Вольный Флот. К теплым морям. Том второй: "Под Флагом "Интернационала" - Sgtmadcat

что пить то, что она производила, было определенной лотереей, но для мытья вода годилась, хотя Барабашка жаловалась, что у неё после душа волосы становятся жесткие.

— Фсе! Я так больше ни магу! — Чума, убиравшая бардак после профилактического перетряхивания опреснителя, решительно стянула с себя майку, — Заибало!

— Ты че? Будешь перед всеми сиськами светить? — с подозрением осведомился Федор, который отдыхал после вахты прям на палубе.

— Сисик у миня нет, так што какая расница! Пачиму вам можна с голым торсам хадить, а мну нет!?

— Так-то я не против — Капитан ругаться будет.

— Он ф кают-кампании.

— Ну смотри сама… Просто, чтоб проблем не было. Я бы, на твоем месте, хотя бы соски прикрыл.

— Запраста! — Чума накинула на плечи болтавшиеся за спиной подтяжки, — Пажалуйста! Фсе прикрыта! Даволен?

Из-за надстройки вырулил Боцман. Увидев Чуму он притормозил, кашлянул и, поманив к себе, осмотрел со всех сторон.

— Чиво? Фсе спрятано!

— Так-то да… Ладно, ты как доска, так что, тебе можно. Главное чтоб Барабашка идею не подхватила. Она тоже любит лямочками срам прикрывать.

— Ф смысли?

— Да замечал пару раз на ней такие следы характерные от ремней.

— А пачиму вы думаити, што ат римней?

— Мне как-то довелось вышибалой в борделе работать. Для господ с причудами. Я там всякого насмотрелся.

— Чиво например?

— Мала еще такие вещи знать…

Боцман развернулся и ушел. Чума некоторое время почесывала затылок, потом поставила себе в уме заметку расспросить Барабашку и вернулась к работе.

* * *

«А вы с дядей точно люди?», — Капитан с подозрением покосился на Лиссу которая, как и Доктор, даже в такую духоту не изменила своему строгому, застегнутому на все пуговицы стилю одежды.

— Определенно. Если что-то изменится — я вам сообщу.

— Сообщи лучше, че те удалось выяснить у тех пленных, с которыми ты любезничала.

— Разумеется. Итак — судя по тому, что всплыло в разговоре, корабль переместился в огромную искусственную каверну под резиденцией их Ордена. Он может совершать прыжки в любую точку, но чем дальше от базы — тем ниже точность, так что прыгать в Острова они не рискуют. Для прыжка корабль требует невероятное количество энергии, поэтому прыжковая установка питается от каких-то крайне редких источников, которые Орден где-то достает, но в крайне ограниченном количестве.

— Охрана там серьезная?

— Постороннему проникнуть в долину сложно. В резиденцию еще сложнее. В сам комплекс — невозможно.

— «Для нас нет невозможного…»

— Что простите?

— Да девиз один вспомнил. Ты лучше скажи, как все это выяснить смогла?

— Несложно. Мужчины редко умеют держать язык за зубами в присутствии женщины, которая согласна их слушать. Немного внимания, немного строгости и вот уже наш невольный постоялец щебечет соловьем о красотах родного края. Тем более, Иво был воспитан в ордене.

— Кто?

— Иво. Так зовут Ликтора. А Рыцаря зовут Энрико де Кардона и он младший сын из очень богатой семьи. Уверяет, что его родственники с радостью выкупят их у нас.

— Всех?

— Разумеется. «Де Кардона никогда не бросали товарищей по несчастью!»

— Интересно… Молодец.

— Пустяки, — Лисса скромно отмахнулась.

— Ну нет, не пустяки. Ты прям как Антон сработала. Даже бить их не пришлось.

— У нас есть общая черта. Мы умные и умеем слушать.

— Думаешь, только в этом дело?

— Почему «только»? Дядя, к примеру, тоже обладает высоким интеллектом, но органически не способен перестать витать в облаках своей учености, поэтому не слышит и половины того, что мог бы.

— Ну вот я и говорю: «Молодец».

— Ладно — я великолепна!

— Теперь точно как Антон.

— Приму это как комплимент.

* * *

Когда Коваль вошел, Семен Николаевич беседовал с невысоким подтянутым мужчиной в строгом темном костюме. Увидев Майора, они подошли к столу и Семен Николаевич предложил всем сесть.

— Знакомьтесь, Сергей Захарович — Пал Палыч Гущин. Заместитель Пастухова. Он уже в курсе ситуации.

— Майор Коваль… А мы виделись уже — вы присутствовали, когда меня на допуск проверяли.

— Хорошая память… Да — был. Никифор Александрович как начальником стал, так вообще затворником сделался. Меня по таким мероприятиям гоняет.

Майор машинально отметил, что у Гущина очень приятный баритон и располагающая улыбка — страшное оружие в руках сотрудника ГосБезопасности.

— Ну а теперь, вот, спасать его буду. Какие есть идеи? Как нам найти этих… Хитреньких?

— Я боюсь, что они могли понять, что раскрыты… — озабоченно постучал карандашом Семен Николаевич, — И уже “потерялись”. Матренин, конечно, обещает, что пока Никифор у него там спит, то сны будет видеть исключительно правильные. Вроде, что его привезли в Институт, обследовали, но ничего не нашли и сейчас он там в палате под наблюдением. Заодно, попытается кое какую “дезу” про свои наработки им скормить под эту мазурку. Но вот повелись ли?

— Главная зацепка, на мой взгляд, “ретранслятор”. Если я правильно вас понял, то они снимают информацию через тело, которое как-то воспроизводит все, что Никифор Александрович говорит, слышит и читает. Но в остальном недееспособно. Может поднимем сведения по больницам? Такие должны стоять на учете у врача?

— Это долго. Больниц только в Стоярске сотни… И пока мы все их переберем.

— Заводы! — неожиданно предложил Коваль, — Недееспособного надо как-то транспортировать. Нужно инвалидное кресло.

— Могут не транспортировать. Он им нужен только как “радио”.

— Да. Но если за ним не ухаживать — долго он не протянет. А нового такого еще поищи. Кроме того, оно им нужно чтобы, банально, транспортировать его до места расположения. Тащить на руках — подозрительно.

— Кресло они могли украсть.

— Опять таки подозрительно. И бессмысленно — его и так выдадут, если у них подобный больной на руках.

— Тоже верно. Только я не понимаю, причем тут заводы?

— Я имею ввиду заводы, которые медицинское оборудование изготавливают. Врач же это кресло не из кармана достает? Он его выписывает, а потом родственники забирают в Собесе. А в Собес его с завода присылают. Причем все сведения, “кому и куда”, на заводе собирают для отчетности. И их куда меньше, чем больниц.

— А вы, Сергей Захарович, голова… — уважительно протянул Гущин и потянулся к телефону, — Как мы вас военным-то уступили? Растяпы…

Отдав распоряжение запросить с соответствующих предприятий базу по отгрузке инвалидных кресел, он положил трубку и кивнул, мол ждем.

— Так… Какие еще будут мысли?

— Никифор Александрович женат? — задумчиво поинтересовался Коваль, — А то мы как-то заговорили об этом в свое время, но я так и не понял.

— Да. Хотите супругу опросить? Стоит ли? Я ей соврал, что он в срочной командировке. Не хотелось бы её сюда приплетать.

— Понимаю, но дело вот в чем… Я