бы ни делала армия лорда Уорлока. Еще Алланон предупреждал об этом — падение Тирсиса было равноценно победе Лорда Тьмы из Северного Королевства. Тирсис был ключом к победе, и ключ этот пока был в руках Балинора.

В это утро Янус Сепре проверял систему защиты города. После освобождения Балинора Меньон поручил ему охрану главных ворот дворца. Янус быстро нашел Фэндвика и Гинниссона — командиров Легиона — и с их помощью организовал охрану главных ворот и захват дворцовых казарм, где размещались королевские гвардейцы. Солдаты Легиона окружили дворец, и вскоре сторонники Паланса сдались. Захват дворца и казарм прошел практически без кровопролития, с незначительными потерями. Приверженцы Паланса были разоружены и заключены в дворцовые темницы, а некоторые из них приняли сторону Балинора и были зачислены в Легион. На следующий день были восстановлены два из пяти бывших дивизионов Легиона, а к рассвету Сепре планировал закончить формирование оставшихся трех. Разведчики донесли Балинору, что войска Северной Армии успешно осуществляют переправу через реку Мермидон, и принц Каллахорна понял, что дальнейшее промедление может иметь роковые последствия.