Валерий Иващенко - Честь, шпага и немного волшебства

– Нам туда, - Локси наконец выбрал направление.

Гном только пожал плечами и деловито потопал следом. Ибо по его разумению тут хоть в какую сторону идти, а толку не будет. Но волшебники они на то и есть, чтоб улавливать всякое там, недоступное прочим смертным.

Путь оказался не то чтобы очень уж далеким, но весьма угнетающим. Вездесущая серая пыль, скрипящая на зубах, дерущая горло и надоевшая хуже оскомины. Вдобавок под ногами постоянно похрустыывали старые кости тех, кому не повезло, какие-то обрывки. А один раз набрели даже на что-то вроде поля боя - так густо место было усыпано костяками, ржавым оружием и истлевшими доспехами.

Спустившись в негадано-неждано возникший овражек не овражек, ложбину не ложбину, оба неимоверно обрадовались. После ровной как стол местности это было хоть каким-то разнообразием. Гном быстро пошарил по окрестностям и приволок охапку тряпья, сухо шуршащих веток и прочей дряни. Неизвестно, сколько веков здесь не видали живого огня и коим боком это обоим путешественникам выйдет - но сидеть у костра оказалось не в пример приятнее, нежели в смутном сероватом сумраке. Правда, он словно сгустился со всех сторон, придвинулся. И все же искорка жизни в вовсе не подходящем для нее месте оказалась сильнее.

Первым на столь вопиющий вызов здешнему мраку отозвался, как ни странно, друг человека. Виляя костяным хвостом, к чадящему огню вышел скелет немалого размера пса. Покрутившись немного, гость с самым заправским видом улегся у костра - да еще и положил на лапы жутковато выглядящую морду.

Потом стали подтягиваться и другие. Вовсе не проявляя враждебности или агрессивности, они просто стояли и пялились на огонь темными провалами глазниц. И лишь иногда шевелились, давая больше места постепенно прибывающим новичкам. Призадумавшись, какие смутные воспоминания могут мелькать в опустевших костяных головах, Борг философски заключил, что тяга к огню, похоже, древнее даже самого рода разумных - ибо наметанный взгляд опытного солдата легко вычленил в толпе гостей и чуть более изящные останки эльфов, и коренасто-плечистые костяки, принадлежавшие некогда гномам. И даже несколько неуверенно топчущихся чуть поодаль скелетов орков - по их клыкам да проржавевшим едва не насквозь ятаганам.

Локси лишь покивал словам гнома. А сам огляделся, прикидывая про себя. Да, огонь привлек достаточно беспокойных здешних обитателей - сквозь такой частокол мерцающих в сполохах огня скелетов да еще и в овраге их двоих обнаружить магией будет трудновато. Все же бледные перевивы прошлой жизни еще чуть скользили по старым костям, а уж те своим количеством плотно закрывали костер от нескромных магических поползновений.

– Кстати, справедливо и обратное, - проворчал волшебник и тут же рядом с костром ухнул в здешнюю землю, или что оно там, ледяным копьем.

Плотно обступившая толпа гостей колыхнулась. Но не от магии - как оказалось, просто давали проход невесть зачем вернувшемуся древнему королю. Тот вышел ближе и замер, опираясь на свой здоровенный двуручник словно на посох и даже оперевшись подбородком о широкую крестовину у рукояти.

А гном проворно наколол льда в свой золотой шлем (и как только протащил, хитрец? Под одеждой так вовсе и заметно не было) и уже растапливал у костра - если с едой пока можно бы и потерпеть, то промочить сухое горло хотелось просто неимоверно. И в конце концов, помянув усопшего Ахеллона самым добрым зельем - чистой водой - двое у костра напились вволю. А запасливый гном еще и наполнил до горлышка походную флягу.

В конце концов Локси решился.

– Побудь пока здесь, Борг. За толпой скелетов постороннему тебя даже магией трудно найти. А я пока проверю окрестности - зачем-то же нас так настойчиво сюда приглашали?

Гном приподнял склоненную в раздумьях голову, и подбросил в костер полуистлевший рукав от чьей-то кожаной куртки. Добавил несколько веточек, кивнул. Слова тут не нужны. Если такую пару лихих вояк бессмертные притащили куда-то, уж будьте покойны - без доброй потасовки тут не обойдется!

А волшебник плотнее завернулся в щегольский короткий плащ с кокетливой пелеринкой - притащившие этакую диковинку девицы в один голос утверждали, что "мастеру Локси очень идет - такой лапочка!". И укрывшись сверху завесой невидимости да вдобавок кое-какими премудростями из арсенала эльфийских лазутчиков, невидимо и неслышимо выскользнул из оврага.

Это место оказалось воистину странным - и Локси не раз останавливался в сомнениях. Ибо даже припомнившиеся описания вотчины Падшего бога не передавали и десятой части тех диковин и мерзостей, что встретились по пути.

И все же он угадал. Когда невесть откуда взявшийся холодный и сухой ветер уже трепал его одежду, волшебник стоял на бугорке - а в полулиге возвышался самый исполинский замок, что он когда-либо видел. Циклопическая мощь стен и вздымающихся ввысь бастионов просто поражала. Равно как и изобилие отнюдь не мертвых защитников, зорко пялящихся во тьму горящими глазницами. Но факт того, что если мысленно провести прямую линию от оставшегося в овраге Борга к возвышающейся даже над стенами главной башне замка, то линия эта точно проходила сквозь неимоверных размеров запертые ворота, привел Локси к мысли, что он на верном пути.

Вернувшись скрытно и легким бегом к огню, он обнаружил тут примечательную картину. Не знающий что такое леность или безделье гном уже соорудил из ржавых шлемов и медных частей старинных доспехов какую-то хитрую конструкцию и теперь священнодействовал вокруг нее. Приглядевшись сверху, Локси сообразил, что Борг попросту сделал подобие деревенского аппарата, неизменно имеющегося у каждого предприимчивого кабатчика. И зрелище гнома, гонящего зелье из старых костей и какой-то невообразимо вонючей дряни, немало его позабавило.

Конструкция отчаянно протекала, и наземь периодически срывались гудящие огоньками капли - но солидных размеров бутыль мутного стекла уже наполнилась почти доверху таким жутким содержимым, что протолкавшийся через толпу скелетов волшебник передернулся от отвращения.

– Неужели будешь это пить, дружище? - он с сомнением смотрел, как уже очевидно закончивший свое шаманство гном плеснул из бутыли в дрянную чашку с отколотой ручкой (не иначе, где-то на свалке откопал) и тут же поднес тлеющую лучинку.

Содержимое замызганной посудины весело полыхнуло почти прозрачным язычком пламени - но не привычного синеватого цвета, а ядовито-зеленого.

– Нет, - осклабился гном. - А глянь, как эти оживились.

И в самом деле, напирающая толпа скелетов откровенно стремилась вперед, и каждый норовил оказаться поближе к гному с его диковинным самогоном. И если бы у них имелись языки, то Локси ничуть не удивился бы, увидев, что беспокойные здешние жители облизываются в предвкушении. Однако доселе недвижно стоящий король взмахнул властно костяной рукой - и сонм неупокоенных отпрянул. И даже выстроился в некое подобие беспокойно шевелящейся очереди, озабоченно клацающей челюстями или звякающей остатками воинской справы.