Я тебя ждала

Глава 44.

Глава 44.

Я ненавижу просыпаться по утрам.

И мое нежелание открывать глаза и включаться в активную жизненную деятельность не зависит от того, во сколько я накануне легла спать. В одиннадцать, как врачи рекомендуют, или в более позднее время, как чаще всего и получается. По утрам я всегда бываю сонной, вялой и раздавленной. Но с годами упорных ранних пробуждений я научилась не обращать внимание на свое утреннее состояние, морально быть к нему готовой.

Просыпаться затемно, чтоб не опоздать на работу – это уже четко выработанная, откатанная до автоматизма привычка. Но я все равно часто скидывала на пол, разбивала, и душила под подушкой будильник, виновника моего пробуждения. А попинать человека, разбудившего меня, всегда было делом чести.

Но что делать, если спать все еще очень хочется, и ничто рядом не грохочет, никто тебя не дергает, одеяло не стягивает, но сон неумолимо откатывается сам по себе, так и не принеся бодрости? Что если не тебя кто-то будит, а ты сама, еще толком не проснувшись, начинаешь прислушиваться к голосам в комнате. И желание подслушать настолько непреодолимое, что ты уже начинаешь притворяться, что продолжаешь крепко спать.

А говорили в комнате несколько низких, очень хорошо мне знакомых голосов.

- Дэнил, не хочешь есть, не ешь. Но пойди хотя бы умойся, смени рубаху, причешись. Безва скоро очнется, незачем ее пугать. – Гас, как всегда, говорил мягко, рассудительно.

- Гас, прекращай. Можно подумать светлая леди брата лохматым не видела, - интонации в голосе Гигора мне очень не понравились: злость, нетерпение, разочарование.

- Я просто хочу, чтоб он немного развеялся, - оправдываясь сказал Гас. – А то сидит тут уже десятый час, даже Корн беспокоится…

В комнате стало тихо. По запахам, опутавшим меня, я уже поняла, что нахожусь не в своей комнате. Слишком сильно здесь пахло травами и зельями. И, учитывая, чем закончилась наша игра с детьми, я сейчас либо лежу в лекарской палате, либо в кабинете бдящего Корна.

- Гас, меня он тоже беспокоит. – Донеслась до меня фраза Гигора.

И оба младших брата вместе, поддакивая друг другу, начали уговаривать Дэнила сходить в свою комнату, освежиться, повидать детей, успокоить их, и, хотя бы выпить взвара.

Под конец более эмоциональный Гигор потерял терпение и начал ругать моего мужа:

- Дэнил не будь тряпкой, такие, как твоя Безва не умирают!

Он уже требовал от брата вести себя достойно, встряхнуться и приступать к обязанностям герцога, или проявить отцовскую заботу о детях. Потому что именно они больше всего переживают за жизнь матери, пострадавшей во вчерашнем магическом выбросе близнецов.

- Гигор, мне никогда не было так плохо, - приглушенно сказал Дэнил.

Гас закашлял.

- Даже когда умерла твоя жена? - С сомнением спросил Гигор.

Не ответив на вопрос прямо, Дэнил тем же тоном сказал:

- Я без нее не выживу, не понимаю, как это получилось, но я без нее не смогу жить. – И после долгого молчания, которого не прерывали, скорее всего, шокированные братья, добавил. – Простите, я не должен был раскрывать своей слабости.

- Это не слабость, брат. – Сказал Гас, и он, судя по всему, обратился уже к Гигору. – Это же правильно, любить свою жену. Что в этом может быть плохого? Но лучше, конечно, пока хранить твои чувства в тайне от посторонних. И, Дэнил, мне показалось, Безва от тебя тоже потеряла сердце, по крайней мере, нелюбимых так не ревнуют.

- Правда, и тебе так показалось? – Уже более живым, полным нескрываемой надежды голосом спросил брата Дэнил.

А я лежала, крепко сжав глаза, и прилагала все силы, чтобы не вскочить, и не закричать, что я тоже без Дэнила жить не смогу. Только раньше не понимала, как правильно самой себе объяснить, что я чувствую. А сейчас, когда услышала искренние слова Дэнила, сказанные им в минуту душевного потрясения самым надежным из своих людей, я тоже осознала, что он и есть вся моя жизнь. Даже правильнее сказать, что он мужчина, который для меня важнее всей жизни. Такого ждут все женщины мира, а я дождалась. И вынуждена в этом мире скрывать свои чувства, чтоб моя слабость не стала причиной крушения нашей жизни.

Душевность момента, как всегда, нарушил Гигор

- Господи, за что ты послал мне обоих братьев-недоумков? – Скорее всего, он вскочил со стула и начал порывисто передвигаться по комнате. – Нормально любить жену, если она не Безва Котовар! Она же… Воздушница чертового уровня! Она нужна Камаарам! И она не способна любить никого, кроме себя!

Ходьба по комнате прекратилась, Гигор, скорее всего, сел на прежнее место.

- Дэнил, я сейчас что-то новое тебе сказал? Я всегда тебе говорил, что не стоит связываться с Котоварами. Но тебе нужны были земли, и ты их получил. Ты даже детей получил! И ты должен был согласиться на развод, пускай бы Котовары сами разбирались с пресветлым лордом. Но вместо выполнения брачного договора, ты захотел сохранить семью! Я и это могу понять, детям рядом с матерью лучше. Но, на какой драконий ляд, ты вляпался в чувства?

Комнату накрыло мертвой тишиной. Ни одного шороха, писка, скрипа не доносилось до меня. Может, это я оглохла? Мои сомнения прервал низкий голос Гаса:

- Чувства не зависят от воли человека. А Безва, действительно, неординарная… и красивая. И она точно восхищается Дэнилом, и не хочет крушить их союз.

А голос Дэнила был раздраженным, но спокойным. Он явно подавлял свои чувства, чтоб не вскочить и не побегать по комнате, подражая младшему брату:

- Чего я стою как мужчина, если не отстою свою жену? Я ее королю не отдам.

- Дэнил, ты можешь быть мужчиной двенадцатой ступени, но в хитрости с пресветлым лордом и его братцем Ласом тебе не сравниться. – Категорично отрезал Гигор.

- Зато сравниться тебе, - вставил Гас. – Ты, Гигор, думай за нас троих, разгадывай многоходовочки Камааров. А мы, как всегда..

- … поддержим на драконах с воздуха, - закончил со смешком Дэнил. Ирония была очевидной, и оба младших брата поддержали его заразительным смехом, через пару секунд три брата уже смеялись вместе. Наверно, это лучший способ сбросить напряжение, снять стресс.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍