Елена Асеева - Путь Святозара

Тур вновь замолчал, а Святозар протянул руку, взял полный ковш прохладной воды и облил сверху брата, тот всхлипнул, да тихим голосом, спросил:

— Ты уехал в Беловодье, чтобы спасти себя и Эриха, а разве ты не мог помочь матери? Отец гово-рил мне, что на Синь-камне старец Велей поведал ему, что Боги нарекли тебя ведуном. А раз ты ведун, твоя магия должна быть очень сильной, почему же ты не спас мать?

— Это, было не в моих силах. И я никак ей не мог помочь, поверь мне брат, — ответил Святозар и сильнее прижал к себе Тура, — Если бы Боги дали мне возможность… хоть какую-нибудь, хоть са-мую маленькую, хоть крупиночку…. Я бы приложил все свои силы, всю свою магию, только бы ей помочь, только бы сохранить ее жизнь и избавить ее душу…. Избавить ее душу от мучений, — тяжело вздохнув, добавил Святозар.

Тур хлюпнул носом и продолжил:

— Когда мать умерла, и мы, как и положено сожгли ее тело, а прах захоронили. Отец совсем поник, он совсем ничем не интересовался, не ходил в тронный зал на прием, не приходил ни к Малуше, ни ко мне, он даже не приходил трапезничить в белую столовую. Он сидел в гриднице, положив голову на стол, и даже не ел, даже ни с кем не разговаривал. Однажды я подошел к гриднице и услышал разговор отца с Храбром. Наставник ругал его… Знаешь, брат я никогда не слышал, чтобы кто-то так ругал правителя. Храбр говорил, что отец, словно дева предался печали, что стыдно правителю так себя вести, говорил ему: " Что подумает о тебе люд восурский? Скажут, что слабый и немощный у нас правитель, не справился с потерей жены, сам потерял свою волю и силу. Я, тоже потерял жену, и любил ее не меньше, но у меня остались дети, и я знал, что я им нужен. А у тебя Ярил на плечах не только дети, у тебя на плечах вся Восурия. Ты нужен своей стране, нужен Туру. Даже если Эрих умрет, даже если Святозар, не вернется, хотя я ни на миг не сомневаюсь в его успехе, у тебя остается еще один сын- Тур. Ты, думаешь, мальчонке легко. Сначало мать умерла, а теперь ты словно плаксивая дева, весь развалился, распался. Вроде даже не муж передо мной, а так и не знаешь как назвать… Возьми себя в руки Ярил, а не то я пойду, ты меня знаешь, пойду и заберу Тура и унесу его к себе домой… Раз тебе сын не нужен, пусть живет у меня, покуда его старший брат с Беловодья не вернется. А ты, потом Ярил, сам будешь перед старшим сыном объяснятся, куда его брат подевался".

Тур говорил все на одном дыхании, а потом прервался, тяжело перевел дух и продолжил:

— Ох, Святозар, я так испугался, что Храбр заберет меня у отца, и как только услышал, что он под-ходит к двери тут же убежал. Я не знал где спрятаться и побежал в баню. Зашел вовнутрь, лег на полку и заплакал. Я не хотел покидать отца, нет…, не хотел… ведь я так его люблю…, а потом я, верно уснул. Я проснулся оттого, что отец поднял меня на руки и понес, приговаривая: " Как же ты мой родненький сыночек, меня напугал. Мы с ног сбились, разыскивая тебя. Хорошо, что Сенич догадался в баню заглянуть", а я обнял отца за шею крепко- крепко и заплакал. — Тур замолчал, вновь переживая тот тяжелый для него день, и добавил, — А на утро, когда я пошел завтракать в столовую, то увидел там отца, он был добр и лицо его посветлело. И он опять стал прежним. А Храбр тем же утром на Ратном дворе начал меня стыдить, что как я так мог скверно поступить и спрятаться. И всех я переполошил, и отец так тревожился, и что они весь дворец обегали, и весь сад обегали. И добавил, что я совсем отца не жалею. А я знаешь не выдержал, братик, и сказал ему, что это он не жалеет правителя, и что я никогда не покину моего дорогого и любимого отца, и не уйду к нему жить. Он тогда замолчал, посмотрел на меня и сказал: " Не хорошо Тур подслушивать". А я так рассердился и ответил: " Не хорошо своего правителя мальчонкой обзывать". Он, знаешь брат, смутился и заметил, что я еще мал и ничего не понимаю. Я конечно не стал ему ничего отвечать потому, что я хотя и мал, но понимаю достаточно… И теперь я с ним не разговариваю, он все время норовит меня по голове погладить, да больше не ругается и не бурчит, но я так обижен за отца, что никогда ему не прощу его слов, пусть не подлизывается… А потом прошло много дней, и мы с отцом как-то сидели вечером в гриднице и разговаривали, когда Сенич ввел гонца воеводы Доброгнева. Я видел, как побледнел отец, но когда он услышал, что Эрих исцелился, подбежал к гонцу и крепко того обнял. Затем отец подхватил меня на руки, и крикнул Сеничу, чтобы позвали Дубыню и Храбра, а мне сказал: " Ты, слышал Тур, Эрих излечился, а это значит, что твой брат Святозар жив и добрался до страны Беловодья". Когда явились наставники, то Дубыня радовался вместе с отцом, а Храбр вновь был недоволен, и говорил, что он никогда и не сомневался в том, что наследнику удасться дойти до Беловодья, и что вообще рано еще радоваться, так как путь пройден лишь наполовину. Тогда не выдержал Дубыня и сказал ему: " Ну, что же ты такой упертый Храбр. Не видишь, что ли как Ярил рад, ты бы уж ради него, хоть помолчал, если ничего доброго вымолвить неможешь". Но отец почему — то подошел и обнял Храбра, да сказал ему спасибо. А я, брат, обнял Дубыню потому, что был согласен с ним. Он ведь и верно, этот Храбр ничего доброго вымолвить не может.

Святозар погладил брата по волосам, и заступаясь за Храбра, сказал:

— Нет, Тур, ты не прав. Наставник наш очень хороший и светлый человек, он очень мудрый. Храбр видел, как отец тяжело переживает смерть жены, болезнь Эриха и мое отсутствие, видел как он пал духом, и нашел те слова, которыми сумел встряхнуть его и которые предали отцу силы жить и бороться дальше. А ведь ты слышал, как Храбр рассказывал, что в это время его дочь Белослава болела… Он же не покидал нашего отца не в горе, не в радости… Ты еще очень юн и не понимаешь, каков он и что значит для нашего отца. И знаешь, брат, это только благодаря Храбру мне удалось победить воина поддонного царя Черномора и бесприпятственно доплыть до Буян острова и вернуться обратно. Нет, ты не должен на него сердиться и обижаться, ты должен за его преданность к нашему отцу и любовь к нам ко всем, ты должен уважать его и ценить.

— Святозар, — какое-то время спустя спросил Тур, — А, что случилось с матерью? И почему она сказала, что когда ты вернешься из страны Беловодья, то сможешь мне все объяснить.

— Нет, брат, я пока не смогу тебе все объяснить, что случилось с нашей матерью, дождемся, когда ты станешь постарше. А пока я скажу так, мать нашу заколдовал подлый колдун Нук, он все эти годы мучил ее, а теперь продолжает мучить нашего брата Эриха. И так как у меня не было воз-можности хоть как то помочь матери, я теперь Тур хочу одного, спасти нашего брата Эриха, а для этого я должен найти Нука и предать его смерти.