Юрий Ижевчанин - Прелюдия: Империя

Через четыре дня король вызвал Тора на аудиенцию и публично спросил его, как он объяснит, что его уникальным оружием пользуется не люди короля, а преступники и мятежники? Тор сказал, что даст полные объяснения лишь один на один с королем и королевой. Король без удовольствия согласился, и на следующий день утром Тор рассказал королю и королеве историю случившегося, как он себе ее представлял.

— Ваши величества, государь и государыня! Я не скрою, что я виноват, но скорее в хвастовстве и неосторожности, чем в злом умысле. Еще на Имперском острове мне пришла в голову идея нового сплава для оружия и я понял, что такое оружие будет резать любое другое оружие. Когда я вернулся домой в Колинстринну, я начал пытаться делать новые мечи, но скоро выяснилось, что они действительно очень острые, однако очень хрупкие и быстро устают. Не всегда мне удается пока что даже получить сплав, а когда из него кую меч, чаще всего он оказывается таким, что разлетается в куски на втором-третьем ударе. Тебе, мой государь, я преподношу лучшее из всего того, что у меня получилось за полгода.

Тор преподнес королю завернутый в тряпицу меч. Король развернул кривой меч, осторожно попробовал его пальцем и порезал себе палец.

— Так сколько ударов выдержит этот меч? Можешь сказать или нет?

— Восемь или больше. И рубить им не надо. Он разрезает даже драгоценный меч и даже палицу, он разрезает все кольчуги. Принц Клингор мечом похуже этого в одиночку без единой царапины победил пятнадцать человек. Но меч, конечно же, при этом сломался.

— Как оказалось оружие у того, кто в тот момент был мятежником? Оружие, которое ты, как верный вассал, должен был первым делом отдать мне, твоему законному государю? — сердито спросил король.

— Здесь есть моя вина, и я ее не скрываю. Пока у вас было перемирие, принц Клингор утверждал перед всеми, что он идет в твое распоряжение, государь. Он по дороге заехал без войска ко мне как гость и старый друг. Я похвастался перед ним своими достижениями, и оказался в такой ситуации, что без потери чести не мог не подарить ему единственный получившийся на тот момент меч. Вот в тщеславии и болтливости я действительно виноват.

Король и королева расхохотались.

— По всему видно, ты, Мастер, сказал правду. — и король вновь посуровел. — Но не всю правду. А откуда появились у наемных убийц кинжалы из торовского булата?

Тор понял, что так называют его новый сплав.

— Вот здесь я проявил свою глупость. А принц Клингор — свой ум. Я стал делать для пробы не мечи, а кинжалы, когда пытался, чтобы оружие стало менее хрупким. Потом я уже видел сразу после заточки, что получилось плохо, но переплавлять еще пока свой сплав не умею. Только сейчас мой алхимик учится это делать. Вот и накопилась у меня куча кинжалов, которые я считал совсем негодными, только для демонстрации свойств нового сплава. Принц сообразил, как их можно использовать, и скупил у меня всю эту кучу по дешевке.

Король и королева вновь расхохотались.

— Тор, я же тебе столько раз говорила: не лезь в политику! — с улыбкой сказала королева.

— И я тебе то же повторю и прикажу, — сказал король, усмехнувшись. Затем, обернувшись к королеве, он добавил:

— Если у принца был меч из торовского булата и еще пара кинжалов, а у его людей кинжалы, то я понял его поведение на переговорах перед последней битвой.

— Да, он бы в одиночку половину твоего отряда уничтожил, — ответила Толтисса. — А другую половину — его люди. И тебя бы не он убил, а кто-то из его людей в азарте битвы. Вот он и хотел, чтобы ты напал, а сам играл роль благородного и неосторожного грубияна.

— Ладно, Мастер. У принца теперь кинжалы не заберешь, но отныне поклянись, что их ты будешь давать только мне, и никогда не ставь на них свое клеймо. А я их буду брать очень понемногу. Дай мне свой знак, человек с этим знаком будет иметь право взять десять кинжалов. Платить тебе я за них не буду: это наказание за твои вины, да заодно и ты сможешь всегда поклясться, что мне их никогда не продавал и не дарил.

— Твоей жене я передала кошель с деньгами взамен украденных стражниками. Кое-кто из охраны короля услышал, как мой муж ругается по поводу твоего оружия в руках подонков, и решил "оказать услугу" королю, почти такую же, как медведь отшельнику, — добавила королева.

— Спасибо вам, ваши величества, что вы поверили мне, — поклонился Тор.

— Я доволен тем, сколько и каких воинов ты оставил в моей армии. Надо было бы тебя послать на войну, чтобы тебя можно было бароном сделать. А то если пожалую титул без военных заслуг, вся знать на тебя ополчится, — сказал король. — Но я уже приказывал тебе на войну самому не ходить, и приказание подтверждаю. Обойдешься без баронства, а твой сын его легко заслужит.

— Я согласен, повелитель, — ответил Тор. — Мне самому было бы трудно, если бы я стал бароном. Я и с обязанностями владетеля едва справляюсь.

— Знаем мы, как ты едва справляешься! — рассмеялся король. — И не ври: не трудно тебе было бы, а плохо и стыдно. Да и в политику ты вынужден был бы ввязаться, а это не для твоего медвежьего ума и медвежьей силы.

— Тут нужно быть гибридом льва и лисицы, — сказала Толтисса. Вот принц Клингор — такой гибрид. Посмотришь на него в бою — лев. А когда интриги плетет — лисица.

— Да, такого подданного никому не пожелаю иметь, — ухмыльнулся король. — Государю остается с ним лишь четыре выбора. Или казнить, или опозорить и заточить, или сделать вассалом, или сплавить другому государю.

— А я его перестал считать другом, — сказал Тор.

— Дурак ты! — заметила королева. — Другом в твоем понимании он тебе никогда не был. Хотя в его собственном он считал себя твоим другом и делал гадости, лишь когда это было очень выгодно и очень скрыто. Более того, я уверена, что, упади ты в грязь из-за его интриг, он бы благородно подал тебе руку, приказал тебя обмыть, обрядить в лучшие одежды и тем самым завоевал бы твою вечную благодарность, наивный Медведь. Большей дружбы от Клингора никто никогда не дождется…

— Спасибо, мудрейшая из женщин, — сказал Тор.

— Вот что значит стать королевой! — засмеялась Толтисса, оборотившись к мужу. — Я теперь уже не красивейшая, а мудрейшая!

— Ты была и остаешься и той, и другой, — улыбнулся король.

— Завтра приходи на большой прием. Там будет публично объявлено, что ты чист от вин. — сказала повелительным тоном королева, и аудиенция закончилась.

В Зооре Мастер с женой нашли еще одного хорошего монаха и, наконец-то, приличного шелкомодельера, который соблазнился тем, что во владении много шерстяного высокогорного шелка. Эсса решила шерстяной шелк монополизировать и дарить на платье лишь тем дамам, кто отличится или же чьи мужья отличатся и Тор ее попросит. Тор согласился с таким решением.