Тэд Уильямс - Игра теней

— Развалины — самое подходящее место для никому не нужных старых людей вроде нас с вами или Авина Броуна, — заметила сестра Утта.

— Отлично сказано, моя дорогая! — одобрительно хихикнула Мероланна. — Все считают нас никому не нужной рухлядью, и это играет нам на руку. Чем более жалкое впечатление мы производим, тем меньше шансов, что кто-нибудь проникнет в наши замыслы.

— Ваша светлость… какая приятная неожиданность!

Голос Авина Броуна звучал немного хрипло. Бывшая контора счетовода была пуста, если не считать двух молодых охранников со скучающими лицами. Казалось, они сторожили преступника, а не оберегали от врагов знатного лорда.

— И сестра Утта с вами! Если мне не изменяет память, сестра, мы не виделись целую вечность. Как поживаете?

— Превосходно, лорд Броун.

— Простите меня за то, что я не встаю. — Броун со страдальческим видом указал на свою обнаженную левую ногу, лежавшую на подушке. Распухшая потемневшая лодыжка напоминала свиной окорок. — Эта проклятая подагра сведет меня в могилу.

— Полагаю, к креслу вас приковала отнюдь не подагра, — покачала головой Мероланна. — Сейчас едва перевалило за полдень. Признайтесь, Броун, сколько бокалов вина вы уже выпили?

— Да я совсем не пил вина! — возмутился Броун. — Ну, может, пропустил стаканчик-другой, — добавил он, встретив недоверчивый взгляд герцогини. — Только чтобы заглушить боль.

— Значит, стаканчик-другой? — состроив гримасу, уточнила Мероланна.

По правде говоря, наружность Броуна подтверждала ее предположения. В том, что за последнее время у бывшего лорда-кастеляна появились новые морщины, не было ничего удивительного, однако сестра Утта отметила, что его глаза покраснели, веки воспалились, а кожа имеет нездоровый землистый оттенок, как у человека, не бывающего на свежем воздухе. Этот рыхлый отечный старик, мешком развалившийся в кресле, совсем не походил на статного мужчину, который совсем недавно носился по замку, как фрегат на всех парусах.

Мероланна повернулась к одному из стражников.

— Лорду Броуну необходимо подкрепиться, — заявила она. — Принесите ему хлеба и сыра.

— Но… ваша светлость… — в замешательстве пробормотал стражник.

— А вы принесите жаровню с углем, — не слушая его, обратилась герцогиня ко второму стражнику. — Здесь слишком холодно, а мои старые кости этого не любят.

— Но нам приказано ни на минуту не оставлять лорда Броуна! — попытался возразить молодой солдат.

— Вы опасаетесь, что смиренная жрица и престарелая герцогиня попытаются убить его в ваше отсутствие? — с усмешкой спросила Мероланна. — Вы тоже боитесь, что мы покусимся на вашу драгоценную жизнь, Броун? — обернулась она к графу и, не дожидаясь ответа, шагнула в сторону стражников, размахивая руками, как хозяйка, выгоняющая цыплят из огорода. — Не испытывайте мое терпение. Ступайте, да побыстрее.

Когда растерянные стражники удалились, Авин Броун громко откашлялся.

— Можно ли узнать, герцогиня, чем вам не угодили эти славные парни? — осведомился он.

— Я отослала этих шпионов прочь, чтобы они не доложили о нашем разговоре Хавмору, — ответила Мероланна. — Мне нужна ваша помощь, Броун. Дела принимают все более скверный оборот.

Несколько мгновений Броун не сводил с герцогини глаз, однако взгляд его оставался непроницаемым.

— Вряд ли я могу стать вам хорошим помощником, герцогиня, — процедил он. — Вы знаете, я лишился своей должности и в настоящее время… пребываю на отдыхе. — Он зашелся смехом, напоминающим лай. — Я сдался.

— И вам осталось только накачиваться вином и сожалеть о вашей горькой участи, — насмешливо изрекла Мероланна.

Слова ее резанули слух сестры Утты — она полагала, что такая фамильярность, граничащая с надменностью, недопустима даже для герцогини.

— Полагаю, вы себя недооцениваете, Броун, — продолжала Мероланна. — В любом случае, потрудитесь меня выслушать — иных занятий у вас все равно нет. Вы давно меня знаете. Вам известно, что я не из тех женщин, кто при малейшей неприятности опускает руки и заливается слезами. И я не пришла бы к вам за помощью, если бы не крайняя необходимость.

— В этом я не сомневаюсь, герцогиня, — кивнул Броун, и на его бледных губах мелькнуло подобие улыбки.

— В последнее время на наше королевство свалилось много бед, — продолжала Мероланна. — Король Олин в плену, Кендрик убит, Бриони и Баррик бесследно исчезли, братья Толли обманом захватили власть. Новость, которую я должна вам сообщить, тоже не из приятных. Точнее, она настолько поразительна, что я не знаю, как к этому относиться. Вы слышали что-нибудь о крышевиках?

Броун уставился на престарелую герцогиню с изумлением, словно она вдруг сделала сальто через голову.

— О крышевиках? — пробормотал он. — Разумеется, мне доводилось слышать истории о маленьких человечках. Но я думал, это детские сказки.

— Вы заблуждались, — не сводя с него глаз, ответила Мероланна. — Значит, сами вы ни разу не встречались с крышевиками?

— Разумеется нет, герцогиня. Говорю же, кроме детских сказок, я ничего…

— Посмотрите и скажите, что вы об этом думаете, — перебила герцогиня, вытащила из-за корсажа свиток пергамента и протянула его Броуну.

Он повертел свиток в руках, словно не знал, что с ним делать, потом, поморщившись от боли в суставах, придвинул к себе свечу и принялся читать.

— Это… письмо короля Олина, — прошептал он, пробежав листок глазами.

— Это последнее письмо Олина, — уточнила Мероланна. — Бедный Кендрик получил его как раз перед тем, как был убит. Перед вами потерянная страница из этого письма.

— Потерянная страница? В самом деле? Но где вы ее нашли?

— Прежде расскажите нам все, что вам об этом известно. Насколько я понимаю, вам известно немало.

Герцогиня изменилась на глазах: от пожилой женщины, сетующей на свои немощи, не осталось и следа. В ее глазах горел огонек решимости, хорошо знакомый Броуну.

— Мне известно лишь то, что письмо исчезло сразу после убийства Кендрика, — произнес бывший глава тайного ведомства. — Несколько дней спустя оно непостижимым образом оказалось на моем столе, среди бумаг. Я до сих пор не имею понятия, кто его туда положил. Одна страница исчезла. Думаю, как раз эта. — Он взглядом указал на лист пергамента, по-прежнему лежавший у него на коленях. — Где вы ее нашли?

— Об этом я и собираюсь рассказать, Броун, — изрекла герцогиня. — И прежде чем выслушать мой рассказ, вам стоит пропустить еще стаканчик вина. Или нет, выпейте лучше воды — вам понадобится ясная голова. Не сомневаюсь, вам будет трудно поверить в то, что вы сейчас услышите. А еще труднее понять, какие последствия это повлечет для всех нас.