К чему приводят девицу… Объятия дракона - Рассохина Анна

Он озадаченно сдвинул брови, наклонился и вынул из воды один шарик.

– Слишком велик, – констатировала я. Тогда он сорвал другой, но я отрезала: – А этот очень маленький!

Так продолжалось довольно долго. Скоро не выдержали мы оба. С негодованием глядя на друга, заявила:

– Все! Я сама! – Приподняла подол платья, подвязала его на уровне бедер и вошла в море, радуясь прикосновениям прохладной морской воды.

– Ты чего? – широко раскрыл глаза мой спутник. – А если кто увидит?

– Я магиня, мне все можно, – смело отозвалась я.

Друг покосился на мои оголенные ноги, явственно порозовел, но спорить не стал, лишь окинул берег внимательным взором. Я подошла к тому месту, где стоял Андер, и наклонилась к кочке. Сорвала три шарика нужного размера и протянула их на ладони парню:

– Вот, посмотри, какие нужно было собирать!

Он с недоумением оглядел протянутые растения, взъерошил светлые волосы на затылке и пробубнил:

– Ладно-ладно, но, может, теперь ты выйдешь из воды?

– Не дождешься! – Сложила шарики грипастоса в протянутую корзинку и отправилась дальше.

– Теперь ты ищи грипастос, а я стану высматривать морской булыжник.

– Это еще что за зверь?

– Это не зверь, а растение. От обычного камня его можно отличить только на ощупь. Он мягкий, но плотно сидит в песке, а нам позарез нужен этот цветок.

– Цветок? Булыжник? – обескураженно повторил Андер. – Верно, ищи лучше сама. Я не травник, а ведьмак!

Преувеличенно тяжело вздохнула и пошла по воде дальше. Сквозь прозрачную водицу морское дно просматривалось хорошо, и в скором времени я обнаружила нужное растение. Только вознамерилась наклониться к нему, как на моем запястье сверкнул браслет разлуки. Я исподлобья оглядела берег и сразу заметила, что к нам подходят трое: беловолосый демон, серебристый волк и мой самый любимый мужчина. При виде последнего мое сердце забилось с особенной силой. Чтобы отвлечься, хмуро поглядела на демона, вспоминая, что у меня гостит Лисса. Судя по угрюмому виду дуайгара, кузина уже успела сбежать от него.

Троица остановилась в десяти шагах от нас с Андером. Друг тоже увидел их, а я поспешила наклониться к морскому булыжнику и принялась тихонько обрывать цветок.

– Нилия, – послышался голос моего друга, – тут к тебе пришли, а ты, кхм… не совсем прилично выглядишь.

– Мне все равно, – пропыхтела я, уже обеими руками пытаясь выкрутить зловредное растение из песка.

Несколько мгновений все молча следили за моими действиями. Парень не выдержал первым:

– Нилия, давай я тебе помогу!

– Я сама, – упрямо заявила я.

Трое мужчин по-прежнему молчали.

– Надо же, – преувеличенно удивленно отметил друг, – а по виду этот твой цветок действительно булыжник напоминает!

– Некоторые по виду тоже ничем от камней не отличаются! – злобно прошипела я и тут же услышала ответ, произнесенный бархатным, чарующим, самым завораживающим для меня голосом:

– Ма-шерра, позволь мне подойти и помочь тебе, заодно и поговорим.

Глупое девичье сердце взволнованно подпрыгнуло в груди, слезы сами появились в глазах, и мне до боли захотелось кинуться в объятия своего любимого. Сердце плакало, кричало, умоляло послушаться Арриена. Я вспомнила слова Олии и бабушки, что нужно слушать лишь свое сердце, но разум не дремал. Он злился, опровергал, указывал на очевидное. С остервенением я продолжала вырывать морской булыжник. В итоге сломала ноготь и упала на колени. Шайна отбросило на шаг назад. Волк жалобно заскулил.

– Ма-шерра, – жених поднялся на ноги, – тебе не кажется, что уже хватит боли в нашей жизни? Я хочу всего лишь поговорить с тобой. Клянусь, что не причиню тебе зла!

– Вы уже однажды обещали, что не обидите меня, – я воспользовалась подсказкой разума, – однако, не раздумывая, нарушили свое обещание!

– Ма-шерра, я помогу убрать тот шрам, потому что кровь дракона обладает целебными свойствами, – тихо произнес Шайнер.

– Не утруждайтесь! – Я со злостью разгребала песок, поднимая со дна муть и мусор. – Мне уже помогла живая вода!

– Да сними ты уже этот хмарный браслет! Позволь мне подойти! Можешь ударить, я все стерплю, только объясни мне уже наконец, отчего ты сбежала от меня после всего того, что между нами было? – начал злиться Арриен.

И это он сообщил при всех! Что теперь обо мне подумает мой друг да и остальные мужчины? Я покраснела от гнева и стыда.

– Нилия, да посмотри ты на меня! – повелительно рыкнул дракон.

– Не хочу! Насмотрелась уже! – огрызнулась я.

Шайнер сделал несколько отчаянных попыток подобраться ко мне, но его раз за разом отбрасывало на песок. Теперь жених разозлился по-настоящему:

– Если ты не скажешь мне, в чем дело, я сожгу весь этот город к хмару лысому!

Я подняла голову и увидела, что Шайн частично перевоплотился: черные когти на руках и синяя чешуя на лице говорили об этом. Я тоже вскипела:

– Что я должна вам сказать? Сообщить то, что услышала в оранжерее? Напомнить вам, что говорила ваша любовница своей подруге?

– К-какая еще любовница? – ощерился Арриен.

– Ой, только не делайте вид, что удивлены! Арри говорила мне, что вы сразу обратили внимание на Шекреллу, а я как-то не придала этому значения, за что и поплатилась. Хорошо, что мне удалось подслушать разговор двух дракониц о том, что вы с Шекреллой все продумали. От меня вам нужен только сын, потому что это приказал Фрест, и когда вы получите от меня наследника, то прогоните за ненадобностью, а сами женитесь на Шекрелле!

– Что за ерунда? – возмущенно посмотрел на меня Шайн, а потом перевел недоуменный взгляд на Андера.

Парень пожал плечами, а Шайнер вполне искренне сказал:

– Да это все ложь! Шекрелла никогда не была моей возлюбленной, все она придумала!

– Сударь, – я перешла на крик, – вы же сами просили у меня сына! Неужели не помните? Вы говорили, что восстановите Ранделшайн, если я подарю вам сына! – Снова опустила глаза к цветку, это занятие позволяло мне не расплакаться от обиды.

Дракон шумно выдохнул и уже спокойно ответил:

– Я все помню, девочка моя, но получить наследника – это вполне естественное желание для мужчины. Если не веришь, спроси у любого парня.

Я посмотрела на Ксимера с Ларданом. Конечно, они оба кивнули. Перевела взор на Андера – друг, немного подумав, тоже подтвердил слова Арриена. Я, сдерживая рвущееся наружу бешенство вперемешку с рыданиями, опустила взгляд к цветку.

– Ма-шерра, – без надрыва проговорил Шайн, – это ты из-за Шекреллы сбежала? Хочешь, я выгоню ее из Торравилля?

Хотела в очередной раз огрызнуться, но в этот самый миг я наконец-то выдернула морской цветок из песка и упала назад, не рассчитав свои силы. Шайнер рванулся ко мне, но, как и всегда, был отброшен магией браслета. Мне помог подняться Андер.

– Ма-шерра, – послышалось с берега, – прошу, поговори со мной еще…

– Поговорить? О чем? О сыне, которого вам надо? Или о том, что этот ребенок убьет меня? – На меня накатила самая настоящая истерика. – Сударь, я уже неоднократно рассказывала вам о нашем семейном проклятии, но вы остались глухи к моим словам. Поймите, нам нельзя рожать сыновей! Господа мир Оллариль и мир Урбирель, это к вам тоже относится. Проклятие убьет любую из женщин мир Лоо’Эльтариус, когда она родит сына. Это случилось с нашей бабушкой Товилией. Это не Сульфириус убил ее, а проклятие!

Лардан так разволновался, услышав мои слова, что тут же перекинулся и спрятался за широкую спину Ксимера, а Андер открыл рот, узрев перед собой оборотня. Несколько мгновений все молчали, я переводила дыхание. Тишину нарушил друг:

– Может, пойдем, раз мы все собрали? – неуверенно спросил он.

– И как вам избавиться от этого проклятия? – наконец поинтересовался Шайнер спокойным, деловым тоном.

Я молчать не стала – захотелось показать дракону, что он не всемогущ и уж в этом вопросе от него ничего не зависит.

– Единственный, кто может нам помочь, это Рион. Но из-за его вражды с собственным братом он не станет этого делать. Я уже спрашивала.