Лора Андронова - Русская фэнтези 2011

Сейчас ноги невольно несли меня к возвышающейся громаде замка. Может, этот — как там его, барон Вильский — окажется щедрее? Направление, видимо, угадал и мой меч.

— Эй, ты куда?

— Туда, — пробормотал я и для верности указал рукой.

— Нечего тебе там делать, — безапелляционно заявил Свордиус. — Ты не будешь тратить свое время, воюя за какого-то неизвестного тебе лендлорда.

— Почему это? — вскинулся я. Нет, ну согласитесь, до какой степени унижения нужно дойти, если твой собственный меч диктует, куда тебе идти и чем заниматься. Не собираюсь же я стать рыцарем, в конце концов. — Чем тебе плох барон? И почему я не могу делать то, что хочу?! Вот возьму и пойду, что ты на это скажешь?

— Скажу, что… скажу… — Меч замялся. — Скажу, что мы с тобой должны помочь вон тому человеку. Немедленно!

И он поволок меня в темный проулок между двумя домами. С трудом удержавшись на ногах, я предпочел топать своими двумя, а не валяться в пыли, волочась за железякой, которая тащила мой левый бок вперед с неведомо откуда взявшейся силой.

Мы пробежали по узкому проходу, загаженному до невозможности — именно там протекало одно из ответвлений клоаки, — завернули за угол и оказались в крохотном дворике, образованном глухими стенами нескольких домов. Свордиус затормозил, и я влетел носом в каменную кладку.

После того как белое пятно перед глазами исчезло, я смог оглядеться. Во дворике обнаружилась компания из трех субъектов. Один, щуплый пожилой человечек, судя по одежде, из гильдии торговцев, привалился к стене с поднятыми руками. Двое других, амбал с красной рожей самого свирепого вида и молодой, но бравый задохлик с ножами в руках, стояли в позах, исключающих двойное толкование. Они беззастенчиво и бессовестно грабили бедолагу.

Но, ради святого Антониуса, я-то здесь при чем?! Одним ограбленным больше, одним меньше… Попался какой-то разиня этим молодцам — се ля ви, как сказал бы мой прежний хозяин (он родом был не из наших мест). Однако Свордиус имел на этот счет противоположное мнение.

— Это твой шанс, — раздался его горячий шепот. — Ты видишь творимое здесь зло, так искорени его!

— Я… но я… я не хочу!

Нет, я и в самом деле не хотел связываться с двумя разбойниками, особенно с тем краснорожим амбалом. Чего ради? Но мой меч решил, что я не имею права упустить столь соблазнительный шанс, и с ревом кинулся на противника. Ничего не оставалось, как выхватить его из ножен, заорать и побежать навстречу собственной безвременной кончине.

Наверное, мы с мечом орали очень громко, а топал я за двоих, иначе как объяснить, что амбал лишь мельком зыркнул в мою сторону, подхватил напарника за локоть и нырнул в соседнюю щель, еще более узкую, чем та, по которой мы пришли. Я остановился и даже успел подхватить старика, падающего в совершенно неуместный обморок.

— Сэр, эй, сэр, не время разлеживаться. Бежать надо!

Торговец, кажется, немного ожил и приоткрыл один глаз.

— Так вы не собираетесь убивать меня? — спросил он.

— С какой стати, — возмутился я. — Да я вас спас, между прочим. И если хотите остаться в живых да при своих деньгах, советую вам скорее убраться отсюда. Те два молодчика могут вернуться.

— Да-да, вы правы, дорогой сэр. Огромное вам спасибо, дорогой сэр. Поспешим же.

И мы поспешили.

Выбравшись обратно на людную улицу и избавившись от старичка (все равно вознаграждать он меня ничем, кроме славословий, не собирался), я отошел в сторону и зашипел на меч:

— Что ты вытворяешь?! Зачем ты потащил меня в этот вонючий переулок?

Свордиус радостно захихикал.

— Ты рожден быть героем, мой храбрый Бриан, защищать слабых и покровительствовать бедным. И я из тебя его сделаю, хочешь ты того или нет.

— Кто герой? Я герой? Да что ты себе позволяешь?! Рехнулся ибо, воистину. Какой из меня герой? Это все ты. Поволок невесть куда. А если бы меня убили? Ты хоть подумал, а? Подумал? Чтоб я еще раз взял тебя с собой!

— Проклятие, Бриан, проклятие… — зловеще прошептал меч.

Я запнулся на полуслове.

— Какое проклятие?

— Страшное колдовское проклятие постигнет тебя, ежели ты вздумаешь ослушаться меня или посметь не взять с собой.

— Да?

Моя ярость слегка приутихла. А ну как и правда. Кто ж их, волшебные мечи, знает. Так и хотелось дать его самодовольному навершию в морду. Что бы у него ни было мордой.

— Не сомневайся.

После сего досадного происшествия пришлось возвращаться в гостиницу несолоно хлебавши. Совсем не жаждалось, чтобы этот негодяй втравил меня в очередную историю. В комнатушке я нарочито резко отстегнул ножны и водворил их в угол. Пусть знает, я сердит, я очень сердит.

Ленч прошел в молчании. Только когда я обсосал последнее голубиное крыло и в наступающем сытом благодушии уже начало казаться, что все произошедшее было дурным сном, меч снова принялся болтать.

— И все-таки, мой друг, ты отлично сегодня поработал. Я весьма доволен. Теперь подумаем, чем займемся завтра.

— Завтра? — Внутри меня что-то рухнуло вниз. — Послушай, Свордиус, почему ты не хочешь, чтобы я нанялся в дружину и заработал немного денег? Честным путем, заметь. Разбойничать и обирать неосторожных путников я не собираюсь.

Свордиус отмахнулся от меня, как от назойливого комара.

— Это не для тебя, я же сказал. Завтра мы совершим с тобой что-нибудь великое. Да-да, непременно великое.

— Святой Стефаний, вступись за раба Божия грешного, — пробормотал я.

И тут меня осенило.

Если уж мой меч вознамерился сделать из меня героя, почему бы не провернуть дельце с выгодой для себя.

— Хорошо. Согласен. Завтра мы совершим подвиг. Мы… мы спасем принцессу!

Меч возликовал:

— Восхитительно! Просто замечательно! Потрясаю… Погоди, а где ты здесь возьмешь принцессу?

— А ты не слышал? Ее Королевское Высочество, наследная принцесса Агата-Мария завтра вечером прибывает в город с визитом.

— И что, кто-то задумал совершить покушение на сию августейшую особу?

Я вздохнул. Это была самая слабая часть моей задумки.

— Вообще-то нет. По крайней мере я о подобном заговоре ничего не знаю.

— Тогда я не понял, — после некоторого раздумья сказал меч.

Посвящать Свордиуса во все подробности плана я не решился. Не был уверен, что тот не воспротивится мероприятию.

— Но допустим, кто-то собирается завтра напасть на принцессу, ведь наш долг — спасти ее, не так ли?

— Совершенно верно.

— Значит, мы будем наготове. Станем незаметно сопровождать карету Ее Высочества на въезде в город и, если случится то, чего мы боимся, смело бросимся на врагов.